Владимир Торин – Няня из Чайноботтам (страница 31)
Сэмми разжал пальцы, развернулся и бросился к выходу из подвала. Распахнув дверь, припустил вверх по ступеням.
– Эй, осторожнее! – возмущенно крикнули ему вслед. – Чуть дверью меня не стукнул!
На пороге стоял Лис. Поправив цилиндр, он хмуро глянул на Винки:
– Ты где пропадал вчера? Я тебя повсюду искал. Впрочем, неважно. Мы нашли ее!
– Ее?
– Дамочку, которая похищает наших!
– Как это, нашли?
– Она забрала Пуншика. Но мы знаем, куда она идет. За мной! И «шкет» не забудь! Начинается охота!..
…Светало. Холодное осеннее солнце нехотя выползало на небо, кутаясь в одеяло из облаков. Дул пронизывающий до костей ветер.
Сиротки быстро шли по улице Бремроук. Чемоданная площадь давно осталась за спиной, а с нею и Старый пассаж, и «Меблированные комнаты господина Жубера».
Несколько юных беспризорников в грязных залатанных костюмах, державшие в руках дубинки, вызывали своим видом у прохожих недоумение и возмущение. Две дамы с ковровыми сумками поспешили отойти в сторону, уступая им дорогу, а мальчишка-доставщик из бакалейной лавки, увидев их, загодя свернул и перебрался на своем велоцикле, груженном коричневыми пакетами из лавки, на другую сторону улицы. Парочка констеблей у тумбы на углу предпочла сделать вид, будто ничего не замечает – к тому же чайничек на печке в тумбе так кстати закипел. Гоняться за малолетними уличными хулиганами, большинство из которых злостно нарушали закон о ношении шляп в Тремпл-Толл, никто не собирался.
Впереди бежал Жабич. Раз примерно в полсотни ярдов он останавливался, наклонялся и, отметив оставленный на тротуаре знак мелом, продолжал путь. Остальные следовали за ним.
По дороге Лис рассказывал Винки о том, что произошло. По его словам, около двадцати минут назад на Площади появилась незнакомка в черном, будто бы траурном, платье. Какое-то время она расхаживала повсюду, заглядывала в каждый подъезд, совала нос в каждую канаву. При этом женщина что-то постоянно записывала в свой блокнот. Наконец она увидела Пуншика и подошла к нему. Вакса стоял неподалеку и своими ушами слышал, как незнакомка попросила его помочь ей с чем-то и пообещала, что щедро его вознаградит.
Как и было условлено на случай если кто-то попытается увести Сиротку с Площади, Пуншик дал незаметный сигнал Ваксе и отправился с женщиной.
– Мы пройдем следом за этой гадкой похитительницей, – подвел итог Лис. – Пуншик приведет нас прямо в ее логово. А там, глядишь, мы и усыновленных отыщем. Главное, чтобы она не заподозрила ничего и не стала допытывать Пуншика, отчего это у него так часто развязываются шнурки…
Знаки привели Сироток аж на угол Бремроук и Файни. На перекрестке у семафора на тротуаре они нашли белый крестик, рядом Пуншик нарисовал стрелочку: она указывала на другую сторону улицы.
Перейдя мостовую, Сиротки принялись озираться. След оборвался – отметок поблизости не было. Незнакомка могла увести Пуншика как вверх по Бремроук, к заброшенному кабаре «Тутти-Бланш», так и по Файни, в сторону пожарной части и парка Элмз. Лис разозлился и даже отвесил подзатыльник Жабичу – с такими-то очками и упустить знаки! – и тут Вакса воскликнул:
– Сьюда! Я нашёль!
Все подбежали к нему. Вакса тыкал пальцем в отметку, стоявшую на двери подъезда, рядом с медной табличкой «№ 2/бис». У крестика была нарисована стрелочка, направленная вверх.
– Они вошли сюда, – озвучил очевидную для всех вещь лохматый Сиротка со шрамом на губе (Винки не знал, как его зовут).
– Крепче держим «шкеты», парни, – велел Лис. – И внимательнее. Если запахнет жареным, сразу лупите ее – и не смотрите, что она дама.
Сиротки вошли в подъезд и двинулись вверх по лестнице. Стараясь ступать как можно тише, они поднялись на второй этаж. На полу в коридоре стрелочка заворачивала и указывала выше – на следующий пролет.
На третьем этаже была точно такая же картина. А вот на четвертом уже ни стрелочек, ни лестниц не было. Зато через приоткрытую дверь в конце коридора лилась узкая полоска солнечного света. Судя по всему, дверь вела прямо на крышу.
Приставив палец к губам и крепко сжав рукоять стилета, Лис первым направился к двери, остальные не отставали.
Подойдя, Сиротки услышали голоса:
– Давай же, дорогой, еще чуть-чуть! – воскликнула женщина.
– Я не могу, мэм! – с легко различимым отчаянием в голосе, едва не плача, крикнул Пуншик. – Больше не могу! Пощадите! Мэм, прошу вас!
Происходило там что-то, вне всякого сомнения, отвратительное. Сиротки испуганно переглянулись.
Лис скрипнул зубами, кивнул своим и, распахнув дверь, выбежал на крышу с криком:
– Не трогай его! Это мой друг! Забери от него свои мерзкие грязные…
Лис неожиданно встал как вкопанный. Сиротки, ничего не понимая, замерли за его спиной.
На крыше происходило что-то странное.
Начать с того, что там была вовсе не одна женщина. На изящных раскладных стульчиках рядком у парапета сидело пятеро дам – судя по их аккуратненьким костюмам и шляпкам, это были никакие не бандитки-похитительницы детей, а вполне почтенные городские обывательницы, смахивающие на очень воспитанных тетушек, и не более. Хотя у них все же было кое-что общее, что вызывало мысли о преступном сообществе, поскольку у многих преступных сообществ есть свои знаки отличия. К примеру, у Свечников – это рыжие прически, похожие на застывший огонек свечи, у Догвиллей – пряжки на поясе в виде бульдожьей морды, у Синих Платков Меррика – собственно, синие платки, которые они повязывали на лица. У самих Сироток это были «шкеты». Что касается этих дам, то у них на лацканах пальто и жакетиков серебристо поблескивало одинаковое украшение – брошь в виде знака вопроса. При этом в руках каждая из «бандиток» держала раскрытую книгу в зеленой обложке, на которой красовалась витиеватая надпись:
Когда Лис и прочие Сиротки увидели стоявшие рядом две корзинки, полные разнообразной снеди, и переносной кофейный варитель «Лакофф», все стало еще страннее.
Дамы недоуменно глядели на Сироток.
Сиротки недоуменно глядели на дам.
Откуда-то из-за дымоходов раздался голос Пуншика:
– Мэм, что там творится? Вы записываете? Он не пролазит! Даже наполовину!
Лис и его подопечные повернули головы и увидели, как в крошечное окошко чердака в дюжине шагов от них пытается вылезти что-то пухлое, красное, резиновое…
– Это же… – начал Жабич.
– Воздушный шарик, я и сам вижу, – проскрипел Лис и, понизив голос, добавил: – Спрятать «шкеты», быстро.
Дамы между тем пришли в себя. Одна из них поднялась.
Вакса шепнул:
– Это она увьела Пуншика.
Женщина выглядела то ли сонной, то ли чем-то опечаленной. Ее платье, жакетик и шляпка и правда походили на траурный костюм.
– Мэм, что здесь творится? – потребовал ответа Лис. – Вы куда-то увели нашего друга, и мы решили, что его похитили.
Дама округлила глаза. Прочие начали перешептываться. Самая молодая из них (на вид ей было около двадцати пяти лет) с лукавой улыбкой глянула на Лиса, отметив его костюм и прическу с явно недружественным настроением. Лис покраснел, одновременно польщенный и слегка испуганный. Он сразу догадался, кто она, увидев виднеющиеся под наброшенным на плечи пальто форменное темно-серое платье, белый фартук и торчащий из кармана мелованный чепчик.
– Похитили?! – удивленно спросила дама в черном. – Что?! Ни в коем случае, юный джентльмен! Мы наняли мистера Пуншика, чтобы он помог нам кое в каком эксперименте.
– Каком еще эксперименте?
– Читательском, разумеется. Позвольте представиться: мы – книжный клуб «Чернильная Тайна», а я миссис Тоун. Обычно мы собираемся в книжной лавке «Переплет», но иногда проводим выездные собрания. Как сегодня.
С жутким скрипом цепляясь за раму окошка, воздушный шарик забрался обратно, а в самом окошке показалось лицо живого и невредимого Пуншика.
– Лис, ложная тревога! Меня не похитили! Я просто помогаю этим почтенным дамам с книжкой!
Пуншик со значением щелкнул себя по виску, давая понять вожаку, что они имеют дело с чокнутыми. Впрочем, это Лис понял и так.
– Как именно помогаешь? – спросил он.
Миссис Тоун подошла и показала ему книгу.
– Мы читаем детективные истории и пытаемся разгадать загадку раньше сыщика мистера Шершо́.
– И раньше этих жеманных старух из книжного клуба «Плющ» в Сонн, – вставила самая молодая из дам, подмигнув Лису.
– Ирэн, прошу вас, – одернула ее миссис Тоун. – Мы относимся со всем уважением к почтенной миссис Фендрик из «Плюща». С ее книжным клубом у нас просто дружеское соперничество.
Ирэн одними губами прошептала: «Нет», и Лис усмехнулся. Эта мисс ему определенно нравилась, хоть он все еще мало что понимал.
– Но что вы сейчас делаете? Зачем вам шарик? И для чего понадобился мой Пуншик?
– Ой! – встрепенулась миссис Тоун. – Мы же совсем забыли!
Повернувшись к подругам, она быстро-быстро затараторила:
– Если шарик не пролазит в чердачное окно указанных размеров, это значит, что…
– Он не мог вылететь через него, как предполагает мистер Шершо́, – продолжила одна из дам, – и его не мог вытащить карлик, несмотря на то, что сам карлик, как мы выяснили благодаря мистеру Пуншику, в окно пролазит, а уже это значит, что…