Владимир Торин – Мистер Вечный Канун. Город Полуночи (страница 17)
«Так, нужно успокоиться, — подумал Виктор. — Нужно взять себя в руки. Если я буду злиться, то насовершаю ошибок… еще больше ошибок! Нужно просто заставить себя не думать о Саше. Нужно просто не думать о ней и… записать все в тетрадь. Главное — сохранять самообладание и просто отвлечься на расследование. В прошлый раз ведь помогло и…»
Виктор почувствовал себя санитаром из лечебницы «Бедлам», который утешает и успокаивает какого-то психа, чтобы тот не набросился на него и не покусал. И разозлился еще сильнее.
Тем не менее мысль о том, чтобы записать все в тетрадь, не была лишена смысла, и Виктор взялся за дело…
«Расследование, расследование… — мысленно приговаривал он, листая страницы дрожащими от гнева пальцами. — Чертовы тыквы… заговор… голос из-за стены…»
Слишком много мерзкого и необъяснимого произошло с тех пор, как он делал последние заметки. Нужно быстрее все записать, и, быть может, тогда картина хоть немного прояснится, а неконтролируемая злость на весь свет хоть немного схлынет. С чего же начать? С чего начать?..
«Пожалуй, начать стоит с того, что меня едва не убили…» — подумал Виктор.
Последними записями в тетради были слова:
Ручка скрипнула по бумаге:
Виктор задумался, пытаясь мысленно ответить хотя бы на один вопрос, и с досадой понял, что ничего дельного на ум не приходит.
Ключ от застенка появился в кармане будто по волшебству, и этого нельзя было исключать. Ясно, что его кто-то подбросил. Но вот кто?
Еще и Иероним этот проклятый, который, несомненно, является связующей ниточкой между всеми тайнами и который был упомянут в письме Бетти Сайзмор…
Виктор почесал кончиком ручки нос и перечитал записи. Он не представлял, что делать дальше. Расследование зашло в тупик. Нужно что-то разузнать, куда-то пойти, с кем-то поговорить… Вот только что, куда и с кем?
Столько всего происходит, но неясно, что именно. Кругом одни заговорщики с дурными намерениями. Дом битком набит странными приезжими, которые вряд ли явились из желания всего лишь отметить праздник. А еще Саша и…
Часы на каминной полке начали отбивать одиннадцать часов утра. Виктор вздрогнул и поднял голову. Не сводя взгляд с циферблата, он вдруг поймал себя на том, что упустил нечто важное.
«Одиннадцать часов… Что-то ведь было… я что-то планировал сделать… — Виктор нахмурился, пытаясь вспомнить. — Это было связано с расследованием. Я хотел что-то узнать. Вчера, еще до того, как я попал в комнату с пленником, до того, как мы с Кристиной собирали пугало в гостиной… до того, как вернулся домой. О чем же я думал? Мы ездили по городу, следили за Бигглем и… точно! Биггль!»
Виктор вспомнил. И старика, и паровозы, и подслушанный разговор Биггля с мисс Хэтти на вокзале. Старикашка говорил о том, что сегодня в полдень планирует…
— Черт! — воскликнул Виктор.
Он вскочил на ноги. Поспешно закрыв чернильницу и надев на ручку колпачок, схватил тетрадь и ринулся к двери.
«Я должен успеть! Должен!»
Приближался полдень.
Стюарт Биггль подкатил на своем скрипучем велосипеде к узкому и высокому зданию с большим циферблатом под конической крышей. Бодренько соскочив на землю, старик прислонил велосипед к грубой каменной стене и, немного потоптавшись на месте, словно пытаясь вспомнить, что он здесь делает, направился прямиком к двери под вывеской
Стоявший неподалеку и подглядывавший за подозрительным старикашкой из-за фонарного столба Виктор Кэндл тут же сорвался с места. Стараясь не привлекать внимания редких прохожих, он метнулся к двери и, не увидев никого внутри, проник в башню.
Наверх уходила ржавая винтовая лестница. Задрав голову и прислушиваясь, Виктор начал подниматься. Он старался вести себя как можно тише, но порой становился на ту или иную ступень неудачно, и тогда она отдавалась звоном. В такие моменты он вздрагивал и замирал, после чего, стоило эху рассыпаться мелким крошевом, снова продолжал путь.
Башня была высокой, Виктор устал и запыхался задолго до того, как поднялся на самый ее верх. Но вот наконец и площадка под крышей!
Над головой проходили балки и стропила, покрытые пылью и затянутые паутиной, здесь же лежали громадные, позеленевшие от времени шестерни со сломанными зубчиками, к стене примостилось несколько погнутых часовых стрелок высотой с самого Виктора. Тяжелая железная дверь в углу была приоткрыта — этого Биггля явно не заботили сквозняки.
Виктора вдруг посетила мысль: «А вдруг старикашка знает о слежке и зачем-то ведет меня за собой?» — но ее тут же заглушило одно из любимых напутствий его редактора: «Попадание в ловушки, Кэндл, да будет тебе известно, — это всего лишь одна из издержек нашей профессии. Не бойся прищемить хвост — однажды он у тебя огрубеет и утратит чувствительность к защемлениям. Лучше попасть в ловушку, чем выпустить пустые страницы».
Виктор прислушался: кроме металлических звуков мерной работы часового механизма, ничего слышно не было. Затаив дыхание, он открыл дверь чуть шире и перешагнул порог.
Реальные размеры помещения, в котором он оказался, понять было невозможно из-за стоявшей там темноты. Ее чуть прорезали косые солнечные лучи, проникавшие внутрь сквозь отверстия в виде римских цифр на огромном циферблате. Виктор видел лишь парящую в воздухе и медленно опускающуюся на пол в лучах света пыль.
Пыль была здесь повсюду: она оседала на шляпе, на плечах и на лице, лезла в нос и глаза. Незадачливый журналист вдруг поймал себя на мысли, что пыли как-то слишком уж много, и ему даже почудилось, словно кто-то ее на него специально сыпет.
Виктор приглушенно чихнул в рукав и вдруг отметил, что пыль вокруг чуть светится и имеет странный серебристый оттенок. Не успев как следует удивиться данному открытию, он пошатнулся. Ноги его подкосились, и, нелепо взмахнув руками, Виктор Кэндл рухнул на пол.
В следующий миг мистер Эвер Ив поднялся и отряхнул костюм несколькими быстрыми размашистыми движениями.
— Сэр? — Из-за огромного чугунного колокола выступила фигура Стюарта Биггля. — Это уже вы?
— Мне интересно было бы поглядеть на тебя, на себя и на ситуацию в целом, если бы это был не я, — ехидно заметил мистер Ив.
— Что ж, — с облегчением подытожил Биггль, — это вы.
— Раз уж мы определились с этим, Ключ, может быть, ты, отыграв свою роль в нашей миленькой постановке, просто возьмешь и отправишься домой?
— Я все сделал верно, сэр? — спросил Биггль, потирая сухие ручонки и явно не понимая намека.
— Раз я тебя не ругаю, то, выходит, ты все сделал верно, — утомленно сказал мистер Ив.
— Я заманил мальчишку сюда, как вы и велели, к этому времени, чтобы вы могли… — он выжидающе глянул на босса, — что?
— Тебя это не касается, Биггль, — нахмурив брови, заметил мистер Ив. — Ты сделал то, что от тебя требовалось. Привел его сюда и обсыпал сонной пылью, а теперь — прочь!
Мистер Ив ожидал увещеваний, жалоб и глупых вопросов, но Ключ его удивил:
— Слушаюсь! — старик как-то уж чересчур быстро согласился и, почтительно кивнув боссу, прошаркал к выходу из комнаты с часами.