Владимир Токарев – Полное собрание сказок А.С.Пушкина для топ-менеджеров. Издание второе, дополненное (страница 7)

Обратившись на восток. Медлить нечего: «Скорее! Люди, на конь! Эй, живее!» Царь к востоку войско шлет, Старший сын его ведет

В этом месте следует выполнить серьезный анализ. Петушок всего лишь сообщает о том, что царству Дадона грозит опасность. Однако опасность может быть, как мы уже отметили выше, в самой разной форме. И понятное дело, для каждого вида опасности должны быть разные средства преодоления. Царь же, как и в предыдущих случаях, считает, что опасность военная и отправляет на войну группу войск быстрого реагирования во главе со старшим сыном.

Петушок угомонился, Шум утих, и царь забылся. Вот проходит восемь дней, А от войска нет вестей; Было ль, не было ль сраженья, — Нет Дадону донесенья. Петушок кричит опять. Кличет царь другую рать; Сына он теперь меньшого Шлет на выручку большого; Петушок опять утих. Снова вести нет от них!

Итак, как видим, применение старого средства не дает результатов. Однако вместо того, чтобы сначала разобраться с ситуацией, Дадон уже второй раз пытается применить для борьбы с опасностью военные силы. Если первый раз ошибку Дадона можно оправдать, то отсылка второй группы войск, без анализа в чем состоит новая опасность, во главе с младшим сыном уже не простительна.

Снова восемь дней проходят; Люди в страхе дни проводят; Петушок кричит опять, Царь скликает третью рать И ведет ее к востоку, — Сам не зная, быть ли проку

Кажется, что царь показывает своим подданным положительный пример – если есть проблема и она пока не решается, руководитель должен возглавить проектную группу по ее решению сам. Однако, две неудачи даже рядового человека могли насторожить, а тут опытный руководитель допускает уже по сути губительную ошибку для своего царства – очевидно, что беда имеет новые характеристики, не такие как раньше, А царь Дадон, фигурально выражаясь, снова применяет «зеленку для борьбы с черной чумой».

Войска идут день и ночь Им становится невмочь. Ни побоища, ни стана, Ни надгробного кургана Не встречает царь Дадон. «Что за чудо?» – мыслит он. Вот осьмой уж день проходит, Войско в горы царь приводит И промеж высоких гор Видит шелковый шатёр. Всё в безмолвии чудесном Вкруг шатра; в ущелье тесном Рать побитая лежит. Царь Дадон к шатру спешит… Что за страшная картина! Перед ним его два сына Без шеломов и без лат Оба мертвые лежат, Меч вонзивши друг во друга.

Здесь следует отметить одно важное обстоятельство, которое позволит расшифровать присланное нам из прошлого послание Пушкина.

Смотрите, после начала похода старшего сына проходит 8 дней, затем направляется следом младший царевич. После младшего царевича проходит еще 8 дней, когда в поход отправляется сам царь. Ровно через 8 дней царь Дадон подходит к побоищу. Получается, в целом, что царевичей что-то сильно увлекло, да так сильно, что оторваться невозможно.

Бродят кони их средь луга По притоптанной траве, По кровавой мураве… Царь завыл: «Ох дети, дети! Горе мне! попались в сети Оба наши сокола! Горе! смерть моя пришла». Все завыли за Дадоном, Застонала тяжким стоном Глубь долин, и сердце гор Потряслося. Вдруг шатёр Распахнулся… и девица, Шамаханская царица, Вся сияя как заря, Тихо встретила царя.

Итак, обнаруживается виновница «кровопролития» – шамаханская царица.

Как пред солнцем птица ночи Царь умолк, ей глядя в очи,