Владимир Ткаченко – Двое минус одна. Взаперти (страница 2)

Вот и сейчас не найдя ничего развлекательного для себя, я решил искать познавательное, и включил канал новостей. Выбор мой пал на «Евроньюс». Как всегда, нудный женский голос вещал о том, что какие-то евро чинуши собрались снова что-то там обсуждать. Но, мой взгляд привлекла бегущая красная строка с пометкой срочно: «Массовые беспорядки по всей Европе» И картинка в картинке в углу экрана, как это бывает у новостных телеканалов, где всё показываются в режиме реального времени.

«Неужто у них революция началась» – почему-то подумалось мне: «одна из двух: либо социалистическая, либо арабская».

Но всё оказалось куда сложнее. И печальнее. Но тогда я этого не знал.

Я протяжно зевнул и двинулся на кухню, чтобы поставить чайник, и чего-нибудь перекусить по-быстрому. Не найдя и не придумав ничего лучше, я решил забацать себе яичницу, тем более, что яиц там оставалось всего три штуки. Да и в самом холодильнике было, что называется шаром покати.

Пока яйца жарились на сковороде, заставляя мой желудок вырабатывать и без того немало сока, я решил пока вновь выйти на балкон, тем более, что погода с утра хорошая, солнышко пригревает. И настроение сразу как-то приподнялось. И голова вроде прошла.

В общем хорошее весенние утро. Всё тот же пейзаж: недавно сделанная цветастая детская площадка, которая находилась в самом центре двора, неподалёку старая «копейка», стоявшая с незапамятных времён, вся пыльная и со спущенными колёсами, деревья, стоящие в ряд, компания молодых людей. Так. Стоп. Они по-моему почти не изменили своего местоположения, как стояли, так и стоят. И, что мне особенно странным показалось – они молчали.

Всего их было пятеро. Самый высокий стоял спиной ко мне. На нём была светло-коричневая куртка и светлые джинсы. Судя по его массивной комплекции, я подумал, что он у них за старшего. На другом была футболка футбольного клуба «Барселона» сине-гранатового цвета и синих спортивных штанах, и серых кроссовках. Он был тощего телосложения и такого же высокого роста, как и амбал в коричневой кожанке.

Трое других были примерно одного среднего роста и комплекции. Они стояли за спинами амбала и задохлика, и их было трудно разглядеть за оттенявшими их ветвями деревьев. Их лиц я не видел. Да и особо не всматривался. Я не в курсе последних модных тенденций, но я обратил внимание, присмотревшись, что у амбала, как я его для себя назвал, его светлые джинсы были изорваны в нескольких местах, и были изрядно испачканы грязью. Задохлик, фанат Барселоны жил в соседнем подъезде. Волосы на голове у него были взъерошены, как будто он только проснувшись, оторвал свою патлатую голову от подушки.

Что-то здесь не так.

Но вскоре мой взгляд соскользнул с этой странной компашки на лавочку у моего подъезда, где обычно собирались старушки, которые постоянно «перемывали кости» всем окружающим. И от того, что я там увидел, я если и не ужаснулся, то здорово напрягся. Возле лавочки лежала Машкина сумочка.

Глава третья. Что происходит?

Я не знал, что и думать. Сердечный пульс с каждой секундой стал учащаться. Так! Стоп! Надо взять себя в руки и успокоиться.

Обронить она её не смогла при всём желании. Значит отметаем этот вариант. Гопота тоже не могла напасть. Манька в половине шестого утра выходит от меня, чтоб в маршрутке не толпиться. Чего им так рано у моего подъезда делать. Вариант с наркошами тоже отпадает. Ибо некому: они давно уж перемёрли все. Если только залётные, но даже им ума хватит в каком-нибудь более богатом районе поживиться.

Телефон. Надо позвонить ей. Я бросился искать свой мобильник. Когда нашёл, то принялся звонить, и мои мрачные ожидания подтвердились, абонент был недоступен. Тогда я начал спешно одеваться.

Крики раздались внезапно. Кричали в нашем дворе. Я как раз одевал джинсы, и даже упал от неожиданности. Кое-как одев их, я рванул на балкон, посмотреть, что там происходит.

То, что я там увидел привело меня в ужас: волосы на голове встали дыбом, а глаза заметно округлились. Молодых людей на прежнем месте не было. Я глянул откуда так громко, почти безумно кричали. И оторопел: они буквально облепили какого-то человека, походу молодого, и буквально рвали его на части. Потом появилась кровь. Почти сразу. И много.

– Ээ, вы что творите? – заорал я каким-то не своим голосом. Похоже, что мой голос был достаточно громкий, так как один из этих отморозков вдруг резко повернулся. Этот взгляд я запомню на всю жизнь.

На меня смотрело безликое существо с какой-то отрешенностью и безразличием. Весь его рот был в крови. Но самое страшное было в его глазах. Они были словно из стекла, причём мутного, и глядели на меня не моргая. Затем он резко отвернулся и продолжил свою страшную трапезу.

Крик постепенно стих, а они всё продолжали рвать уже бездыханное тело. Я сразу забежал с балкона обратно в квартиру, и прижался спиной к батарее, словно пытаясь спрятаться. Я так часто дышал, как будто пробежал стометровку. Сердце бешено колотилось, и казалось ещё мгновение, и оно вырвется из груди. В голове все мысли перемешались, руки нервно тряслись. Я не знал, что и думать после увиденного.

Не помню сколько так просидел, но когда я вышел из оцепенения было уже около полудня. Солнце уже пригревало во всю. Был теплый денёк, и если бы сегодняшнее произошедшее, то его можно даже назвать хорошим.

Но постепенно мандраж спал, руки перестали трястись, мысли прояснились, и я вновь пришёл в своё обычное состояние. Для начала решил снова посмотреть во двор и оценить обстановку. Сначала машинально направился было к балкону, но потом поймав себя на мысли, что оттуда меня могут заметить, решил глянуть из комнаты.

Но никого и ничего подозрительного во дворе я не обнаружил. Только огромная лужа крови, которая уже начала сворачиваться и чернеть. Ужасное зрелище. Пожалуй, ещё более ужасное только обглоданные кости с частицами одежды, когда-то принадлежавшие человеку. Они были раскиданы и перемешаны, правда не далёко от кровавой лужи. Только какая-то тишина, которая из-за произошедших событий казалась зловещей. Чёрт. Ещё вчера всё было как обычно: обычный день, обычный вечер, перешедший в бурную в хорошем смысле ночь. Что же произошло за это время, что люди, в частности те пятеро с ума посходили? А может это я сошёл? Или мне всё это сниться. Или водка палённая, или я стал участником безумного эксперимента каких-нибудь садистов-ученных, правда не по своей воле. С этими своими мыслями я и оставался наедине, пока не услыхал чей-то голос…

Глава четвёртая. Диман. Этот голос принадлежал моему соседу по подъезду, нашему участковому. Величали его обычно Дмитрий Львович или «товарищ капитан», или для кого-то «гражданин начальник». Пару раз ко мне наведывался по поводу пресловутых соседей сверху. Объяснения отбирал. С виду вроде неплохой мужик. Когда случайно пересекались – здоровались.

Как я уже сказал, жил он в соседнем подъезде. На третьем этаже. Поэтому его голос относился откуда-то снизу.

– Эй, дружище. Ты там живой? -, старался он насколько мог, негромким, но настойчивым голосом, чтобы быть услышаным мной.

Я с некоторой опаской выглянул на балкон, пытаясь найти взглядом соседа. Но пока не находил. Я уже подумал, что у меня слуховые галлюцинации. Может бухло настолько паленное, что меня от него до сих пор штырит.

– Да пригнись ты. – прошипел он, не давая моей мысли развиться дальше. – Не отсвечивай.

Я машинально пригнулся и сел на корточки.

– Вроде живой. – ответил я, пытаясь так же как и он сохранять соответствующую громкость голоса.

– Там с тобой есть ещё кто?

– Неа.

– А других людей в нашем, или других домах тоже видал? Нормальных. – на последнем слове он сделал акцент.

– Тоже нет.

– Мля. Хреново.

– Что вообще здесь за херня творится? Как думаешь? – спросил я.

– Не только здесь, но и походу по всему глобусу…

И тут я вспомнил, красную бегущую строку в новостях, там же было, что-то о беспорядках. Точно. Может это оно и есть? Скорее всего.

…короче полный трындец. – закончил Диман.

– И чё теперь со всем этим делать?

– Чё-чё, окопаться и ждать помощи. – толи всерьёз, толи шутя сказал он.

– А если серьёзно?

Надо сказать, что общаясь, мы не глядели друг на друга. Когда выйдя на балкон, я наконец нашёл взглядом Димана, первого человека, которого я встретил после всего этого «бардака», он показал жестом, чтобы я пригнулся и наблюдал за окружающей обстановкой. Надо сказать, сам он делал тоже самое.

– А если серьёзно, то давай подумаем, – начал размышлять он, – первым делом безопасность. Эти бешенные очень быстрые. От них не убежать. Поэтому надо прятаться. И вооружаться. И по возможности огнестрелом.

– Да где ж его взять то? – с недоумением спросил я.

– А хотя б Руденко. Охотник с первого подъезда. У него ещё решётки на окнах.

– Аа.. это тот чудик, что с мелкой собакой ходит, и со свистком на шее..

– Он самый.

– До его хаты ещё добраться надо. И проникнуть туда как-то. – невесело сказал я.

– Есть тут у меня задумка одна, но придётся рисковать, и очень по-крупному… – Диман немного замялся – и в первой её стадии придётся рискнуть тебе.

Глава пятая. Передислокация

Диманов план мне не понравился. Очень! С первых же слов. Он заключался в следующем: пока работало электричество, а за одно и домофоны, и замки на дверях подъездов, мы проверяем все двери в квартирах на их закрытость, пытаемся заблокировать дверь в подъезде. Затем, когда всё будет проверено мы поднимаемся на крышу, и по ней до первого подъезда, где жил чудо-охотник, и проникнув в его квартиру завладеваем всем его арсеналом. А по словам Димана он должен был быть внушительным.