Владимир Тимофеев – Правила отбора (страница 16)

На плечо ложится чья-то ладонь.

Подошедший Иван Николаевич аккуратно разжимает мне пальцы и вынимает вставшее на задержку оружие. Потом смотрит мне прямо в глаза и тихо интересуется:

– Андрей. А зачем ты кричал во время стрельбы?

Я пожимаю плечами.

– Не знаю. Просто… просто я как-то представил себе, что там и взаправду люди…

Подполковник какое-то время молчит, а затем произносит со вздохом:

– Знаешь, Андрей. Иди-ка ты лучше домой. Водочки тяпни, проспись, а мы уж тут как-нибудь сами… продолжим. Тебе, я думаю, на сегодня хватит… Так, мужики?

Он поворачивается к остальным.

Остальные не возражают. Я, в общем, тоже. Поскольку и впрямь устал. Устал не физически – морально. Выпили меня досуха все эти видения будущего. Нашего, увы, будущего…

От переживаний я отошел только на улице, на полдороге в общагу. Более-менее успокоился и привел в порядок разбегающиеся тараканами мысли. "Ну что ж, отстрелялся вроде неплохо. Будет теперь товарищам офицерам над чем подумать. Новую порцию информации я им подкинул. И это есть хорошо…"

Аккордную работу мы закончили точно в срок. Тютелька в тютельку. Успев и рабочее место убрать, и инструменты почистить от песка и раствора.

– Вострим лыжи? – первым делом поинтересовался Синицын, вытирая рукавом пот и кивая в сторону дверного проема.

– Балда. Мастеру надо сначала проставиться.

– Точно, – хлопнул себя по лбу Шурик. – Я тогда побегу.

Приятель метнулся к лестнице, а я, подхватив лопаты и ведра, не спеша двинулся следом.

По-новой мы с ним пересеклись уже на выходе из здания. В руках у Синицына была обыкновенная пластиковая канистра (до того он прятал ее в подвале, вдали от любопытных глаз и загребущих ручонок)…

– Это что, пиво? Или, может, коньяк? – с подозрением покосился на нас Петрович, открутив у десятилитровой ёмкости крышку и принюхавшись к содержимому.

Шурик растянул рот до ушей.

– Квас, Петр Петрович. Мы ещё маленькие, нам пиво не наливают.

– Ради такого случая могли бы и расстараться, – пробурчал Петрович с явным разочарованием в голосе.

– Да ладно тебе, Петрович. Квасок заместо рассола пойдет, – ухмыльнулся присутствующий в прорабской Иваныч. – Сам знаешь, нам завтра процентовки подписывать.

– Это верно, – вздохнул "хозяин площадки", поворачиваясь к дяде Коле. – Они там как, всё закончили?

– Всё.

– Тогда доставай обходной.

Мастер по очереди расписался в двух обходных листах, передал их нам, после чего вручил лично мне небольшую книжечку цвета беж:

– Держи, Андрей Батькович. Заслужил. И это… короче… поздравляю тебя с присвоением строительного разряда.

– Спасибо.

Я раскрыл свеженькое удостоверение.

"Штукатур 3-го разряда".

– А почему штукатур?

– А я почём знаю? – пожал плечами Петрович. – Это ж не я, это кадровики написали. Им без разницы, что слесарь, что каменщик, что штукатур.

– Понятно.

– А нам это, зарплата какая-нибудь полагается? – бесхитростно полюбопытствовал Шурик.

Мастер с Иванычем переглянулись.

– Вопрос правильный. От каждого по способностям, каждому по труду. Работы я вам на всю бригаду закрыл. Всё по ЕНИРам, чин-чинарём. Шестьсот семьдесят три рублика на одиннадцать человек.

– Это значит, по шестьдесят одному на каждого, – быстренько подсчитал приятель. – Здорово! А где получать?

– Понятия не имею, – почесал затылок Петрович. – Договор у нас с институтом. Деньги туда переправят. Зайдёте у себя в бухгалтерию, спросите.

– У-у-у, – Синицын разочарованно выдохнул.

Он, видимо, полагал, что зарплату можно получить прямо здесь и сейчас. Рассеивать и дальше его иллюзии я не стал. Хотя знал, что на всё заработанное обязательно наложит лапу наш комитет комсомола, и "живых" денег никто из нас не увидит…

– Ну что ж, поздравляю вас с окончанием практики, товарищи студенты, – подытожил разговор мастер. – Если из института выгонят, милости прошу к нам на стройку…

По возвращению в общежитие, Шурик заперся у себя в комнате. Наши с картошки ещё не приехали – если мне не изменяет память, должны прибыть к вечеру. То есть, было время и в блоке прибраться, и ботинки, что мы позаимствовали у Володи Шамрая, почистить, помыть и вернуть на законное место. Вроде как и не пользовались.

Покончив с "первоочередными" делами, я переоделся в цивильное и направился на переговорный пункт, который располагался в соседнем от института квартале. Вошел внутрь, отстоял небольшую очередь, заказал "межгород".

В кабинку меня "пригласили" через пятнадцать минут. Разговор с родителями оказался не слишком длинным. Мама, естественно, поинтересовалась здоровьем, как кормят в столовой, в очередной раз посетовала на то, что я зря не пошёл в инженерно-строительный. Там и учиться попроще, и традиции семейные поддержал бы. Взявший после нее трубку отец спросил, не надо ли денег прислать. Я в ответ заверил его, что с финансами всё путём. Во-первых, стипендию уже получил, целых пятьдесят пять рубликов, а во-вторых, от той сотни, которой они меня снабдили в дорогу, осталась тридцатка. Так что никаких финансовых затруднений на данный момент я не испытываю. Про деньги, заработанные на бильярде, благоразумно упоминать не стал: азартные игры родители не одобряли…

Когда заказанные десять минут истекли, я вышел из переговорной кабины и переместился к имеющемуся в помещении таксофону. Опустил в приёмную щель двушку и набрал до боли знакомый номер.

– Алло! – послышался из наушника голос Жанны.

– Привет!

– Привет!

– Это Андрей, – я приблизил к губам микрофон и прикрылся ладонью, чтобы никто не подслушивал. – Если помнишь, неделю назад в электричке.

– Да-да. Помню. Ты почему не звонил? – строго поинтересовались в трубке.

"Ну вот, узнаю свою жёнушку. Едва познакомились, а она уже наезжает".

– Да я всю неделю работал. Практика. Только сегодня вырвался.

– А-а, ну тогда ладно, – подобрела Жанна.

– Я это… чего звоню. Может, мы встретимся где-нибудь?

– Давай. А где?

– Через полчасика возле ДК.

– Какого ДК?

– Который "Вперёд".

– Хорошо. Поняла.

– Буду ждать.

– Ладно. Подойду через полчаса.

– Тогда до встречи.

– Пока.

Повесив трубку, я вышел на улицу. До дома культуры идти минут десять. Погода хорошая, градусов пятнадцать по Цельсию, не жарко, не холодно. А ещё солнышко светит. В общем, вечер обещает быть томным. Если конечно сам ничего не испорчу…

Жанна опоздала на пять минут. Это даже нельзя назвать опозданием. В отличие от подавляющего большинства дам, она всегда приходила вовремя. Ну, то есть, почти вовремя.

– Привет! – поздоровалась она, слегка наклонив голову и стрельнув глазами. – Давно ждешь?