Владимир Тимофеев – Отдохнем по-взрослому (страница 40)

– Хм, и… к какой категории я отношусь?

– Ну, пить ты вроде не пьешь. В связях, порочащих тебя, замечен не был. Так что, увы, остается третий вариант.

– Короче, идиот, – подытожил я с нарочитой грустью.

– Шучу, Андрюша, шучу, – рассмеялась Жанна. – Ты просто раздолбай… МОЙ раздолбай, – уточнила она через секунду.

После этих слов я не то чтобы расцвел или там возгордился, но уж плечи расправил точно. Ну да, раздолбай. Зато не идиот как… э-э… некоторые.

– Так что смотрим-то? – вновь спросил я жену, указывая на стенд. – Раздолбаям ведь тоже интересно.

– Да, – неопределенно махнула рукой моя благоверная. – Это интерактивное меню. Они его каждый вечер вывешивают. Типа, вчера была ханьченьская кухня, завтра бабайская, послезавтра…

– А сегодня какая? – перебил я супругу.

– Ты не поверишь. Сегодня – русслийская.

– О как! – восхитился я. – Ну-ка, ну-ка, поглядим, чем тут нас потчевать собираются.

Ткнув пальцем в одну из иконок, я развернул меню (пока еще не кулинарное, а просто с настройками), указал язык, день, ввел номер комнаты, пароль… короче, уже через двадцать секунд мне предложили сделать заказ. То бишь выбрать блюда, которые должны приготовить специально для нас в течение ближайших пятнадцати минут. Да, жаль, конечно, что ужин здесь не «свейский стол», а так называемый «а ля карте», да еще и напитки за отдельную плату. Причем немалую, раза в три дороже, чем в любой придорожной забегаловке. Однако деваться некуда, придется платить – не всухомятку же еду поглощать. Хотя… точно, в следующий раз я напитки с собой прихвачу, бутылку там с водой или сока пакет – авось не отнимут. Их ведь, главное, спрятать получше, тогда прокатит. Наверное.

«Так, и что тут у нас имеется? Картинки вроде ничего».

– Там еще рецепты указаны, – добавила Жанна, следя за моими телодвижениями.

– Посмотрим, посмотрим, – пробормотал я, нажимая на картинку с суповой тарелкой. – Во, блин! Рыйбный суп с… с чем?!

– Рыйбный суп с говениной, – прочитала жена.

Я озадаченно покрутил головой.

– Н-да. Что-то мне не хочется этой… говенины.

– Мне тоже, – усмехнулась супруга.

– Ладно. Что дальше? Так… сувлык. Хм, а это чего за хреновина?

– Шашлык, наверное. Ты рецепт посмотри, может, понятней станет.

– Хорошо, смотрим.

Тычу пальцем в строку «способ приготовления», читаю:

– Сувлык. Разрежьте мясо свинины в среду. Размера куб и разместить их в уксусе ибо час. Брызните смесь наверху в то время как пробуя их в не-палке пан или гриле… Блин, не понял!

– Я тоже. Давай дальше.

На пару с женой мы принялись по очереди тыкать в гигантский «планшет». С каждым разом всё больше и больше охреневая от выкрутасов дословного перевода. Впрочем, минут через пять Жанне всё это надоело. Отстранив меня от стенда, она коснулась пальцем панели и переключила языковой режим, поясняя:

– Попробуем на глинике прочитать.

Супруга оказалась права. На глинике и впрямь всё стало более-менее понятно. Я выбрал себе пельмени (которые равиоли) и рыбное филе с картошкой, а Жанна ограничилась одним салатом.

– Фигуру блюдешь? – подколол я ее.

На уловку моя красавица не поддалась.

– Нажираться на ночь вредно, – назидательно произнесла она, добавив со значением. – Это я тебе как доктор говорю.

– Не. Я, если вечером не наемся, сил лишусь. А потом всю ночь храпеть буду.

Жена хмыкнула, но дальше пикироваться не стала.

– Из чего хоть салат? Надеюсь, не фасоль с мюслями? – спросил я ее еще через пару секунд.

– Нет, не фасоль. Огурцы, помидоры, редис, оливки… карамболь.

Я заржал.

– Что? Карамболь? Они чего, собираются шары бильярдные в салат накрошить?

– Карамболь здесь – это не разновидность бильярда, а фрукт, – терпеливо пояснила моя умная женушка. – Учи матчасть, Андрюша. Не игрой единой жив человек.

– Виноват, исправлюсь. Пить, кстати, что будем?

Жанна задумчиво посмотрела на экран-стенд.

– Я, пожалуй, сок закажу. Яблочный.

– А я…

– Только, прошу тебя, пиво не бери, – внезапно перебила меня супруга. – Оно тут по восемь секто полпинты.

Я тяжко вздохнул.

– Хорошо. Тогда я тоже – сок.

– Нет, лучше воду возьми. Она дешевле… в два раза.

– Хорошо, буду дуть воду, – согласился я. – Но только не «Оборжоми».

Глава 33. Оборжоми

С минеральной водой «Оборжоми» пять лет назад приключилась одна весьма занимательная история.

В тот год на Великой Грызунии началась какая-то буча. Очень для всех непонятная, поскольку уже почти два века эта провинциальная планетка числилась ассоциированным членом нашей Синеговии. То есть получала все положенные ей как русслийской планете плюшки и пряники, но ни за оборону не отвечала, ни налогов в казну не платила – только членские взносы. Чисто символические, да и то не всегда. В принципе, ничего страшного в этом не было. Считаете себя, господа грызунцы, равнее равных – мы не в претензии. Выращивайте потихоньку свои мандарины, давите виноград в чанах, водичку в бутылочки разливайте, танцуйте брутальные танцы, развивайте искусство хорового пения, застолья там всякие… Вы, главное, в политику большую не лезьте и под ногами не путайтесь, когда припрет. И тогда всё будет у вас хорошо.

Однако, нет. Что-то там замкнуло в мозгах у грызунских правителей (не иначе, как переходный возраст нагрянул), и возжелали они большой и чистой любви. Правда, не от нас. Решили они, что хватит уже на Синеговию горбатиться, пора и о себе подумать. Особенно, когда вокруг столько соблазнов – Сектосоюз, Мериндосия, глиничане. И все прямо-таки жаждут заключить в теплые дружеские объятия трудолюбивых певцов-виноделов. И условия более выгодные предоставить, и льготы, и…

В общем, обиделись граждане Великой Грызунии на русслийцев аж до требования предоставить планете полную и окончательную, хм, независимость. Так страшно обиделись, что их президент, выступая в «обращении к нации», даже пообещал собственный галстук сжевать, если грызунские требования не будут удовлетворены в ближайшие десять минут. И, что самое любопытное, сдержал-таки свое обещание (вай, какой молодец!). Короче, слопал он это изделие от кутюр прямо в эфире. Сожрал и не поморщился. Инопланетные голокомпании потом больше года мусолили этот героический поступок во всех новостных программах, отмечая мужество несгибаемого борца за свободу, не испугавшегося мести русслийских правителей. Наши же… наши просто поржали, покрутив у виска пальцем. И, как вскоре выяснилось, правильно сделали – через три месяца грызунцы сами без чьей либо помощи упекли этого «борца» в спецлечебницу с диагнозом «Маниакально-депрессивный психоз в острой стадии». Впрочем, на общую ситуацию это не повлияло – президент сменился, претензии остались.

В итоге наше правительство попросту проинформировало всё мировое сообщество о том, что Великая Грызуния и так имеет независимость. А если «мятежная» планета желает поиметь ее в более извращенной форме, то ради бога – пусть подаёт заявление о снятии с себя прав и обязанностей ассоциированного члена Русслийской Синеговии и, как говорится, скатертью дорога.

Грызунцы в ответ сильно возбудились, но спустя пару дней всё-таки подали прошение. И уже буквально через неделю выяснили некоторые весьма неприятные для себя подробности.

Во-первых, «женихи» из Сектосоюза как-то очень быстро охладели (в материальном плане) к новоиспеченной «невесте».

Во-вторых, мериндосы с глиничанами тоже не стали спешить – вы, мол, ребята, конечно же, молодцы и всё такое, но пока вам надо немножечко поработать над собой, чтобы, так сказать, полностью соответствовать всем требованиям, предъявляемым молодым демократиям. То бишь законы свои не очень демократические подкорректировать, экономику полностью перевести на рыночные рельсы, с социальными обязательствами разобраться (больно они завышенные), бюджетный дефицит снизить, еще там кое-чего по мелочи. Короче, лет через двадцать-тридцать, глядишь, и дорастете, господа хорошие, до нужного уровня и станете, наконец, полноправными членами цивилизованного мира, а пока… А пока давайте вместе бороться с русслийским великодержавным шовинизмом.

И грызунские руководители, «глотнув свободы» и получив ценные указания, принялись активно бороться. Для начала предъявив бывшей «метрополии» требование сохранить все имеющиеся торгово-таможенные преференции и выплатить компенсацию за непереносимые моральные и физические страдания грызунского народа во времена русслийской «оккупации». Продолжавшейся, как они посчитали, без малого тысячу лет.

Наши дипломаты претензии выслушали, покивали головой, и… наступило для Великой Грызунии «в-третьих».

Неспешно провернулись шестеренки большой бюрократической машины. Дипломатические, политические, юридические, экономические, силовые. А спустя месяц-другой начали появляться документы. Законы, указы, постановления, дополнения, приложения, приказы, инструкции, разъяснения. Короче, много чего родилось обычного, банального, рутинного, скучного, но, тем не менее, весьма и весьма способствующего достойному выходу из ситуации. Неловкой для нас, для русслийцев – не каждый ведь день приходится учить уму-разуму своих, хм, дальних родственников.

Первым, как водится, стало слово. Точнее, два слова в перечне государств и государственных образований, с которыми Синеговия имеет исключительно визовый режим. Всего два слова: прилагательное «великая» и существительное «грызуния». Однако это было еще не все. Давно ведь известно, что если в одном месте что-то появляется, значит, в другом что-то исчезает. Так и здесь – Великая Грызуния вполне ожидаемо исчезла из списка планет с наибольшим благоприятствованием в торговле. На этом экспериментально подтвержденном факте «классика», как и положено, кончилась. А вслед за ней, в очередной раз демонстрируя всему миру квантовую природу отечественной бюрократии, пошла в ход разного рода «нелинейщина».