Владимир Тимофеев – Мезолит СССР (страница 14)

Следует отметить неточности в стратиграфии Ягорбской стоянки, что в свое время породило сомнения исследователей в ее раннем возрасте. В опубликованном профиле все находки показаны в слое ила на глубине 3–4 м. Состав костей животных представляет фауну различных природно-климатических зон и разных хронологических периодов. На этот факт обращала внимание М.Е. Фосс (Фосс, 1952, с. 40), а глубину залегания слоя стоянки в 3–4 м от современной поверхности подтвердил в свое время директор Череповецкого музея К.К. Морозов, принимавший участие в съемках профиля и плана. Есть основания считать, что Ягорбская стоянка является теперь не самым древним памятником эпохи мезолита на Европейском Севере.

В 1929 г. в бассейне оз. Лача М.Е. Фосс была открыта стоянка в местности Веретье, при раскопках которой под слоями поселения неолитического времени обнаружен культурный слой без керамики. Несмотря на оригинальность вещественного материала, найденного в этом слое, стоянка, получившая название Нижнего Веретья, была определена как неолитическая. Уже в 1938–1939 гг. в бассейне оз. Воже была открыта и частично раскопана стоянка Погостище I. Вначале А.Я. Брюсов датировал ее концом III тысячелетия до н. э. (Брюсов, 1941, с. 15), затем пришел к выводу о более раннем возрасте памятника и отнес его к периоду мезолита, определив возраст примерно концом IV тысячелетия до н. э. (Брюсов, 1961, с. 157). Исследователь отмечал сходство Погостища I с Нижним Веретьем и считал их одновременными. М.Е. Фосс всегда отрицала предположение о мезолитическом возрасте этих памятников, хотя допускала их культурную близость и вероятную одновременность. В итоге обе стоянки были датированы ею III тысячелетием до н. э., а Нижнее Веретье — его второй половиной и отнесены к периоду сложения каргопольской культуры эпохи неолита (Фосс, 1952, с. 43–54).

Таким образом, в центральном районе Европейского Севера, включающем Восточное Прионежье и бассейн Сухоны, до начала 70-х годов эпоха мезолита оставалась слабо изученной, хотя предположение о заселенности этих территорий в конце бореала уже было высказано. В бассейне Сухоны в 30-е годы открыты несколько стоянок каменного века, на которых были найдены ножевидные пластины. Их тоже считали неолитическими (Черницын, 1951; Фосс, 1952, с. 258, 259). Все это определило задачи исследований, начатых в 70-х годах. В результате проведенных работ удалось изучить две группы памятников эпохи мезолита (карта 4).

Памятники типа Веретья или торфяниковые стоянки сосредоточены в бассейнах крупных озер Восточного Прионежья. В настоящее время насчитывается четыре стоянки и могильник, изученные раскопками, а вместе с местонахождениями всего известно 14 памятников этого типа. Для стоянок типа Веретья характерно залегание культурного слоя под торфяными отложениями, что прослежено в Нижнем Веретье, Погостище I, Нижнем Веретье I. Выясняется, что стоянки этого типа возникли до начала торфообразования. Люди селились на берегах озер у впадения рек или на берегах небольших рек. Впоследствии эти места были затоплены или заторфованы.

Нижнее Веретье I является в настоящее время самой большой и лучше других изученной торфяниковой стоянкой Восточного Прионежья. В 1979 г. при обследовании местности на левом берегу р. Кинемы в 1 км от современного берега оз. Лача О.В. Ошибкиной был обнаружен культурный слой мезолитической стоянки. Нижнее Веретье I, исследованное уже на площади около 1200 кв. м, не перекрыто культурными отложениями последующих периодов. В древности стоянка занимала мыс у впадения реки. Строения и хозяйственные сооружения стояли вдоль берега, не поднимаясь на первую надпойменную террасу. После затопления они были перекрыты двумя слоями торфа, отложившимися в конце бореала — начале атлантики и в суббореальном периоде. Культурный слой залегает в нижней части коричневого торфа и подстилающем песке с гравием. На этом же контакте отмечено присутствие сапропеля, что свидетельствует о существовании древней стоянки на берегу озера.

Стоянка Нижнее Веретье I занимала площадь около 1500 кв. м. Она состояла из нескольких жилищ, построенных из жердей и покрытых мягкими материалами, вероятнее всего шкурами. Для укрепления конструкции нижние концы жердей затачивали, а, кроме того, иногда укрепляли крупными камнями. Судя по сохранившимся основаниям, жилища имели квадратную или прямоугольную форму и площадь 40–50 кв. м. Внутри располагались один или два очага, около которых сосредоточены кости животных, орудия труда, обожженная древесина. В одном жилище на уровне пола отмечена подсыпка из свежего песка, под которой сохранились мелкие обломки костей, осколки кремня и прочий мелкий мусор. Видимо, жители возвращались в жилище несколько раз и могли его подновлять, а также посыпать основание чистым песком.

В развалах сооружений, на полу и особенно у стен, сосредоточено большое число всевозможных орудий труда и охоты, рыболовные принадлежности, деревянные поделки, украшения и многое другое. Общее число находок достигает сейчас более 7500 предметов, не считая осколков и отщепов камня, нуклевидных кусков, обработанных кусков кости и рога, неопределимых обломков вещей из кости и дерева. Совершенно отсутствуют следы какой-либо посуды из глины или других материалов, хотя поделки из дерева и бересты сохраняются достаточно хорошо. Возраст стоянки, установленный с помощью естественных методов, — бореальный период.

Характерной особенностью каменного инвентаря Нижнего Веретья I является преимущественное использование орудий на крупных отщепах. Ножевидные пластины тоже имели широкое применение. Жители стоянки Нижнее Веретье I использовали одновременно технику отщепа и ножевидной пластины, умели делать крупные орудия, в том числе рубящие, знали шлифовку и сверление камня и кости, применяли различные составные орудия. Для шлифования использовали плитки известняка и другие абразивы, а также большие шлифовальные плиты с несколькими углублениями для работы на обеих сторонах плиты. Таких плит размером до 50 см найдено 4.

Обработка каменных орудий производилась у самого берега реки и на окраине стоянки, у леса, где обнаружена мастерская по обработке камня. Здесь стоял высокий камень, овальный в плане, который служил наковальней. Вокруг него оказалось множество отщепов и осколков кремня, а также поделки из камня и кости, в том числе восемь костяных наконечников стрел. Рядом с наковальней стоял туес, или коробка, сделанная из одного куска бересты, концы которого были свернуты треугольником и прикреплены к торцам туеса. Внутри лежали желваки и отщепы высококачественного серо-голубого кремня, ретушеры, пластины и один готовый концевой скребок — всего 29 предметов. Еще одна подобная берестяная коробка найдена ближе к берегу. Она была укреплена между четырьмя мелкими колышками, внутри лежали кремневые отщепы и желваки.

Рубящие орудия Нижнего Веретья I представлены большой серией (табл. 4). Преобладают топоры, среди которых примерно половина сделана из сланца, остальные из кремня. Многие орудия пришлифованы у лезвия, некоторые по всей поверхности. По форме они делятся на четыре типа, что связано, вероятно, со способом укрепления в рукояти. В сущности, топоры являются лишь лезвиями или вставками орудий. Особенно распространен топор-вставка с острым обухом и овальным сечением, который чаще всего делали из кремня и обрабатывали по всей поверхности сколами. Если такое орудие делали из сланца, то его шлифовали у лезвия. Тесла, плоские долота и мелкие стамески встречаются гораздо реже. Их делали только из сланца. Устойчивую форму имеют кремневые клинья. У них прямо срезанный обух и круглое сечение. Клинья могли использовать для раскалывания крупных костей и расщепления древесины.

Среди рубящих орудий выделяются так называемые мотыги. Все они сделаны из хорошего кремня, имеют рукоять, тщательно обработанную сколами, обушковая плоскость оформлена одним сколом. Широкий рабочий край обычно закруглен и подправлен заостряющей ретушью.

Орудия охоты жители стоянки делали преимущественно из кости и дерева, при этом их оснащали кремневыми вставками из ножевидных пластин и изредка наконечниками. Среди многочисленной коллекции находок в Нижнем Веретье I только шесть каменных наконечников стрел. Представляет интерес экземпляр на широкой пластине, обработанной ретушью на спинке по краям и на брюшке по острию и черешку. Изделие отличается оригинальной формой и не имеет аналогий (табл. 12). Второй наконечник имеет длинный черешок, обработанный противолежащей ретушью, острие изделия утеряно (табл. 12). Третий экземпляр сделан из грубой пластины среднего размера, имеет иволистную форму и закругленный черешок, обработан ретушью по всему периметру на спинке (табл. 12). Представляет интерес массивный наконечник на пластине, у которого выделен короткий черешок, ретушью обработаны черешок и острие. По форме он похож на один из наконечников мезолитической стоянки Пулли в Эстонии, датируемой VIII тысячелетием до н. э. (Jaanits L., Laanits К., 1975, Abb. 2, 4).

Примерно третью часть всех готовых изделий составляют ножевидные пластины, среди которых только 5 % имеют ретушь. Некоторые из них могли служить ножами, но для вкладышей такие пластины слишком широки и массивны (табл. 12). В то же время найдено много составных орудий, в том числе костяных наконечников стрел, в пазах которых сохранились кремневые лезвия, что позволяет составить представление о выборе и использовании ножевидных пластин жителями стоянки. Для оснащения орудий брали очень тонкие и длинные пластины без всякой ретуши или с легкой подправкой для получения нужной формы.