Владимир Тимофеев – Лидер с планеты Земля (страница 48)
Время буквально утекало сквозь пальцы.
Насколько мне помнилось, эффективный огонь у ланийских дестроеров-перехватчиков начинался с дистанции сто.
Шкала состояния реактора заполнилась красным процентов на сорок. До выстрела из скрут-пушки оставалось двадцать восемь секунд. До атаки ланийцев — десять, до «схлопывания» ходового реактора — восемнадцать.
Корабль неожиданно вздрогнул.
— Экселенц! Дестроеры открыли огонь. Нагрузка щитов — семьдесят два процента. Энергояма — тринадцать секунд. До рубежа атаки — двадцать четыре.
В голосе командира «Авроры» явно ощущался вопрос, но вслух он его не произносил.
И это правильно. Зачем спрашивать, если оба варианта ответа меня не устраивают?
Ни отменять атаку, ни выходить из форсажного режима, ослабив защиту и снизив скорость, я не собирался. Противник начал стрельбу раньше, чем нужно? Ну что же, это его проблемы. Наша защита на этой дистанции удары, пусть и с трудом, но держит. Увеличить их мощность ланийцы не могут. А у меня на скрут-пушке линзы едва пропускают десять процентов энергии…
Ну, да и фиг с ними! В конце концов, живём один раз, и прямо сейчас я умирать не намерен. Как и проигрывать…
Скользнув ладонью по левой панели, я увеличил мощность барьера до максимума и резко нажал на правую. На этот раз мне словно бы наяву виделось, как формируется сгусток незримой энергии, как барьер наполняет её чудовищной мощью, а после выстреливает. Не давая ни единого шанса тому, кто попал под раздачу…
— Экселенц! Двенадцать целей по курсу сзади. Скорость сближения — двадцать два. По сигнатурам — торпеды…
А вот это уже совсем никуда не годилось. Полностью обнулить всю местную группировку ФСП и Лану и получить от них в качестве прощального подарка десяток торпед мне совершенно не улыбалось. И ведь как на грех линзы скрут-пушки можно теперь только в музее показывать. Хотя… стрелять из орудия уже не получится, но открыть телепорт пока ещё можно.
Секунда — чтобы переключить тумблер в положение «2». Торпеды — в шестидесяти пяти тинах от корабля.
Ещё секунда — чтобы масштабировать карту. Торпеды — сорок один.
Полсекунды — чтобы ткнуть пальцем точку нужную на карте. Дистанция — тридцать.
«Мать! Близко-то как!»
Секунда — нажатие на панель. Торпеды — пятнадцать.
Портал.
Хлопок.
Выход.
«Б….!»
— Три цели прямо по курсу. По сигнатурам — дестроеры. Дистанция — двадцать. Скорость сближения…
— Все курсовые! Беглым — огонь! Дестроеры — уничтожить! — заорал я, не дослушав доклад.
Слава яйцам, «артиллеристы» эту команду исполнили, не задумываясь.
Цель есть. Цель в рамке. Цель уничтожена. А откуда она там взялась — об этом пущай начальство гадает, на то оно и начальство.
К счастью, ланийские перехватчики, в хвост которым мы выскочили через ноль, мгновенно превратившись из жертвы в охотника, в задней полусфере защиты практически не имели. Как правило, их применяли для скоростных атак в лоб на цели с сильным плазменным и гравиприкрытием, поэтому силовые щиты у них выставлялись в основном в носовой части. А сзади… Ну кто может соревноваться с дестроерами по скорости и манёвренности? Только лёгкие истребители. А против лёгких машин хватит и «обычной» брони от плазмы и лазеров.
Против полного залпа крейсерских пушек вражеские перехватчики не устояли. Два разлетелись обломками, третий рванул огненной вспышкой. Торпеды, от которых мы ловко удрали, «исчезли в глубинах космоса» (вероятней всего, просто самоликидировались).
— Цели уничтожены. Целей не наблюдаю, — доложили с градарного пульта.
— Реактор на номинале. Мощность щитов — тридцать процентов. Функционал ГРЭБ — норма. Скорость сто пятьдесят. Курс восемь пятнадцать. Уходим на внешнюю, экселенц, — дополнил доклад Карстен.
— Благодарю за службу, селы офицеры, — выдохнул я в микрофон.
— Слава Империи! — пронеслось по отсекам…
В системе Растайи мы задержались ещё примерно на час. Воевать было больше не с кем, но и вернуться на Мегадею, как все, через гиперворота — такого я себе позволить не мог. Во-первых, потому что ворота, хотя и восстановились, но работали пока нестабильно, а во-вторых, появление на поле боя ещё одного «обычного» крейсера не произвело бы на противника должного впечатления. «Авроре» требовалось появиться эффектно. Так, чтобы и ланийцы, и стопланетники сразу же поняли: игры закончились, сейчас их будут просто мочить.
Судя по сообщениям Виллема и Суйюня, после нашего внезапного ухода из сектора сражение за Мегадею продолжилось. Пусть меньшими силами, но с не меньшим ожесточением. Сейчас, правда, враги уже не пытались прорвать оборону низких орбит, а сосредоточили основные усилия на повторном взятии под контроль зоны гиперворот. Надеясь, как я и предполагал, на новые подкрепления из системы Растайи. То, что их там уже нет, до мегадейской группировки противника ещё не дошло, поэтому они продолжали упорно атаковать маленькую флотилию «тарсианцев», выбившую чужие корабли из зоны портала и занявшую там «круговую» оборону.
Минус — врагов всё равно было много.
Плюс — больших боевых кораблей у них осталось всего четыре десятка, поэтому в атаку ФСПшники и ланийцы бросали всё, что есть под рукой: десантные корабли, суда обеспечения и разведки, слабовооружённые транспортники, абордажные боты… УБК, дестроеры и корветы участвовали в атаках посменно, по десять-пятнадцать вымпелов, после чего отводились назад, в арьергард. Видимо, командиры противника хотели тем самым обезопасить тылы от наскоков имперских истребителей и сохранить остатки боевой мощи до подхода резервов и нового штурма планеты. То, что этой возможности больше не существует, требовалось донести до них в максимально доходчивой форме…
Как я ни старался, восстановить линзы барьерного резонатора, чтобы из пушки можно было снова стрелять, не получилось. Единственное, что сумел, провозившись возле орудия без малого час — это «почистить» систему управления и сбалансировать перетоки энергии в барьер и обратно. Благодаря этому, режим «номер 2», пусть и не полностью (лишь на десяток-другой прыжков), но восстановился, и теперь мы опять могли телепортироваться: хоть прямо к Бохаву, хоть к столице Лану, хоть к главной планете «пиндосов» из ФСП.
Перспектива конечно заманчивая, но несвоевременная.
Вот разберёмся с теми, которые сейчас напирают на наших у Мегадеи, тогда и подумаем, к кому наведаться в гости. Жаль, правда, что боевой режим на скрут-пушке так и не заработал, но ничего. Есть и другие способы, как можно прижать супостатов…
В систему Мегадеи «Аврора» вошла выше эклиптики, прямо «над головами» у главных сил стопланетников, на дистанции около пятнадцати тысяч тин. Для стрельбы далеко, для обнаружения и идентификации достаточно.
Секунд через двадцать, убедившись, что нас заметили и даже отправили в нашу сторону пятёрку корветов, я вышел в эфир на общедоступной навигаторской частоте, свободной от помех ГРЭБ и используемой обеими сторонами конфликта:
— Здесь барон Румий, командующий сводной группой Имперской армии, Особого корпуса дома Румий и территориальных войск дома Ван Тиль. Я обращаюсь к командованию объединённого флота Федерации Ста Планет и Союза Лану́. Повторяю. Я — барон Румий, командующий сводной группой Имперской армии…
Противники отозвались спустя примерно минуту:
— Здесь штаб-адмирал Элиссон, командующий объединённым флотом. Что вы хотите, барон?
— Я хочу предложить вам сдаться, господин адмирал.
— Сдаться? Я не ослышался?
— Да, не ослышались. Именно сдаться. Потому что в противном случае ваш флот будет полностью уничтожен.
На том конце «провода» возникла небольшая заминка. Я молча ждал.
— Ну, и каким же образом вы собираетесь нас уничтожить, барон? — язвительно, но не слишком уверенно поинтересовались в наушниках.
— Точно таким же, каким час назад я уничтожил здесь добрую сотню ваших судов. Потом, правда, пришлось немного отвлечься и отправиться в систему Растайи… Думаю, вы до сих пор пытаетесь связать с вашими силами там, но ответа оттуда не получаете. Так вот я скажу: вы его не получите. Потому что отвечать вам там уже некому.
— Я вам не верю, барон, — после недолгой паузы выдавил из себя штаб-адмирал.
— Ваше право, — пожал я плечами. — Но в таком случае не обессудьте. Мне нравятся ваши корабли, я не хочу продолжать бессмысленное кровопролитие, однако, увы, буду вынужден это сделать. Ведь если враг не сдаётся, его уничтожают. А пока, чтобы снять часть сомнений в моих возможностях, я сделаю вот что…
В ту же секунду «Аврора» совершила новый прыжок — на ту же дистанцию от противника, только с другой стороны эклиптики.
— Вы меня видите, адмирал?.. Если не видите, вот новые координаты моего крейсера… Ага. Вижу, что видите. Ну так вот. На окончательное решение я даю вам десять минут. Если до истечения этого срока вы примете решение сдаться, вам оставят несколько транспортов и вы сможете беспрепятственно эвакуироваться на них в пространство ФСП и Лану. Это касается всех экипажей всех ваших кораблей. Я повторяю: всех, абсолютно всех, включая вас и ваш штаб. В противном случае, если через десять минут ответа не будет, я открываю огонь на поражение. Так что думайте, адмирал. Думайте и решайте. Ваша судьба теперь в ваших руках. Только в ваших…
Ответ на мой ультиматум командование стопланетников дало через восемь с половиной минут: