Владимир Тихонов – Лето с Моисеем (страница 1)

Лето с Моисеем

Владимир Тихонов

© Владимир Тихонов, 2026

ISBN 978-5-0067-6726-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Лето с Моисеем

Когда нас выгрузили на полустанке и мама крикнула:

– Всё, дальше сами! —

мы с Денисом стояли с рюкзаками, как два туриста-первопроходца.

– Главное – не потеряйся, – буркнул он.

Я кивнул, но знал: потеряется не кто-то из нас. Потеряется Моисей.

Он всегда так делает.

***

Это лето обещало быть жарким. Даже в тени – почти тридцать градусов. Так папа говорил, щурясь в окно.

Денис опять спорил с родителями:

– Да не хочу я в вашу эту деревню! – упирался он. – Что я там не видел?

– Интересно, – парировала мама. – И куда же это мы хотим?

Её вопрос был риторическим. Куда именно мы «хотим» – уже решили без нас.

Мне нравилось у тёти Марины. Она добрая и любит животных. У неё дома две кошки – Маруся и Жанна. Странные, конечно. Не играются, не мурлыкают, всё больше лежат на солнышке или пьют молоко.

А вот бы у тёти была собака. Я бы с ней гулял каждый день!

Мы с Денисом – а он мой старший брат – не раз просили завести собаку. Но родители в этом были непоколебимы. У отца аллергия, а у мамы – «порядок в доме».

Вот и скучно дома. А у тёти Марины – никаких уроков, никаких замечаний в дневнике, никакой географички с глазами, как у совы, и – главное – никакого ремня, которым отец обязательно всыплет за двойку..

Только кошки. Хоть и не особо дружелюбные.

– Да он уже большой! – это Денис про меня. – Ему двенадцать!

– Он твой младший брат, – вмешался папа. – За ним нужно присматривать.

– Я в его возрасте один ездил к тёте Марине! – закричал Денис так, будто в последний раз.

Ему четырнадцать. Он уже «тусуется» со старшеклассниками, держит в кармане пачку сигарет и думает, что взрослый. Если родители узнают – ой-ой!

А мне – двенадцать. Только закончил пятый класс. Поездки к тёте Марине – наша семейная традиция. Началась с Дениса. Его стали отправлять туда ещё до моего рождения.

Прошлым летом всё пошло не по плану – дядя Гриша заболел, и нас оставили в городе. Всё лето я рисовал в тетрадке. Люблю рисовать. В школе мне скучно, а вот рисунки у меня – лучше всех. Даже Дениса рисовал как-то. Правда, ему не понравилось.

Как бы ни упирался Денис, поездка оставалась в силе. В конце он только громко выдохнул и с грохотом пошёл собирать рюкзак.

Внутрь полетели шорты, носки и его плеер. Настоящий, с экранчиком и кнопками. Я мечтал о таком в прошлом году. Но тогда родители решили подарить его Денису на Новый год.

Чтобы мне не было обидно, мне вручили электронную «рисовалку». Не помню, как она называется. Что-то там с иностранной подписью. Но мне всё равно больше нравится рисовать простым карандашом. В тетрадке. Это быстрее. И, как мне кажется, живее.

Денис собрался. Я собрался. Мы поехали.

***

Тётя Марина встретила нас на вокзале.

Она была в шляпе с цветами и в льняном платье до пят. Я всегда удивлялся, как в такой жаре она остаётся весёлой и пахнет пирогами.

– Ну, здравствуйте, туристы! – сказала она, крепко обняв сначала меня, потом Дениса, хотя он уже почти с неё ростом.

Тётя Марина – младшая сестра папы. Добрая, не больше сорока пяти лет, всегда улыбается. Говорят, раньше она была медсестрой в городе, но потом уехала в деревню – за тишиной и воздухом. А ещё – за Гришей.

Дядя Гриша, её муж, был когда-то военным. Про него много не расскажешь. Он молчаливый, хромает на левую ногу и по утрам разводит руками хлеб и колбасу на ровные кусочки, как будто это строевая подготовка.

В их доме было уютно.

Как только я открыл дверь в одну из комнат, на меня посмотрело существо.

Из-под кровати торчал нос, потом показалась морда. Его глазки сверкали азартными огоньками, а уши стояли торчком, словно антенны. Тёмно-серая шерсть переливалась в солнечном свете, пробивавшемся сквозь занавески.

Это был он. Моисей.

Тётя Марина улыбнулась:

– Знакомьтесь. Это Моисей. Наш главный шалопай.

Собака, что мне была чуть по колено, осторожно вышла из-под кровати и принюхалась ко мне. Взгляд – недоверчивый, но живой. Хвост сначала затаился, а потом вдруг резко зашевелился, как будто моторчик завёлся.

– Он у нас с характером, – сказала тётя. – Зимой сам пришёл. В сугробе валялся, едва дышал. Худой был, как ветка. Я его на кухне отогревала.

– А имя? – спросил я, улыбаясь.

– Ну… как-то он так глянул на Гришу, – хмыкнула тётя, – будто говорит: «Ведите меня». Вот и стал Моисеем. Ведущим и ведомым.

Я опустился на корточки. Моисей подошёл ближе. Понюхал мои руки, ткнулся носом в колено.

Словно решил: «Сгодится».

Так и началась наша дружба.

***

Про «вай-фай» Денис спрашивать не стал, но перспектива сидеть без интернета его не радовала.

Он решил сходить на речку. Было тепло. На небе ни тучки. Я хотел пойти с ним.

– Ты же и плавать не умеешь! – напомнил мне Денис, не забывая о роли старшего брата, – утонешь, а мне потом ремня? Нет уж. Сиди дома.

Вот Моисей и пришёл ко мне в комнату, пока я разбирал вещи. Он обнюхивал всё, что я доставал из сумки.

Особое внимание он уделил моей тетрадке.

– Тоже любишь рисовать? – спросил я, будто разговаривал с человеком.

А что? Имя у него говорящее. Да и как тётя Марина с ним разговаривает – я слышал. Не как с щенком. Как с взрослым.

Моисей посмотрел на меня с подозрением. Глаза у него прищурились, и мне показалось, будто в них мелькнуло сомнение. Или даже лёгкое недоверие.

«Думаешь, я не умею?» – читалось в этом взгляде.

– «И что, у меня лапки?»

Я улыбнулся.

– Ладно-ладно, не обижайся, – сказал я. – Просто… если бы ты умел рисовать, это была бы крутая история.

Моисей фыркнул. Настоящее собачье «пф!». Потом развернулся и ушёл к двери, задрав хвост.