Владимир Тарасов – Воины пустоты (страница 40)

Новое изменение обстановки прервало ход мыслей адмирала. Детекторы зафиксировали в подпространстве ударную волну от ПЭ-поля. Сэндкастеры и баблганы встали в боевое положение. Корабли начали совершать манёвры уклонения. Наверняка это релятивистские снаряды или лазерные брандеры. Первые малопригодны для атаки многочисленных подвижных кораблей, особенно, если те укрыты облаками пыли и электромагнитными щитами, отражающими оставшуюся после перехвата плазму. Вторые были одноразовыми звездолётами с закреплёнными на корпусе взрыволазерами. Их редко использовали по причине дороговизны подпространственных двигателей и отсутствия гарантии уничтожения цели с многослойной бронёй и пеногенераторами аэрогеля с первого попадания. Нет, они не были бесполезны, против выявленных в ходе сражения особо ценных объектов их могли бросить в стремительном рывке микропрыжка. Но сейчас в зоне сверхсветовой разведки нет брандеров. Враг только недавно вступил в бой и его двигатели не нормализовались. Так что камикадзе ждут своего часа на границе системы, и по прибытию вынуждены будут потратить драгоценное время для корректировки боеголовок. Время которого гамма-лазерные мины не дадут.

Ожидаемо, где-то вдалеке вспыхнула небольшая звёздочка, а с ней пришла гравитационная волна. Однако свет был ярче ожидаемого, да и спектр был иной. Он соответсвовал термоядерному взрыву, подвергшемуся доплеровскому смещению. Гри Им Делах мгновенно всё понял и успел приказать приготовиться к удару. С последними звуками из его гортани десяток кораблей вспыхнули синхротронным излучением. Плазма, летящая на половине скорости света, невидимой многокилометровой стеной прошла сквозь флот, оставляя на своём пути отброшенные, ослеплённые корабли. Попавшие ей на пути дроны исчезли с радаров, став быстро гаснущими облаками перегретого газа. Один из изрядно побитых осколками солнечный коллектор последовал их примеру. Однако целью релятивисткого снаряда был не флот. Тот слишком быстро оправится, чего не скажешь о другой мишени.

Направленные на Тифон средства зафиксировали вспыхнувшее на мгновение море огня. Там, где были башни излучателей, остались оплавленные остовы. Не помогли ни брошенные в последний момент пыливые завесы, ни пласты аэрогеля. Огромное пятно раскалённой породы полностью скрыло район лазерного комплекса. Тифонские средства ПКО разом прекратили своё существование.

Гри Им Делах сглотнул подступивший к горлу ком. Дальнейший план врагов был очевиден. Новый доклад от наблюдателей за изнанкой реальности. Уровень отторжения подпространства резко увеличился. Линейные носители оказались отрезаны от мгновенного отступления. Адмирал Делах тут же отдал приказ на отход к Гее на максимальном ускорении и на атаку блокираторов подпространства резервом ударных фрегатов. Благо творения аматэрианской инженерии были отчётливо видные в отражении реальности.

С максимальной возможной скоростью корабли дагро развернулись кормой к Тифону и, восседая на столбах ядерного огня, принялись ускоряться. Им вслед рванул новый ракетный залп. Вместе с ним от некоторых кораблей терранцев отделились челноки с десантом и транспорты с инженерной техникой и лазерными турелями. Пусть релятивиская плазма не пощадила наземные излучатели, сами лазерные генераторы и бункеры управления должны были уцелеть. Как и оставшиеся в них дагро.

***

Второй раз в жизни я нахожусь в несущемся на цель абордажном челноке. Хотя, если считать виртуальные тренировки, это может быть уже сотый. В электронных грёзах легко сбиться со счёта. Товарищи по отделению снова рядом. Все молчат, синхронизация с доспехом уже прошла. В БИС струятся данные от космолёта. Внизу распростёрлась равнина расплавленного стекла. Мы падаем к ней, тормозя факельными двигателями. Вокруг застыло пространство цвета разлитой нефти. В нём танцуют аквамариновые светлячки. Миниатюрные звёзды атомных взрывов метают в них рапиры гамма-излучения и молоты плазменных потоков. Некоторые лазурные огни гаснут, напоследок освещая небосвод расширяющимися облаками перегретого газа. Со стороны планеты застыло ярчайшее созвездие, омываемое со всех сторон жёстким излучением. Это враг и он бежит.

Долгожданная посадка, вместо стремительного вонзания в толщу породы. Мы покидаем челнок, и он тут же начинает вгрызаться вибрационным буром в почву. Нашему аппарату вторят такие же машины. Их цель — вход в систему лавовых труб. В случае боя он всегда опускался ниже уровня грунта, так что удар превращённого в плазму релятивистского снаряда сварил его с породой.

Пока космолёты проделывают проход вниз, осматриваюсь. Из транспортных шаттлов уже во всю выгружают новые турели, что будут нашими при успехе штурма. Оттуда же к нам подходят дополнительные дроны САДа и "Каракурты". Короткая синхронизация и моё тело становится на десяток платформ больше. А вот ещё один подарок нам — цистерна с боевыми микронитами.

Меньше чем через минуту челнок сигнализирует о достижении цели. Теперь аппарат зарылся по корму в реголит и раскрылся с двух сторон. Не теряя ни секунды, Вестат даёт команду, и микрониты влетают внутрь. Следом идём и мы. Прыжок и мои юркие "Кипарисы" стремительно вступают в бой. Биороидов пока мало, но они остервенело огрызаются лучами и ракетами. Огрызаются лишь пару секунд. Именно столько времени требуется рою микромашин чтобы добраться до них и разорвать на куски.

Мы протискиваеся между завалами, расчищаем проходы и устанавливаем пробивные заряды на ещё одних воротах. Они не выдерживают и десяти секунд. Орда механических солдат и их командиров втекает в сеть подземных коммуникаций. Из пробитых брешей вырывается воздух. Тела дронов заполняют уцелевшие шахты и переходы.

Вновь перестрелка и наконец-то сами трубки. Несмотря на разгерметизацию, автоматика всё ещё поддерживает здесь атмосферу. Покрытые изнутри зеленью с симуляцией неба над головой, эту туннели застывшей магмы когда-то служили домом для людей. Теперь те вернулись, чтобы забрать своё обратно.

Взгляд камер вычленяет, юркнувшего за дерево биороида. Туда тут же летит граната. Ответный огонь со всех сторон. Иглы из обеднённого урана принимаются сеять смерть. Рикошеты выбивают из стен туннеля медленно оседающую пыль. Попавшие под перекрёстный огонь растения разлетаются в щепки. Ничего, потом восстановим.

Моё отделение идёт в сторону от секций жилых вертушек. Здесь лишь редкие низкие постройки утопают в зелени. Дроны гибнут слишком быстро. Из-за низкой гравитации лавовые трубки достигают стометрового диаметра, так что негде полноценно спрятаться от мин и автоматических турелей. Вот как раз новая автопушка снимает маскировку и разворачивает жерло к цели. Слишком медленно для моих рефлексов. Стрелки из рельсотрона перебивают движущиеся детали и короб с патронами. Лента снарядов медленно выпадает из мёртвого орудия, как кишки из вспоротого живота. Следующая цель.

Вместе с арьергардом перемещаюсь к зоне ожесточённой перестрелки союзных летающих роботов и врагов. Здесь лавовая трубка соединяется с лифтом в бункер управления. Укрываюсь за упавшим с потолка булыжником. Рядом подходят мои сослуживцы. Короткий обмен информацией и вперёд уходят дроны поддержки. Им в след уносятся миниракеты. Укрепления ксеносов тонут в разрывах. Короткий огневой налёт рельсотронов и перепрыгиваю временное укрытие.

Дагро в автоброне показывается из-за остатков укрепления. Подрезаю его длинной очередью обеих пушек "Каракурта". Ещё один противник слева, залп из гранатомёта. Система раннего предупреждения посылает в мозг сигнал об опасности. Бросаюсь к полу, попутно наводя "Кипарис" на цель. Реактивный снаряд проносится в считанных сантиметрах, детонируя сзади. Осколки барабанят по броне, не причиняя вреда. Выстреливший же биороид сползает по стене со вскрытой грудной клеткой. Сбоку и сверху срывается полотнище боевых микронитов, но стена микроволн обращает миниатюрные механизмы в быстро тускнеющее искры.

Наконец-то двери шахты. Пробивной заряд сносит их подчистую. Вниз падает кластерная бомба, взрыв. За первой отправляется новая, также нарождаясь направленными взрывами. Пускаю дронов по стенкам, а сам отправляюсь в свободное падение, слегка подтолкнув себя ранцевыми двигателями. По бокам медленно проносятся рёбра шахты и разрастаются манекены ложных целей. Внизу успевает показаться лишь тройка неопознанных дисков. Бью по ним из наручных рельсовых автоматов. Вражеские машины фонтанируют обломками, среди которых ясно можно различить не успевшие встать в боевое положение стволы. Отправляю вниз пару гранат, на случай если роботы были заминированы.

Торможу ранцевым двигателем и даю дронам себя обогнать. Чисто. Приземляюсь. Сразу бросаюсь к стене, держа проход под прицелом. Из пеналов стартуют механонасекомые. Рядом возникают другие бойцы взвода. Чувствительные сенсоры и активные датчики не улавливают угрозы. Коридор метров пятнадцать в длину весь изгрызен ударными ядрами суббоеприпасов. У бронированной двери видна пробитая насквозь баррикада. Метнувшиеся по потолку дроны видят за ней лишь разорванные трупы в скафандрах.

Готовлюсь установить на гермоворота пробивной заряд, как те приходит в движение. Возникает совсем небольшая щёлочка. Достаточная для боевых микронитов. Сзади бьют микроволновые излучатели Касары и Мишеро. Наведённые токи заставляют материал створок озариться багрянцем окалины, однако вслед за ним не вспыхивают режущие плоскости живого металла. Вместо микромашин к нам сочится зелёный дым.