Владимир Сухинин – Закон долга (страница 30)
Артем закрыл глаза, сосчитал до десяти и проснулся. Не открывая глаз ощупал себя и с облегчением подумал: «Сухой! Слава богу что это всего лишь сон».
Он ощутил, что куда-то едет и покачивается. Снаружи раздавался скрип колес и негромкий говор двух людей. Артем лежал на своей бурке и в прорезь загораживающей торец фургона брезентового полога видел проникающий дневной свет.
«Что со мной произошло? – задумался он. – Почему я еду в фургоне? И где я? – И тут же воспоминания нахлынули на него как холодный осенний ливень. – О боги! Я сражался с колдуном, прибил того и вместил в себя его душу. А потом стал гореть. Как неосмотрительно! Но я жив и это был не сон»…
Голоса прервали его размышления.
– Как думаешь, уважаемый Сунь Вач Джин, что будет когда мессир придет в себя? – голос принадлежал его денщику Козьме.
– Что будет? Что будет? – сварливо ответил коротышка. Встанет и прибьет всех. А затем поднимет и будете служить ему мертвяками.
– Ох ты! Всех! – всполошился Козьма.
– А то! Когда медведь вышел, вы бросили его одного. Удрали. А он один дрался с ним и убил, потом колдуна сразил. И сам чуть не пал.
– Уважаемый Сунь Вач Джин, может замолвишь за нас словечко, мессир вроде с тобой считается.
– Считается? – презрительно хмыкнул гремлун. – Да я из него можно сказать мага сделал, он мне всем обязан. Видел его зубы?
– А как же все видели и дивимся…
– Вот, это я ему сделал. Я многое могу. А когда я у тебя стопку самогона попросил полечится, ты мне что ответил? Мол нельзя. А теперь Сунь Вач Джин, помоги-и?
– Так и в самом деле нельзя. Мессир запретил. Я же не по своей воле…
– Я же у тебя не бочку просил, а всего стопку. Жадный ты, Козьма, и быть тебе зомбаком.
– Эхе-хе! – вздохнул Козьма, но остался непреклонным. – Самогон не дам. Все одно что так, помирать что эдак.
– Сбежишь?
– Да куда я сбегу. Некуда бежать… Да-а…Охо… Может обойдется…
Некоторое время они молчали, а затем Козьма ехидным голосом спросил:
– А вот что же ты, Сунь Вач Джин, такой всемогущий, мессиру не помог, со мной вместе драпал и кричал: «погоняй, Козьма, погоняй!»…
Артем не выдержал и рассмеялся:
– Не бойся, Козьма. Не буду никого убивать, это Свад просто пугает. Пить ему не давай, а то весь ум пропьет.
– Кто пропьет, я пропью? Да я бочку эту выпью и останусь трезвым… Давай поспорим!
– Не буду я с тобой спорить. Козьма, доложи обстановку!
– Так это, мессир, все воины на месте. Следуем к месту службы. Зомбак тоже. За нашим фургоном бежит, тока мы к нему не подходим, он зубами клацает, видимо сожрать хочет. Вас подобрали… Вы уж простите нас вашмилость, что такая оказия случилась, испугались мы мертвяка. Такой медведь всех порвал бы и сожрал… Если бы не вы… Мы как услышали, что вы всех поубивали так и вернулись.
– С этим потом разберемся. Я долго был в отключке?
– Часа четыре, мессир. Да вы лежите, не беспокойтесь, у нас полный порядок. Капралы командуют, пограничники идут… Скоро привал делать будем. А с вашим мертвяком что-то делать надо, озверел он совсем. Да и кошка тут трется. Ее кони боятся…
– Разберемся, – повторил Артем. Он понимал, что восставшим мертвецам нужно много пищи и не простой пищи каши и супа, а мяса, свежего с кровью. Тогда они становятся сильнее и разумнее. С чем это связано, Артем не знал. Но догадки имел. Юшпи становились для зомби чем-то вроде души и держали тело от разложения своей магической энергией. Они каким-то образом проникали в в память умершего и использовали ее. Сейчас юшпи, стараясь сохранить тело носителя, заставляло того искать пищу.
Артем приподнялся. Дотянулся до шторки, закрывающей торец фургона и отодвинув ее, огляделся.
Увидев человека, зомби радостно заурчал и ринулся к Артему.
– Но-но! Не дури, – остановил его тот. – Щас накормим тебя.
Зомби резко остановился словно напоролся на невидимую стену и, продолжая утробно урчать, дрожа всем телом пошел рядом с телегой. Шел он уже уверено, не спотыкаясь, но его глазки, ставшие маленькими, плотоядно окидывали Артема жадным взглядом.
Артем оглядывал окрестности в поисках пантеры. Но не видел ее.
– Ксс. Ксс. – позвал он кошку. – Лариска! Ко мне!
Пантера появилась внезапно. Ударила лапой кинувшегося на нее мертвеца и заурчала. Зомбак отошел от кошки и зашипел. Его рука была разодрана острыми когтями. Артем увидел такое безобразие и погрозил пальцем пантере:
– Не трогай моего рабочего. Принеси ему мяса.
Кошка вновь рыкнула, поглядела на зомби и исчезла.
Артем сел на задок воза свесил ноги и подозвал бывшего главаря банды.
– Дерьмо, ко мне!
Удивительно, но мертвец послушался. Он подошел к хозяину и смирно зашагал рядом.
– Козьма! – крикнул Артем передай через великого мастера Сунь Вач Джина иглу сапожную и дратву.
– Сей момент, мессир.
– На отнеси! – послышался голос Козьмы.
– Сам неси, я что посыльный? – возмутился гремлун.
– Уж не знаю кто ты, коротышка, но мессир приказал, так что не кочевряжься и отнеси иглу с дратвой.
– Не коверкай мое имя, смертный! – раздухарился Свад. Я…
– Знаю, знаю, великий и могучий Сунь Вач Джин, – прервал его Козьма, а затем послышался сдавленный крик гремлуна и он кубарем влетел внутрь повозки. Прокатился по мешкам, по бурке и потрясенно тряся головой, посмотрел на Артема. В его кожаный замызганный фартук была вдета толстая игла с толстой ниткой. Гремлун опомнился быстро и возмущенно завывая, хотел вернуться и наказать обидчика. Он сдернул с головы шестерню и завопил словно майский жук:
– На ноль помножжжжу! Старый пердун! Твоя жизненная константа будет дискретной…И прямо сейчас!
Но в это время мертвяк прыгнул вперед и ловко ухватил малыша руками, довольно урча попытался засунуть голову коротышки в широко раскрытый рот.
Артем увидел зубы больше похожие на волчьи чем на человечьи и удивился. А гремлун еще громче завопив, задергал ногами и с отчаянием обреченного, сунул в рот зомби шестерню. Тот клацнул зубами, так что они посыпались словно град и удивленно посмотрел на Свада. Рот его остался заблокированным шестерней.
– Отдай это сюда! – приказал Артем и зомби сразу же протянул коротышку хозяину. Но Свад, уцепившись за шестерню, не хотел ее отпускать. Началась неравная борьба. Зомби рычал и старался оторвать от себя гремлуна. Гремлун яростно вопил, что твой кот в марте, вызывая кошку из дома, и старался удержать в руках шестеренку. При этом к удивлению Артема, руки Свада стали вытягиваться и утончаться. Наконец шестерня поддалась и стремительно выскочила из пасти мертвеца, и следом с силой стукнула Свада по лбу. Раздался звук, словно зазвенел медный колокол, и Свад закрыл глаза. Держа в руках шестерню он безмятежно засопел в руках мертвеца. Тот протянул несостоявшийся обед Артему.
Забрав малыша, маг покачал головой и уложил гремлуна на свою бурку. Вытащил иглу и нить, и стал зашивать руку зомби. Затем его благословил. В это время с зайцем в пасти из придорожных кустов выпрыгнула пантера. Молнией проскользнула мимо пытавшегося отобрать добычу мертвеца и положила тушку на колени Артему. Мертвяк от сильного возбуждения, не спуская глаз с зайца, мелко затрясся его урчание превратилось в звериный рык.
– Жри! – Артем кинул тушку зайца зомби и, зная уже, что будет дальше, забрался в фургон, и закрыл полог.
Коротышка спал и посапывал. Артем лег рядом и задумался.
Судя по словам рогатой девушки он значительно увеличил запас магической энергии. Раньше у него этой энергии было 70 условных единиц. У сильнейших магов королевства, о которых говорилось с придыханием в школе, было 120 этих единиц определяемых с помощью светлячка и времени его горения.
Теперь же он решил узнать насколько запас вырос. Артем запустил светляк и принялся считать.
«Ого! 150 или даже немного больше! Откуда? Как это я так приподнялся?» Но затем вспомнил, что поглощал души убитых им людей в Темнолесье и там он не измерял свой запас. Некогда было.
«И зачем мне тогда жезл с его десятью зарядами? По голове нерадивых рейтаров бить? Нет, он мне нужен чтобы не открывать свои возможности. Пусть думают что я дурень и ни к чему негодный маг. Так легче прожить. И хорошо что меня направили подальше от глаз начальства. Тут я царь и бог и будет возможность узнать побольше о магических практиках колдунов. Вон как старик защитил себя, если бы не помощь Свада в изучении наследия древних, убил бы. Как есть убил».
Артем с нежностью посмотрел на спящего гремлуна.
«Как маленький ребенок», – умилился он. И в это время Свад громко испортил воздух.
Козьма многозначительно крякнул, но дипломатично промолчал. Артем отмахиваясь от поплывшей по замкнутому пространству фургона вони, чертыхаясь про себя, стараясь не дышать, на четвереньках полез на козлы к Козьме. Высунул голову и уже тогда вздохнул полной грудью.
– Ты чем его кормишь, Козьма? – спросил он, вылезая из под брезента фургона и садясь рядом туда, где до этого сидел Свад.
– Кого, мессир?
– Домового. Пердит как лошадь.
– А это он стало быть?
– А ты что думал, что я? – Артем с детским возмущением, от того, что его заподозрили в таком неприличном поступке, насупив брови больше от обиды чем от злости, посмотрел на денщика.