Владимир Сухинин – Владыка запада (страница 5)

– И что это меняет? – спросил дракон.

– Это меняет все, я лишилась власти в горах…

– А мне какое дело до этого?

– Ты же видел его, почему не убил? Он был в теле дурачка…

– Видел и не понимаю, почему я должен его убивать?

– Он тебе конкурент.

– Не смеши. Сколько он пребывает драконом? Полгода?

– Да, где-то так.

– Он молод, горяч, а такие скороспелые драконы плохо заканчивают. Не скрою, я удивился его везению. Он сумел одержать десять побед, получить печать и даже закрыл пробой, но он все равно неопытен и торопится. Драконы копят мудрость и силу тысячи лет. А этот… – Он изобразил пренебрежительную ухмылку на лице. – Этот быстро свернет себе шею. В нем проснулся самец, а ты, как я понял, не смогла взять его силу…

– Не смогла, – кивнула Нарна. – Ты мне поможешь?

– В чем?

– Вернуть власть над горами.

– Зачем мне это делать?

– Я буду под твоей рукой и буду помогать тебе. У меня есть тифлинги.

– А твои сестры?

– Они дуры, – презрительно махнула рукой Нарна. – Я с ними управлюсь.

– А Марселон, твой муж?

– Этот сам по себе, но ему нужна война, и если ему дать повоевать, он тоже станет союзником.

Дракон думал недолго и предложил:

– Скоро начнется вторжение в земли дикарей. Мне нужен город среди озер. Помоги мне, и я помогу тебе.

– Я сделаю все, что смогу, – ответила Нарна, ее голос был полон решимости и надежды.

– Отлично. Останешься со мной?.. На ночь. Как раньше, – спросил дракон, его глаза светились лукавым огнем, но в его голосе Нарна слышала теплоту и нежность.

Нарна поддалась на его обаяние, улыбнулась, ее взгляд стал мягким и покорным.

– Да, – тихо и обреченно сказала она, словно произнося клятву.

Волна, сотрясшая невидимый мир планеты, обрушилась на храм месталок, словно сама судьба обрушила свой гнев на это святилище. Статуя Мары, воплощавшая ее величие и мудрость, раскололась на тысячи осколков прямо на глазах у самой богини. Жрица, чья душа была наполнена трепетом и благоговением, вскрикнула от ужаса и, оставив позади обломки своего божества, во мгновение ока выбежала из храма.

Мара стояла словно парализованная, не в силах отвести взгляда от разрушенной статуи. Ее сердце билось в груди, как пойманная птица, а разум был охвачен смятением. Она понимала, что это не случайность. Это был крик дракона, предвестник новой силы, которая, подобно буре, разрушила мир вокруг. Ее маленький мирок, где жили люди, боги и духи, содрогнулся до основания.

Гнетущие предчувствия окутали ее сознание, словно туман, наполненный мрачными пророчествами. Она застонала от боли, чувствуя, как ее душа разрывается на части. Мысленно она металась, пытаясь найти решение, но ее разум был пуст. Она звала Нарну, свою сестру, но ответом ей была лишь тишина. Иехиль, ее другая сестра, тоже не отвечала на ее мольбы.

Охваченная неописуемым страхом, Мара устремилась к богу войны Марселону. Ее шаги были быстрыми и решительными, но внутри нее бушевал ураган эмоций. Она, позабыв о гордости, о своей божественной природе, обычным бабьим чутьем потянулась к тому, кто может помочь. За чью спину она может спрятаться в тот момент, когда привычный мир рушился вокруг нее. Он сильный, он защитит, кричали ее чувства.

Мара ворвалась в покои бога войны Марселона, пребывая почти в истерике. Она проскочила в его спальню и остановилась, словно наткнувшись на стену, потрясенная увиденным. В постели Марселона лежала Иехиль, и бог войны неистово удовлетворял свою похоть, а сестра лежала под ним и громко, томно стонала. Она просила его: «Еще, еще, да-да-да, давай, успокой меня, милый…»

– Милый, – вырвалось у Мары, и любовники остановились. Марселон обернулся и широко разинул рот в улыбке:

– Что, крошка, тоже хочешь найти утешение?

Ледяшка Иехиль прикрылась смятой простыней, с ненавистью поглядела на сестру и выпалила, не сдерживая злости:

– Чего приперлась, пошла прочь…

– Но… – растерянно заговорила Мара. – Я, я, я…

– Что ты мнешься, уходи!

– Но… там дракон… он кричал, – все тише говорила Мара и с возрастающей ненавистью и ревностью смотрела на сестру.

– Мара, ты не мнись на пороге, присоединяйся, – позвал ее Марселон и по-хозяйски облапил пышную белую грудь Иехиль.

Богиня поморщилась, убрала его руку и встала с постели. Подхватила свое платье и, не одеваясь, проскользнула мимо замершей Мары.

– Ну что стоишь, – позвал ее Марселон, – раздевайся, утешу. Заодно поговорим. – Мару не надо было долго упрашивать. Ее платье упало на пол, а она скользнула к мужчине, прижалась к нему и стала успокаиваться.

Марселон не был пылким и страстным любовником, он действовал грубо, не церемонился и тут же навалился на женщину. От него пахло духами Иехиль. Мара, морщась, отдалась ему. Хотела ли она близости с ним? Нет. Она просто хотела найти успокоение на сильном плече, а если сильному мужчине была нужна ее плоть, она ему ее отдавала.

Насытившись, Марселон лег на спину, вытер пот простыней и спросил:

– Что, тоже испугалась?

– Очень… а ты?.. Ты тоже испугался? – спросила она.

– Нет. Чего мне бояться? Я против дракона не интриговал. Это моя жена Нарна интриговала, и вы боитесь его. Понимаете, что он может вам отомстить и отправить вас в небытие.

– Я не виновата, это все Старшая… Нарна придумала, я привыкла ее слушаться. Она самая умная…

– Это да, она умна, – согласился Марселон. – Только свой ум применяет не там, где надо. Знаешь, где она сейчас?

– Нет, я ее звала, – ответила Мара, – но она не ответила.

– И не ответит. Она у дракона-хранителя. Сразу к нему рванула. Теперь будет на его стороне. А ты?

– А что я? Что я одна могу?

– Многое можешь.

– Например? – спросила Мара и повернулась набок, оперлась на локоть и сверху посмотрела на потного бога войны.

– Например, жить своим умом. Ты же баба неглупая, понимаешь, что Нарна ищет своей пользы, а вас с сестрой только использует. Иехиль это поняла давно и ведет свою игру. Она помогает Артему.

– А чем я могу ему помочь?

– У тебя, детка, есть тифлинги, у дракона их нет. Помоги Артему завоевать горы, пусть твои тифлинги по твоей воле ему помогают…

– А как же Нарна? – воскликнула Мара.

– А она будет ему мешать. Она в сговоре с Хранителем и закончит свои дни так же, как и раньше. Если ты будешь ее слушаться, то пойдешь следом за ней.

– А кого мне слушаться? – недоуменно спросила Мара.

– Последний раз говорю, – усмехнулся Марселон, – живи своим умом.

– Ага, легко сказать «живи своим умом»… А можно я буду слушаться тебя, Марселон?

– Можно, – ответил Марселон и стал подгребать под себя Мару.

Иль сидел на завалинке своей избушки, погруженный в размышления и затянутый дымом, тянувшимся из трубки. Внезапно энергетическая волна, словно живое существо, сбросила его с насиженного места. Он поперхнулся, закашлялся, и дым вырвался из легких, словно протестуя против этой внезапной атаки. В тот момент, когда он пришел в себя, его сердце сжалось от осознания: мир изменился.

За рекой, где небо сливалось с вершинами гор, появился новый дракон. Его очертания были размыты, но мощь и присутствие ощущались каждой клеточкой тела Иля. Этот дракон заявил свои права на этот мир, и теперь Хранитель отверженных знал, что между драконами предстоит схватка.

Дракон-хранитель, который долгие годы защищал свой мир, теперь стоял на грани исчезновения. Иль понимал, что исход этой битвы будет не просто победой или поражением – это будет судьбоносный момент, который определит будущее всего мира. Кто победит? Сможет ли хранитель удержать свои позиции, или новый дракон поглотит этот мир своей жестокостью и силой? Иль не знал ответа, но одно он знал точно: ему предстоит принять участие в этой битве, и от того, чью сторону он выберет, будет зависеть его будущее.

«Как бы не промахнуться», – подумал Иль и позвал проклятого тифлинга. Бабку той девки, что лишила его силы и подручных.

Надежда явилась быстро.