Владимир Сухинин – S-T-I-K-S. Маугли и Зверёныш (страница 32)

– Не знаю, – пожал тот плечами. – Может, он отбил груз у конвоя.

– У конвоя?.. С трудом верится. Их всего двое, он и девочка. Какие у них дары?

В разговор вмешался зам по бою.

– Я навел справки. Маугли и Валерьянка спасли троих наших дружинников-разведчиков, их захватили муры. Так вот, Маугли вышел к ним и представился своим, и ему поверили. Затем этот дед гвоздодером убил всех муров, а наших отпустил на машине муров и приказал девушку-стюардессу довезти до стаба.

– Вот как? Муры считают его своим? – удивился глава стаба. – Это что-то новое. Он что, работает там под прикрытием?

– Не знаю, – ответил зам по безопасности. – Валерьянка говорит, у него дар притворяться своим.

– Ясно. Хотя ничего не ясно. Положение у нас сложное. Народ разбегается. Разносит слухи, что тут всем заправляет бандит Берия. Он грабит и отнимает товар. Теперь вот громкое дело о попытке похищения девочки. Если мы спустим это Берии, то народ будет роптать, может случиться бунт, – произнес глава стаба. – Маугли и девочку окружить вниманием. Бандитов Берии, что участвовали в нападении, завтра расстрелять на площади. Издать указ, что Берия больше не мой зам, просто снабженец. Патрульные не должны выполнять его приказы и приказы его людей. Дайте им указание: если узнают о том, что люди Берии пытаются наехать на кого-то или еще как-то проявить себя как хозяева стаба, их арестовывать и расстреливать. Хозяина гостиницы оштрафовать на десять гороха. Пока это все, – закончил Смелый, – идите работайте, я сам поговорю с этим Маугли.

Берия вышел от главы стаба, глаза его горели гневом. Опустив голову, он прошел мимо соблазнительной секретарши и покинул офис, направившись на улицу. Не оглядываясь, он шагал к складу, где располагался его кабинет. Охранник, заметив его, вскочил, но Берия не обратил на него внимания, продолжая свой путь.

Он вошел в кабинет и, не теряя времени, вызвал по селектору Жанар. Ее голос, мягкий и в то же время решительный, отозвался в его ушах. Жанар, его секретарь и любовница, была казашкой, девушкой-проституткой из последнего пополнения. Берия сразу заметил ее и, несмотря на ее прошлое, нашел в ней идеального помощника.

– Жанар, – произнес он.

– Я здесь, шеф, – ответила она, в ее голосе звучала готовность выполнить любое его поручение.

– Немедленно ко мне Гориллу, – приказал Берия, его голос был полон властности.

Жанар не ответила, лишь крикнула в коридор:

– Гориллу к шефу.

Вскоре хмурый и мощный помощник Берии вошел в кабинет. Он остановился у дверного проема, избегая взгляда своего начальника.

Берия прожигал его взглядом и молчал. Не выдержав, Горилла прижал к груди свои длинные руки и проговорил:

– Прости, шеф, я облажался. Кто знал, что этот дед такой хитрый и имеет связи в стабе? С виду он был свежаком, голый и босый…

– Хватит, – оборвал его Берия, – того, что сделано, не вернешь, садись. Рассказывай, что передали муры?

– Муры ищут нечто, что привезли спецы из Института, и это что-то пропало. Ищут англичане, они перерыли весь городок Энергетиков. Своих живых не нашли, нашли выпотрошенного элитника и разорванные тела.

– А что именно ищут? – спросил Берия.

– Не знаю, шеф, не говорят, сказали, что хорошо заплатят.

– Ага, заплатят они. Иди туда, не зная куда, найди то, не зная что…

– Не совсем так, шеф. Это что-то в стальном кейсе, его и надо искать.

– Кейс? – повторил Берия. – Это уже что-то. У тех, кто приехал сюда, что-то удалось узнать?

– Нет, здесь только машина Маугли и торговцы с запада. Живой товар привезли, ну, тех, что вояки не взяли. Смотреть будете?

– Нет, сам проверь и выбери, узнай, какие дары имеют. И еще… – Берия грязно выругался. – Наших я не вытащил из камеры. Их завтра расстреляют. Ищи новых людей, не таких дурных, как те, что не могли девчонку схватить. И еще, по стабу ходи тише воды, ниже травы. Если будете кого-то задевать и на вас пожалуются, то вас расстреляют. Смелый в таких делах не шутит. Его достали ваши выходки, торговцы жалуются, грозятся перестать сюда ездить. За пределами стаба делай свои дела.

– Понял, шеф. А может, Смелого взорвать?..

– И что? Вместо него Поручик станет главой, у него сила – дружина, и стаб его поддержит. Тогда нас просто казнят, и все. Начинай думать, Горилла, а не просто подковы гнуть своими ручищами. Хотя, говорят же, сила есть – ума не надо.

– А может, ну его, этот стаб, может, к мурам податься? – спросил Горилла.

– И кем мы там станем? Пешками? На фермах будем охранять иммунных и ходить в набеги? Нет уж, я тут посижу, дождусь своего часа. Ты присмотрись, кто больше всех радоваться казни будет, и запомни. Как только их вывезут из стаба на прогулку, будем убирать по одному.

– Понял, шеф, все сделаю.

– Ну, раз понял, то иди, занимайся делом.

– А что с этим Маугли? – спросил Горилла. – Может, подловить его за пределами стаба?

– Делай что хочешь, мне сейчас не до него.

– Хорошо, шеф, я пошел, – улыбнулся Горилла и вышел из кабинета Берии.

– Дед, почему ты не взял у мужа Валерьянки черную жемчужину? – Эльза недовольно смотрела на Сан Саныча и сопела. Они шли от автомобильной стоянки к гостинице. Только что закончилась торговля, и зам по бою выполнил свое обещание: проверил груз и хорошо за него заплатил.

– Потому что, Звереныш, это черная жемчужина. Она не нужна ни тебе, ни мне. С ней ходить опасно, и она притягивает неприятности. Долго таскать с собой жемчуг нельзя. Он или пропадет, потеряется, или его украдут. Или попробуют отобрать. А горох он всегда горох.

– Откуда ты это знаешь? – недоверчиво спросила Эльза.

– Слухи, Звереныш, люди так говорят.

– Фр-р-р, – насмешливо фыркнула Эльза, – ты, дед, как маленький ребенок, веришь всему, что говорят люди…

– Не всему, – спокойно ответил Саныч, – а тому, что укладывается в моем сознании. У тебя сознание муравья, и ты в него ничего, кроме леденцов и косметики, не укладываешь.

– Каких леденцов, дед?

– Срамные штаны, которые врезаются везде, где есть место, – ответил Саныч. – Не всегда болтай, а иногда слушай взрослого деда, он плохому не научит, – заговорил о себе в третьем лице Саныч.

– Сам ты срамные штаны, – обиделась Эльза, – это легинсы, я тебе уже много раз говорила.

– У меня этот срам в сознании не удерживается, – невозмутимо ответил Саныч. Они вошли в фойе гостиницы и осмотрелись. За стойкой сидел Красавчик, он приветливо помахал рукой.

– Слышал я, что вы договорились с Арамом о помещении для салона, это правда?

– Да, – важно ответила Эльза. – Тебе, Волшебник…

– Не называй меня Волшебником, девочка, не прижилось это имя. Просто Красавчик.

– Хорошо, Красавчик. У тебя горох, начинай выбирать три комнаты и проводи ремонт. Одна комната для посетителей, другая для оборудования, третья под жилье – когда нас нет, ты будешь в ней жить, когда мы прибудем в стаб, то там будем жить мы. Это наши помещения, за них платить не надо.

– Отлично, – потер руки Красавчик.

– А чего ты за стойкой? Ты же банщик? – спросила Эльза.

– Меня Медок попросил подменить его на десять минут, – ответил Красавчик.

У Саныча засосало под ложечкой, он оставил Эльзу и поспешил наверх. Оттуда начало исходить давление. Кто-то был в их номере, это Саныч осознал отчетливо.

У дверей номера его догнала Эльза, Саныч прижал палец к губам, ускорился и, вставив ключ в замок, открыл дверь. Оба увидели молодого парня, который вытащил рюкзак Саныча из шкафа. Для него он был слишком тяжел, и он, надрываясь, пытался дотащить его до дивана, но увидев постояльцев, замер. Саныч, не останавливаясь на пороге, рванулся к молодому парню. Тот вскрикнул от ужаса, по-заячьи ловко перепрыгнул диван и, обежав Саныча, бросился к двери. Но там его ждала Эльза, ухватила рукой за горло и скрутила.

– Не задуши, – предупредил ее Саныч. Он закрыл дверь, схватил вора за ворот и встряхнул. – Ты кто? – спросил он.

– Я в гостинице работаю, – пролепетал тот. Он задыхался от хватки Эльзы. А она, оскалив зубы в хищной улыбке, впилась взглядом ему в глаза.

– Я ему горло разорву, – не скрывая ненависти, прошептала она.

– Не надо, я ничего не сделал, просто хотел посмотреть, что у вас есть.

– Врешь, – ответила Эльза и, отпустив горло, ухватила парня за пах, сильно сжала. Парень заорал так, что зазвенели стекла. Саныч зажал его рот своей рукой, и крик захлебнулся.

– Говори, что ты тут делал, – тихо приказал Саныч, – или останешься без яиц.

– Больно, больно, – хрипел парень и извивался.

– Отпусти, Эльза, он не может говорить, – попросил Саныч, и Эльза разжала пальцы.

– Я Медок, работаю в гостинице, меня попросили посмотреть ваши вещи…

– Кто просил и для чего? – напирал Саныч.

– Люди, я их не знаю, дали горох…