Владимир Сухинин – S-T-I-K-S. Маугли и Зверёныш (страница 21)

– Как захочет, но думаю, нет. Не любит дисциплину, порядок. Ей свобода милей.

– У тебя с ней что-то есть? – спросил ментат.

– Нет, – понял правильно его вопрос Саныч. – Ей двенадцать только, скоро будет тринадцать, я не маньяк, мил человек. Мне самому скоро семьдесят годков стукнет.

Ментат покивал.

– Ладно, ты свободен, иди к машине. Я с девочкой поговорю. Твою ментальную карту я вставил, и вам надо будет показаться знахарю, он поможет с дарами.

Саныч, не говоря ни слова, кивнул, встал и покинул кабинет.

– Этого пропусти, – крикнул ментат. – И девочку веди сюда.

Саныч сидел на подножке ЗИЛа и разговаривал с молодым парнем, который привел их в отстойник.

– Курить есть? – подошел и спросил парень. – Меня Елка зовут, – представился он.

– А я Дед, – ответил Саныч. – Курить есть, сейчас дам. – Он открыл кабину ЗИЛа, залез в бардачок и вытащил оставшуюся от прежнего владельца пачку сигарет, протянул Елке. – Почему такое странное имя? – спросил Саныч.

– Да присказка у меня с детства осталась, – улыбнулся Елка. – «Елки-палки». Так я говорю, когда удивляюсь. В детстве родители возили меня в деревню, там у деда научился. Я не обижаюсь.

– Давно в Улье? – спросил Саныч.

– Полгода уже, – ответил Елка. – А ты?

– Недолго, – уклончиво ответил Саныч.

– Почему к стабу не прибьетесь? – закуривая, спросил Елка.

– Потому что скучно. Жизни у вас нет, – ответил Саныч.

– А-а, ты из этих, – помахал сигаретой в воздухе парень. – Из адреналинщиков. Видал я таких тут, но они долго не живут. Я покой люблю, жизнь размеренную… А девчонка твоя, она кто?

– Она внучка, – ответил Саныч, глядя на Эльзу, которая выходила из дверей.

– Красивая.

– Ей только двенадцать.

– По виду все шестнадцать. Где так накачались? Или оттуда такие пришли?

Саныч не ответил и помахал Эльзе рукой.

– Теперь нам куда? – спросил Саныч, когда Эльза подошла.

– Машину тут оставьте, под охраной будет, – отозвался провожатый. – Придет зампотыл, он примет ваше оружие и даст цену. Потом в магазин сможешь продать, что останется. А сейчас возьмите вещи, свое оружие и идите за мной. Я отведу вас в гостиницу для новичков. Там новички останавливаются бесплатно. Раз вы тут впервые, то проживете неделю бесплатно. Потом за все будете платить: за жилье, еду и прочее. Оружием не трясите. Ходить по стабу можно только с ножами. Ссоры не затевайте, драку не провоцируйте. Народ тут разный, могут пристать. Лучше к патрулю обратитесь, если что. Видишь дурной, отойди в сторону. Есть тут некоторые личности, которые новичков проверяют на крепость, хотят показать, что они тут крутые, как вареные яйца. Группами ходят. Иногда ставят на счетчик, но сильно не беспределят.

Саныч и Эльза молча кивнули, взяли свое оружие и пошли за Елкой.

Они вышли из-за ограждения и очутились на улице, застроенной двухэтажными кирпичными домами.

– Это все новые постройки, – гордо заявил парень. – Дома для дружинников. Дальше общага, я там живу, а еще дальше – вон, длинная двухэтажка – это гостиница для новичков. В центре закрытый район, там живут боссы. – Он с завистью произнес эти слова и вздохнул. – Умеют люди в жизни устраиваться, а тут пашешь-пашешь… – Он махнул рукой. – Ну вот я вас привел, пошли представлю хозяину гостиницы.

Он первым поднялся на крыльцо, отворил металлическую дверь и вошел, придерживая ее. Следом вошли Саныч и Эльза.

– Гоблин, принимай гостей, – с порога закричал провожатый, – новички.

За стойкой сидел и дремал низкорослый кавказец с большим, загнутым вниз носом. Он улыбнулся и с акцентом произнес:

– Мы всегда гостям рады. Проходите. Ни в чем нэ будете нуждаться. Если есть что продать, покажите Араму, он все купит и даст хорошую цену.

– Арам – это кто? – спросила Эльза, выглядывая из-за широкой спины Саныча.

– Это я, моя красавица. Цветок моей жизни.

– А этот Елка называл тебя гоблином, – рассмеялась Эльза.

– Э-э-э, это некультурный человек, понымаешь. Уходи, некультурный человек. Сделал свое дело, гуляй смело, – замахал руками Гоблин-Арам на провожатого. Тот хмыкнул и попрощался:

– Пока, новички, – и подмигнул Эльзе. Та на его заигрывание не ответила, одарила ледяным взглядом, и парень поспешил уйти.

– Как зват, уважаемый? Ты такой внушительный, что я даже тебя побаиваюсь, – хозяин гостиницы, улыбаясь, рассматривал Саныча. – Боюсь, что у меня нет кровати для такого джигита. Вам как, отдельные номера или одын?

– Один, – за Саныча ответила Эльза. – С водой и ванной.

– Всо есть, Роза Моя, всо есть. Арам предоставит лучшее, что есть, но это лучшее стоит дэнег, – он потер пальцами, хитро улыбнулся.

– А нам говорили, что все в течение недели бесплатно, – заявила Эльза.

– Конэчно, бесплатно, но это эконом-вариант. Вы такие болшие, уважаемые люди, что мнэ стыдно предлагать вам эконом, поэтому у Арамчика есть люкс. О! Там просто райские кущи… Ванна, стиральный машина, две комнаты, телевизор, диван, кроват – всо, что нужно человеку, чтобы чувствовать себя как дома, и всо это царское великолепие стоит всего три спорана в сутки.

– Один, – произнес Саныч, – или давай свой эконом, там тоже ванна, туалет, телевизор и кровати. Мы негордые.

– Слющай, уважаемый, номэр такой, он нарасхват. Два спорана.

– Один или отдавай другому, – отмахнулся Саныч.

– Как скажешь, дарагой, всех прогоню, а тебе, мой богатыр, уступлю. Арам очень человеколюбивый. Жога? – крикнул он себе за спину. Из комнаты за его спиной вышла маленькая, полная армянка. – Жога вас проводит в номэр, вот ключи от райского места, – широко расплылся в улыбке Арам. – Жога, гостей посели в люкс, третий номэр на втором этаже.

– Тоже мне люкс, – пробурчала женщина, – всего-то делов, что две комнаты. Постыдился бы драть три шкуры с людей.

– Жена, что ты такое говорышь? – всплеснул руками Арам. – Чтоб я кого-то обдирал? Я просто предлагаю варианты. У человека всегда должен быт выбор. Если, конэчно, есть спораны. Иди, не ворчи, старая кошелка.

– Почему он вас называет Жога? – спросила любопытная Эльза.

– Он просто не может произнести слово «изжога», – ответила женщина. – Так и не научился говорить на русском. Он считает меня злой, как изжога, вот и зовет Жога. А так я Аревик.

– Тетя Аревик, а вы давно тут?

– Давно, детка, больше десяти лет.

– Десять лет, – удивленно выговорила Эльза. – Я думала, тут так долго не живут.

– Кто как, – улыбнулась непосредственности девочки Аревик. – Мы построили гостиницу и живем тут с мужем. Он хороший, только без торговли не может. Он на рынке в Оренбурге торговал фруктами и овощами, а я была директором рынка. Попали оба сюда иммунными. Он остался без семьи, я осталась без семьи. Сошлись вот. А что делать, жить-то надо. – На лице женщины появилась печать грусти. – Ну вот, ваш номер, баня в подвале работает с шестнадцати до двадцати двух по местному времени. Сейчас как раз без пяти четыре, так что можете помыться и подстричься. Там есть банщик-парикмахер. Кстати, детка, на родине он был дамским мастером. – Она погладила Эльзу по голове, хотя Эльза была на голову выше. – Тебе, детка, тоже досталось. Ну, располагайтесь, я пойду. – И степенно ушла.

– Дед, а тут не так уж и плохо. Гостиница, баня, парикмахер. Пошли посмотрим номер.

Саныч открыл дверь и вошел в номер.

У стены стоял большой шкаф с зеркалом. На полу как элемент роскоши лежал потертый ковер. Диван, стол, окна с кремовыми занавесками. На стене телевизор. У шкафа металлический ящик для оружия. Из комнаты в разные стороны вели две двери. Одна в ванную, и эта дверь была открыта. Вторая во вторую комнату. Эльза шустро пробежала комнаты и вернулась.

– Не люкс, – произнесла она. – Но жить можно. Вода горячая в бойлере есть. А кровать большая, двуспальная. Белье чистое, и полотенца есть. Но мы с тобой, дед, пойдем в баню. А там я срежу тебе подошву на ногах. Хватит ходить как беспризорник.

– Уймись, – остановил ее Саныч. – И не вздумай в бане ходить голой.

– А я укроюсь полотенцем, – недовольно буркнула она и стала вытаскивать свои вещи из рюкзака, раскладывая их на диване. – Сколько мы тут проживем, дед? – не оборачиваясь, спросила Эльза.

– Как получится. Недельку поживем, поглядим, что тут и как, еще работу надо сделать. – Он закинул свой рюкзак в шкаф.

– Дед, бери трусы, полотенце, пошли париться, – выпрямилась Эльза с халатом и легинсами в руках. Саныча даже озноб пробрал.

– Эльза, не вздумай ходить здесь в своих леденцах.

– Дед, это легинсы.

– Не важно, Звереныш. Это не Земля. Тут нравы простые. Если мужики увидят тебя в таком виде, они решат, что ты доступная девка. И даже если изнасилуют, им ничего не будет. Ты сама их спровоцировала своим видом.

Эльза прониклась словами Саныча, скорчила огорченную рожицу.