Владимир Сухинин – Призванный Судьбой (страница 78)
– Лежит. Не видишь, что ли?
– Вижу. А почему у нее в руках кинжал? И почему она без сознания?
– Спит. Она пришла меня убить… А может, тебя, – подумав, отозвался гремлун. – Кто этих баб поймет? Ты сам говорил, у них от любви до ненависти один шаг, – он пребывал в своих мыслях и отвечал рассеянно. – Я не понял, почему она напала. Закричала: «Демон, оставь его», и кинулась на нас с этим ножом. Пришлось ее усыпить.
– Ты случаем ее не убил?
– Нет, спит.
– Тогда пока она спит, снимай с нее печать. А я положу ее на кровать. Давно это случилось?
– Час или чуток больше. Я и сам готовился снимать…
Артем положил девушку на свое место. Поправил сбившееся до колен платье из тонкого хлопка и выжидательно посмотрел на гремлуна. Тот замялся:
– Видишь ли, Артем, тут такое дело, и ты это должен знать. Печать на принцессе наложена не просто так.
– В каком смысле?..
– А в том, что это почти печать жизни.
– Не понял, – еще больше удивился Артем. – Поясни.
– У печати есть хвостик.
Артем вперил взгляд в гремлуна и молча ждал пояснений.
– Ну, я не знаю, как это обозвать… Вижу цепочку событий, которые обрывает печать. Я понял это так, но могу и ошибаться. Так что строго не суди. По-моему, ей угрожает опасность. Причем опасность смертельная. Иехиль на линию ее судьбы наложила свою печать. Как только риньера получит смертельное ранение, ее жизнь не оборвется. Она какое-то время еще будет жить. Тогда нужно будет обратиться к Иехиль, чтобы она не забирала эту душу. Богиня смерти увидит свою печать на ауре девушки, и смерть минует ее. Вот как-то так. Я разложил ее на графике и интерпретировал математически. Но, может быть, я прочитал плетения печати неправильно, и все это может оказаться бредом…
– Нет, Свад, это не бред. А ты – молодец! Мне Иехиль сказала однажды, что за Хойсиру она отдаст ее мне.
– Что, прямо так и сказала, что отдаст тебе принцессу?
– Нет, она дословно сказала, что отдаст ее мне. Но не сказала кого. Потом узнаешь, добавила она. Значит, она знала, что я прибуду сюда, и знала судьбу этой девушки. Но как?
– А очень просто, Артем. Она знает, какие души принадлежат ей, а какие нет. Риньера ей не принадлежит, и она наложила на нее свою печать, чтобы случайно не забрать. Может, она наложила кучу таких печатей. Она же не знала, куда ты пойдешь. И я думаю, что Хойсира тоже ей не принадлежала, но она ее забрала. По закону равновесия, она должна была отдать за нее другую. Да и кто поймет этих богов, они сами себе на уме.
– Да, это верно, – согласился Артем. – И значит, печать снимать несвоевременно?
– Думаю, да, несвоевременно, – согласился гремлун. – Надо устранить сначала угрозу ее жизни. А кто покушается на ее жизнь?
– Да почем я знаю, Свад! Тут такие интриги творятся. Любой, кого могут перекупить, может отравить или зарезать. А кто ей может желать зла, я представить не могу.
– Зато я могу, – неожиданно для обоих произнесла девушка. Артем от неожиданности вздрогнул, а Свад ойкнул.
– Ну надо же, как быстро очухалась, – отодвигаясь от девушки подальше, произнес гремлун.
– И кто? – спросил Артем.
– Мой дядя.
– Дядя? А ему это зачем? Он же хочет взять тебя женой и стать царем.
– Это только для того, чтобы стать царем. Потом убить.
– А в чем смысл твоего убийства? – спросил Артем.
– Дети, рожденные от этого брака, будут считаться детьми моего отца, а не его детьми. И он будет половинчатым царем. Если родится мальчик, то когда он подрастет, я могу назвать его царем, и дядя вынужден будет уступить ему трон… А я при малолетнем царе стану управительницей царства.
– Или ему надо будет убить своих детей, – продолжил за девушку Артем.
– Да, но проще убить меня и жениться на другой. Тогда его дети будут престолонаследниками.
– Почему так сложно? – спросил Артем.
– Свод законов мудрецов, – ответила Дионисия. Она лежала на кровати и смотрела в потолок. – У дяди и отца разные отцы и одна мать. Мой отец женился на дочери царя и стал престолонаследником. Поговаривают, что он отправил тестя-царя к предкам, но доказать не смогли. Он стал царем. А вдова царя вышла замуж во второй раз. И от этого брака родился дядя. Он не имеет права на трон.
– Так он тебе и не родственник, выходит, – понял Артем. – Его мать – твоя бабка. А я-то голову ломал, как это у вас допускается кровосмешение…
– Да, но отец принял его как брата и своим законом назначил быть братом царя. Это был политический ход. Бывшая царица обладала большими связями среди великих домов, и ей давали серебро, которым пользовался отец. Отец был из бедного рода и не очень знатного. Но его женитьба на царевне устроила всех. Никто из родов не возвысился и не увеличил свое влияние. Это был компромисс. Великие рода согласились на этот брак, и все были довольны. Отец разрешил вдове выйти еще раз замуж, а она за это поддерживала его материально. Но когда она умерла, средства перестали давать отцу, и, видимо, они пошли дяде. А отец привык их получать. Он редко ходил в набеги. Потом умерла моя мать, и наши дела стали совсем плохи. Я пришла к тебе, князь, поговорить, – девушка села на кровати. – В замке боятся этого карлика и считают его демоном, – указала она кивком головы на гремлуна. Тот выпучил глаза. – Он всех напугал: и кухню, и няньку…
– С чего ты это взяла? – Артем так же удивился ее словам.
– Мне поварихи сказали. Они напуганы и бросили работу…
– А ты знаешь, что эти поварихи использовали моего товарища как… как… – Артем искал подходящее слово. В этом мире таких слов, какие применили бы на Земле в случае со Свадом, не было. Не скажешь же ей, что они группой насиловали гремлуна. – Короче, они насильно им пользовались, как мужем, – выдал Артем.
– Что-о?! – Глаза девушки стали больше, чем у вытаращившегося гремлуна. – Как использовали?
– Заставили его их удовлетворять и держали в клетке. Я спас Свада, и Армидана тому свидетельница. Я прикрикнул на повариху. Она не хотела отдавать мне товарища. Это, скажи, нормально? Заточить гостя в клетку для гусей?
– В клетку для гусей?
– Да. Спросишь сама у старшей поварихи, – ответил Артем. – Моего побратима держали в клетке для гусей и таскали в чулан, чтобы он удовлетворял похоть поварих. Кормили его тоже в клетке.
– Ладно, спрошу, – растерянно ответила девушка, а сама рассматривала гремлуна. – Но как? – не до конца поверив Артему, спросила она. – Он же маленький.
– Он маленький, – вздохнул Артем, – а мужское достоинство как у большого. Вот они и схватили его.
– Что, нянька тоже? – тихо спросила девушка.
– А нянька тут при чем? – Теперь пришла очередь изумляться Артему.
– Она тоже сказала, что ее напугал этот маленький демон до смерти…
– Не знаю, о чем ты говоришь, Дионисия? Ее напугал я, – засмеялся Артем. – Я прикрикнул на нее. И вот еще что, скажи всем, чтобы исполняли мои приказы. Иначе, когда стану царем, я всех выгоню прочь из замка.
– Хорошо, – задумчиво кивнула девушка. – Скажу… Но зачем ты кричал на няньку?
– Она неучтиво и неподобающе отказала в моей просьбе организовать два ведра горячей воды в комнате. Сказав, что я никто для нее и не могу ей приказывать. Только то, что она старая и нянька тебе, спасло ее от моего гнева.
– Не понимаю, – тихо проговорила Дионисия, – почему они все твердили о маленьком демоне? Ведь кричал ты.
– Я не знаю, Дионисия. Возможно, хотели, чтобы его убили и он ничего не рассказал.
– Может быть, – кивнула девушка. – Я разберусь, и им мало не покажется… А у него правда большое… большой? – Она произнесла это, сильно стесняясь, но не смогла преодолеть своего любопытства.
Свад расхрабрился.
– Хочешь, покажу? – подбоченился он. – Только потом вы, риньера, этого не забудете…
– Нет, не надо, – замахала руками девушка.
– А ты спроси у поварих, – засмеялся Артем. – Это все, о чем ты хотела поговорить?
– Нет, конечно, – тяжело вздохнула девушка. Она встала с кровати и прошла к камину. – Присядь рядом. Есть более важные дела, что нам надо обсудить.
Артем сел на другое кресло и внимательно посмотрел на Дионисию.
– Я тебя слушаю, – сказал он.
Девушка присмотрелась к Артему. В свете пылающего огня камина его зубы сверкали вспышками ярких звездочек.
– Что у тебя с зубами, князь Артем?
– Ах, это, – улыбнулся довольный Артем. – Это свадебный подарок от Свада. Он мне сделал новые зубы. Нравятся?
Девушка кивнула.