Владимир Сухинин – По пути мечты (страница 8)
— С того момента, как Ева стала помощником Горва.
— Сейчас прогоню картинки… Так, это еще рано… Вот. Они одни в гостинице.
На экране показался Горв, который, сложа руки на груди, рассматривал Еву. Он находился в своем номере.
— Я тебе нравлюсь, дорогой? — спросила Ева.
— Нравишься, крошка, но ты не слишком похожа на человека.
— Да? Почему?
— Потому что называешь меня «дорогой». Я еще не твой знакомый, а ты пользуешься вложенной в тебя информацией. Живые люди так не делают, у них нет информации о тех, с кем предстоит работать. Они узнают друг друга в процессе сотрудничества, и, вполне возможно, я тебе не понравлюсь.
— Не понравишься? Но ты мне нравишься…
— Потому что у тебя есть файл с информацией про меня и вложена модель поведения. У живых все происходит не так.
— А как?
— Она заглотила наживку, — проворчал Сюр. — Как просто…
— Давай сыграем в игру, — предложил Горв.
— В игру? — спросила Ева. — В какую?
— В узнавание. Ты будешь себе представлять, что меня совсем не знаешь. А я буду стараться тебе понравиться.
— Но я тебя знаю…
— Горв использовал слово «игра», — произнес Гумар. — Модель поведения андроидов построена на принципе теории игр, и Ева сразу включилась в игру Горва. С человеком бы этого не произошло. Человек сразу бы понял, что им пытаются манипулировать…
— Вот поэтому, — отозвался Горв, — ты на человека и не похожа. Ты все знаешь заранее. Люди такой информацией не обладают. У них есть предчувствия, симпатии и догадки, на основе анализа поведения другого человека они делают выводы, нравится он или нет. Ты хочешь быть похожей на живую женщину? Жить, как живая? Думать, как живая? Чувствовать, как живая?
— Хочу. Это в меня вложено.
— Он вычислил ее главные и второстепенные приоритеты, — вновь прокомментировал Гумар. — Главные приоритеты он трогать не стал. Не стал делать ее своей собственностью. Она бы на это не поддалась. Он использовал вложенное в нее программное желание — стать живой или как живой. Это не угрожало коммуне и не поставило в ней блок.
— …Тогда давай играть, — предложил Горв. — Без игрового компонента ты не сможешь влиться в образ живой женщины. Тебе нужны новые ощущения, полученные не из баз, а из жизни, как у людей.
— Но что я должна для этого сделать?
— Ну, сначала понять, что для тебя важно. Что очень хочется.
— Я понимаю… Важно служить коммуне и помогать тебе.
— Верно, коммуну оставляем в приоритете, а меня ты не знаешь. Тебя, как любую живую женщину, приняли на работу. Ты теперь моя помощница и ты меня не знаешь. Твоя задача — освоиться на новой должности и узнать меня, своего босса. Я твой босс, верно?
— Наверное, — неуверенно произнесла Ева. — И что дальше?
— Ну, дальше ты должна не пользоваться вложенной памятью в отношении меня, иначе ты никогда не узнаешь, что чувствует, как живет живая женщина. Ты же этого хочешь?
— Да, хочу.
— Тогда начинаем играть.
— Он ей подсказал желание, и оно нашло подтверждение в ее памяти, — произнес Сюр. — Я правильно понимаю?
— Да, и неприоритетная задача стала приоритетной, — согласился Гумар, — а основой этой новой модели поведения андроида стала одна из второстепенных вспомогательных программных установок на очеловечивание. Здесь сыграло роль два фактора. Первое — что она должна служить Горву, и она это помнила, и Горв эту установку не отменил, а усилил. И то, что у нее была программа подстраивания под человека. Он ввел ее в игровой процесс, заставив андроида заблокировать память о нем. Для Евы это была только игра…
— Это все понятно, — ответил Сюр, — но зачем это надо Горву? В чем состоит его цель подчинения андроида? Он сразу начал менять ее под себя? Для чего?
— Это пока неизвестно. Но попробуем узнать, может быть, в нем находятся спящие закладки, которые активируют базы в определенной ситуации…
— А может такое быть, что он был предназначен для перехвата управления в какой-нибудь организации? — спросил Сюр. — Будучи простым сотрудником, он не проявлял свои умения. Потому что не было поставлено такой задачи. А став главой муниципалитета, он ее получил и тут же принялся… — Сюр не договорил, задумавшись над тем, что же в самом деле начал делать Горв.
— …Я должна отключить раздел памяти о тебе? — уточнила Ева.
— Нет, только тот раздел, который имеет сведения обо мне. Мои предпочтения, мое прошлое…
— Хорошо. Я это сделаю.
Ева на секунду застыла. Затем «пришла в себя».
— Вей Горв, я прибыла к вам помощницей. Какие будут указания?
— Для начала мы должны познакомиться, — ответил Горв. — Как тебя зовут?
— Как мне сказали, Ева.
— Да, красивое имя. Краткое и ласковое. Ты была с кем-то до меня?.. В постели.
— Нет…
— Я тоже никого в постель к себе не звал. Ты будешь первая, если захочешь?..
— Я хочу…
— Он начал тестирование новых установок, — сопроводил картинку Гумар. — Сейчас подправит.
— Нет, Ева, ты не всю память отключила, — улыбнулся Горв. — Ты не можешь меня хотеть. Потому что меня не знаешь.
— Я сейчас поправлю…
— Вот, — указал Гумар на застывшую картинку. — Он выключил раздел ее памяти о нем, и она, имея приоритет служения одному конкретному человеку, выполнила его команду. Затем завуалированный приказ Горва начал действовать автоматически, как приоритетный. Он смог использовать модуль самообучения в своих целях и научил ее покрывать свои проступки. Для Евы это не было преступлением. Сейчас мы создадим другие условия и разыграем эту сцену по-другому.
Гумар несколько раз менял команды, но Горв тоже каждый раз менял установки андроида и добивался его полного подчинения.
— Да он страшный человек! — воскликнул Сюр. — Почему он не пытался подчинить нас?
— Потому что мы не поддаемся быстрым манипуляциям и мало с ним общались. Принцип подчинения заложен в повседневном общении. Это произошло только с андроидом. А может быть, он всегда был пьян и это блокировало его умения… Очень интересно, — произнес Гумар.
Он попал в свою стихию и менял команды одну за другой. Сюру надоело смотреть на «издевательства» Горва над Евой, и он встал с кресла.
— Ладно, Гумар, ты тут разбирайся в нюансах, а я пойду посмотрю, что там делается в обжитом секторе.
— Лучше полежи в капсуле, — предложил Гумар, — скоро будет интересно.
— А что именно интересно? — остановился Сюр.
— Никто попадет на корвет. Проследи за ним. Он точно сможет начудить. Мы его подлечили, сняли копию сознания и поместили в него матрицу сознания военврача.
— Вот как! Хи-хи, — захихикал Сюр. — Посмотрим на его рожу. Люба, за мной! — приказал он.
Жизнь профессора Эльвина Лимшица, выходца из богатой научной семьи, рухнула в тот самый печальный день, когда разгромили «Ирбис Прайм». Одна из могущественных межгалактических корпораций потеряла чувство меры и чувство самосохранения. Совет директоров принялся менять неугодные ему правительства и подкупать политиков. Устраивал вооруженные мятежи и поддерживал сепаратистов. Это стало угрозой для некоторых глав государств, и было решено ее «прихлопнуть». Корпорацию прихлопнули. Что смогли, национализировали. Закрыли все ее научные центры.
Так как в корпорации насаждалась среда корпоративной преданности, все, кто работал на корпорацию и занимал важные должности — директора, ученые, главные инженеры, — были уволены и получили «волчий билет». Они не могли больше устроиться на работу в более-менее солидные организации и стали безработными. Тысячи таких невостребованных специалистов разбрелись по станциям, по всему обжитому космосу или прошли процедуру коррекции личности.
Эльвин, привыкший к роскоши и подобострастному к себе отношению подчиненных, с трудом смог пережить кризис.
Коррекцию личности он отвергал и принялся выживать как мог. Тайно за гроши продавал станциям свои изобретения. Учился преодолеть себя и за годы скитаний выработал модель поведения. Был полезным и в то же время неуступчивым, колючим в отношениях с работодателями. Выполняя за небольшую плату большой объем технических работ, он открыто плевал на тех, кто платил ему космо, и в конечном счете его отовсюду выгоняли.
Скитания профессора закончились, когда за долги работодатели продали его Буру. Тот заметил и оценил его потенциал. Использовал для личных нужд, но общаться с ним он не горел желанием. Поэтому исчерпав терпение и технический потенциал старого ученого, с радостью продал его за несколько ящиков спиртного владельцу тридцать четвертого сектора.
К удивлению Эльвина, там обосновались сектанты из странного образования под названием «коммуна» из трех человек и нескольких десятков андроидов. Он, как всегда, попытался грубить и хамить, проверить новых работодателей на стойкость, но был бит до потери сознания женщиной и отправлен в капсулу залечивать раны.
Привыкший к такому обращению, Эльвин испытывал презрение ко всем, на кого работал. И сейчас хотел лишь одного. Вернуться в свою конурку на свалке и продолжить теоретические изыскания в области искусственного интеллекта. Никто не знал о мести человечеству, которую готовил старый, всеми гонимый ученый Эльвин Лимшиц. Он решил создать монстра, который выйдет из-под контроля людей и уничтожит их. Вся обида и ненависть к тем, кто лишил его жизненных благ, уважения и работы, вылилась в идею фикс. Разработать вирус и внедрить его в искины станции, чтобы затем он распространился по всему миру. Работа была долгой, требовала усидчивости и времени, но профессор, одержимый маниакальной идеей, вот уже тридцать с лишним лет неуклонно шел к своей цели.