Владимир Сухинин – Король мертвецов (страница 76)
Гремлун опустился на землю, и ему в ухо прозвучал легкий смех: «Хе, хе… Я принял твою жертву, маленький гремлун».
Артем полностью успокоился. Его решимость продолжать начатое укрепилась. Он вышел из тела и взлетел. Покинул замок и, не обращая внимания на то, что происходило внизу, направился в сторону, куда убежал мертвяк. К нему тянулась нить, видимая в магическом зрении. Артем готовился к предстоящей схватке и хотел знать, где сейчас мертвяк и вампир, который его искал. Артем вдоль реки Безымянной устремился на восток. Он летел около семи-восьми километров и почти достиг максимума расстояния, на которое он мог покидать тело, и там, где река делала крутой изгиб, он увидел небольшую крепость, заросшую молодняком леса. Из снега высились серые стены. У самой кромки высокого обрыва, спрятанная среди деревьев, стояла деревянная вышка. Подлетев к ней, Артем понял ее предназначение. Сама крепостица, которую Артем назвал острог, пряталась в глубине, и с реки ее не было видно. А с вышки хорошо просматривалась река в обе стороны на много километров.
«Хорошее место для контроля реки», – подумал Артем. Маги были совсем не дураки и знали, что с той стороны могло к ним приплыть. Ему тоже нужно озаботиться охраной реки и выставить тут сторожевой пост.
Дальше по берегу, за крепостицей расположился припорошенный снегом и тоже заросший молодыми деревьями поселок. С десяток больших усадеб. Укрытые высоким забором, стояли дома и хозяйственные постройки. Поселок, как и крепость, был пуст. Люди покинули это место по меркам заброшенности крепости магов недавно. Не более чем сорок-пятьдесят лет.
За поселком большая вырубка. Видимо, были пахотные поля. Внутри поместий, за заборами, небольшие участки огородов.
Все выглядело так, словно поселок покинули год-полгода назад. Ничего не разрушено, не обветшало. Артем спустился ниже и приблизился к одному из домов. Крепкий сруб из толстых бревен, покатая крыша, крытая соломой. Края ее виднелись из-под нахлобученной шапки снега. Дверь аккуратно прикрыта и прижата поленом. Видимо, когда уходили, думали вернуться. Внутри тоже не было разрухи. Только вездесущая серая пыль толстым слоем покрывала все, и множественный мышиный помет на полу. Но и мыши, видимо, покинули дома, где не было пищи. Сени с рыболовной сетью, слежалая солома для телят. Кадка, в которой были заплесневелые засоленные овощи, превратившиеся в дурно выглядевшую массу. Дальше большая горница со столом, лавки, два массивных комода с глиняной и деревянной посудой. Каменная печь с дымоходом на всю стену и спальня с двумя кроватями. Большая кровать скрыта за деревянной перегородкой с истлевшей, изгрызенной мышами занавеской. Постели разорванные, когда-то мыши свили себе здесь гнезда. В общем, давно забытый дом, в котором никто не жил, и звери обходили стороной эти усадьбы. Хотя вокруг было множество заячьих и волчьих следов.
Артем вернулся к крепости. Облетел, ее изучая. Высокий забор с башнями у ворот. Ворота закрыты изнутри. Небольшой двор с навесом для лошадей. Конюшня и сеновал под одной крышей из теса. Большой амбар, где в клетях под крышей еще осталось зерно. Мыши не могли туда добраться. У коновязи в конюшне скелет лошади. От ее черепа к перекладине тянется веревка. Бедная и брошенная лошадка умерла от голода. Вход в невысокую башню закрыт изнутри. Артем пролетел внутрь. И тут не было беспорядка. Все на своих местах. Закрытая кованой решеткой оружейная комната с бронями на стеллажах, стрелы в бочках, копья у стены, топоры, прислоненные к стеллажам. На стенах развешаны пяток тяжелых самострелов. Везде чувствовался армейский порядок. Рядом комната с двухъярусными нарами. Они были пусты. Лишь клочья изгрызенных тюфяков и прелое сено. Работа вездесущих мышей. Напротив столовая-кухня с парой длинных столов и печью. Больше тут Артем задерживаться не стал, и так понятно, что можно увидеть.
На второй этаж вела винтом вгрызающаяся в стену лестница без перил. А на самом этаже одна комната и коридор, выводящий к лестницам на стены и верх башни. А вот в небольшой комнате за столом, за закрытой дверью, сидел человек в броне. Руки сложены в замок на столе. Пергаментная кожа обтянула кости черепа. Глаза прикрыты. На столе, пришпиленная кинжалом, пылилась записка. Артем огляделся. Кровать, шкаф, чугунная печь с трубой, выведенной в маленькое оконце, прикрытое ставнями. Вот и все убранство комнаты командира.
Артем подлетел к записке. Ему стало очень интересно, что там было написано. Сквозь пыль можно было с трудом прочитать выцветшие строчки.
Дальше рука писавшего ослабла, и строчки смазались.
Артем вгляделся в тело и увидел в нем слабо мерцающий огонек жизни. И это было странным. До каких высот могущества дошли маги и так позорно все проиграли, сначала простым крестьянам, а потом дикарям. Может, они с самого начала были определены в неудачники? А чрезмерное обладание силой ведет к высокомерной недальновидности и к гибели?..
«И что мне с тобой делать, Ульрих Беспощадный? – подумал Артем. – Оживить не могу, я не бог. Отпустить душу?.. Хм, наверное, с помощью магии нет. Ты не жив, не мертв. У меня нет нужных знаний. Могу только сжечь. Это я тебе обещаю. И хотелось бы, очень хотелось посетить библиотеку в городе Мертвых. Сколько там открытий чудных меня ждет…
Он уже собрался покинуть крепость, как почувствовал рядом присутствие мертвяка. Он ощущал вспыхнувшую злобу и радость вампира.
Мертвяк топтался у ворот. Он стал каким-то неуклюжим. Шатаясь, лапами стучал по полотну ворот. Не добившись успеха, тупо пошел в обход. Вампир плохо владел телом. Если демон мог управлять низшим юшпи, то вампир просто их бездумно сожрал и теперь словно пьяный шел вдоль линии стены. Его мотало из стороны в сторону. Он почувствовал присутствие Артема у себя над головой и замахал лапами, пытаясь до него дотянуться.
«Ну-ну, – мысленно усмехнулся Артем, – дерзай, дядя». И полетел обратно.
До крепости мертвяку надо будет добираться полдня, не меньше, и Артем потратил часть своего времени на то, чтобы отдохнуть. Он завалился на кровать и задремал. Хойсира ему не мешала. Но через час его разбудил шум. Он нехотя поднялся и вышел в коридор. Там стяли и громко друг с другом спорили две женщины. Неела и ставшая Милой бывшая швея. На их пути стояла, уперев руки в бока, Хойсира.
– Что за крик, а драки нет? – поинтересовался Артем.
– Вот, – Хойсира указала рукой на покрасневших женщин, – спорят, кто их них главнее… Пришли спрашивать у тебя… я не пускала, так они разорались, как прям не знаю кто…
– В смысле «главнее»? – не понял Артем.
– А в том! – тут же протиснулась вперед миниатюрная Неела. – Я жрица Иехиль и больше времени служу ей, а эта выскочка лишь вчера получила посвящение и…
Она не договорила, Мила оттеснила ее своей выдающейся грудью. Поперла как танк и заслонила ее. Артем невольно залюбовался жрицей Мары.
Одета она была как столичная горожанка супротив провинциальных крестьянок, Хойсиры и Неелы. В простых мужских штанах, заправленных в сапоги. Поверх сероватых, из плохо отбеленного полотна, рубах свободного покроя меховые, непременные безрукавки, без которых не мыслят себя дикари. На их фоне Мила казалась феей из сказки.
Приталенная блузка, подчеркивающая достоинства ее фигуры, с оборочками у шеи. Зеленый шелк очень гармонировал с ее карими глазами. Горчичного цвета пышная юбка из атласа обтягивала широкие, развитые бедра. Волосы, собранные в пышную, но простую прическу с серебряной заколкой… подведенные глаза оттенялись и казались загадочными.
«Да, – подумал Артем, – эта женщина может свести с ума кого угодно».
Он уловил настороженный взгляд Хойсиры и ободряюще улыбнулся ей.
– Милорд, это неправда, – решительно заявила Мила. – Мы не спорили, кто будет главной. Это Неела заявилась ко мне утром и говорит: «Значит, так, сестра, у нас с тобой одна богиня в двух лицах. А так как я раньше начала служение, то главной буду я, а ты будешь меня слушаться». Вот я вас и спрашиваю, ачем мне слушаться эту пигалицу?..
Лица женщин раскраснелись. У Милы уже не было старческого сморщенного лица. Оно разгладилось, налилось полнотой жизненной силы и пылало бордовыми щеками. Ее большие карие глаза смотрели с выражением удивления и требовательности.
– Ну, а я чем могу вам помочь? – спросил Артем. – Назначить старшую?
– Да! – из-за спины Милы выглянула Неела. Мила приняла вправо и заслонила жрицу Иехиль. Та выглянула с другой стороны.
– Хватит меня загораживать! – возмущенно прошипела она и попыталась оттолкнуть жрицу Мары. Но та стояла, словно скала.
– А зачем вам выбирать главную? Будьте каждая сама по себе. – предложил Артем. – Направления служения у вас разные. Одна забирает души грешников, вторая милует…