Владимир Сухинин – Испытание воли (страница 2)

Глава 1

День перевалил за полдень, и город Бремельдорф, новая столица герцогства Манихейского, после ухода с улиц патрулей Рассвета ожил. Казалось, что после недель тяжелого удушья страха люди получили глоток свежего воздуха. И хотя в воздухе витало напряжение, но люди не теряли надежды на лучшие времена.

Рассветные укрылись в Верхнем городе, где возвышалась цитадель герцога, и не показывались в Нижнем городе. Экономика и торговля стали оживать: торговцы открывали свои лавки, и горожане с тревогой и надеждой выходили за покупками.

Крестьянские подводы, груженные продовольствием, тянулись в город, и казалось, что жизнь вновь вернулась в привычное русло. Патрули ордена Заката строго следили за порядком на улицах, и это вселяло в сердца жителей робкий оптимизм.

В этом городе, где каждый камень хранил свою тайну, а каждый уголок дышал историей, царила особая атмосфера. Люди не знали, что их ждет впереди, но сила жизни позволяла им думать, что они переживут выпавшие на их долю испытания. Они верили, что смогут преодолеть трудности, главное – потерпеть. Именно терпение стало для них ключом к вере в лучшее. Несмотря на то, что в городе пропадали люди и на улицах находили мумии, каждому казалось, что именно его обойдет эта печальная судьба.

Орден Заката привел часть своих братьев в столицу герцогства, и иерархи, назначенные в новый высший совет культа Заката, ждали поддержки восставших против произвола Рассвета преданных Закату лордов. Но среди них был только один барон, что выступил против герцога в защиту своего вассала, это барон Газан. А он не спешил к ним на помощь.

Что происходило в цитадели герцога, не знал никто, но в замке культа Заката проходили постоянные совещания. Шли дни, проходили седмицы, а иерархи и посланники ордена Заката не могли прийти к общему мнению.

Вазнавар, новый глава высшего совета, устал убеждать и тех и других. Он понимал, что время играет против них. Потерпев поражение в битве у замка рыцаря Ошбрака и в столице герцогства, культ Рассвета набирает силу, пока идут разговоры, что делать и как. Понимал это не только Вазнавар, но и некоторые достойные служители культа, однако въевшийся в них страх усугубить отношения с культом Рассвета останавливал их от быстрых и решительных действий. Кроме того, за спиной культа Рассвета маячили легионы империи, и это тоже сдерживало устремления служителей равновесия. Никто не хотел испытать на себе силу и мощь имперских легионов.

Ярыми сторонниками осторожности были секретарь высшего совета Плутон и старые члены высшего совета, которые объединились вокруг нового секретаря. Они боялись объявлять войну культу Рассвета. Среди служителей культа тоже образовались две партии: умеренные, которые хотели мирного сосуществования с культом Рассвета, и непримиримые, которые требовали начала военных действий.

Сторонниками умеренной позиции были настоятель храма в Овельхольме, достойный Рунгвель, и духовник барона Газана Рейдаранского, достойный отец Варшугель, исполняющий обязанности главы ордена Заката.

Сторонниками активных действий были сам глава высшего совета культа Вазнавар и достойный Эгиед.

– Братья, – убеждал всех достойный Варшугель, – мы не можем сами по себе начать боевые действия. Нам нужна поддержка лордов, и один из них, барон Газан, встал на путь борьбы. Но он один не может нам помочь. А без него мы будем в глазах короля изменниками. Вы этого хотите?..

– Достойный брат Варшугель, – горячился Вазнавар, – сейчас самое время атаковать крепость герцога. Там мы найдем факты его измены и предоставим королю. На его место посадим графа Мольта…

– А сам граф об этом знает? – оппонировал ему Варшугель. – Я думаю, что не стоит спешить открывать военные действия в герцогстве. Надо дождаться, когда барон Газан проведет переговоры с графом. Без его поддержки нам грозит война с объединением рассветных вассалов герцога. Мы не сможем противостоять вассалам герцога, тем более что их поддержит орден Рассвета. Надо ждать известий от барона Газана. Я знаю, что он уже назначил посла к графу. Поспешность может привести к непоправимым последствиям.

С ним соглашались остальные члены совета.

– А промедление, – с отчаянием бросил Вазнавар, – подобно смерти.

– Не все так печально, высокодостойный отец Вазнавар, – терпеливо, со смирением ответил достойный Варшугель. – Я тоже еду к графу Мольту и сообщу вам результаты переговоров.

Единого лидера у культа Рассвета в королевстве Кемерстат не было, а было два центра силы. Глава ордена Рассвета Шарль Негасимый Свет и великий призыватель Рассвета Чамба Белые Одежды. Они управляли членами культа через светоносных. А светоносные возглавляли ячейки культа в городах, куда культисты смогли дотянуться своими руками. После ухода Чамбы, оставшись один, Шарль Негасимый Свет задумался. Ситуация сложная, но поправимая. Закатные трусливы. Будут долго думать, искать поддержку среди лордов, а значит, зима пройдет спокойно. До весны надо пополнить орден рыцарями и сделать это основной формой работы братьев. Нужно как можно больше озарять простых людей. Неграмотные крестьяне и ремесленники будут только рады поднять свой статус и стать рыцарями Рассвета. Учиться сражаться им не надо, хозяин, живущий в них, сделает все сам. А вот провести разведку и узнать настроения лордов и самого герцога стоит. Слишком он стал отстраненным от дел в герцогстве, а эта сучка, что ему подложили, не справляется со своими обязанностями. Об этом надо напомнить Чамбе. Разведка и диверсии – это его поприще. Его орден понес незначительные потери, как и орден Белого братства, пусть отправит своих шпионов по доменам, а также к Херсонесу, узнает, что творится в империи, почему крепости имперцев никак не укрепляются войсками? Может, и правдивы слухи о том, что закатные укрепили силы Домициана. Правда, тогда Домиция не скоро отправит свои силы в королевство. Она ждет, когда герцог Моринхейский открыто выступит против короля. А тот без ума от любовницы и ничего слушать и видеть не желает.

«Кобель старый, – мысленно выругался Шарль. – На костер бы этого лорда… Но нельзя, он ключик к успеху культа в королевстве. Хорошо, что время до весны есть, а там… – задумался глава ордена, – мы поднакопим силы. И надо поутихнуть, прекратить искать колдунов, не стоит настраивать простой народ против культа. Повременим», – решил Шарль и успокоился.

На захват гнезда королевы-матери Шузмарал растратил все силы, и если бы сейчас она прибыла к себе в гнездо, то могла бы с легкостью его одолеть. У нее кинжал уз – самое страшное оружие против вампиров, но она рванула прочь, испугалась.

Перед тем как упасть сраженным сном, Шузмарал почувствовал ее уход, но преследовать не стал. Зачем? Он выспится, наберется сил и придет за ней. Никуда она не денется. У нее нет помощников, и скоро она поймет, что бегство ее не спасет, что позор лучше смерти. Позор можно перетерпеть, пережить. Но за позором ее ждет слава и величие. Подумаешь, пара сотен лет забвения. Их народ живет вечно, и для них двести лет – это как одно мгновение вечности. С возрастом вампир понимает, что спешка – это признак небольшого ума. Только терпение вознаграждает того, кто может неуклонно ждать своего часа. С этими мыслями Шузмарал спокойно уснул.

Проснулся он через пять дней под вечер, потянулся и сел в ящике наподобие гроба. Потер длинные уши, которые так и не стали уменьшаться. Тратить силы на то, чтобы привести их в норму, он не хотел. Магический фон тут был слабый и разряженный. Неважно, как он выглядит, важно, что он может.

– Тарси, где ты, тварь? – крикнул он, призывая девушку-трэлла.

Из темноты возникла хромая девушка и, ковыляя, подошла к нему:

– Я тут, хозяин.

– Приведи мне пищу, я голоден, – приказал Шузмарал. – И скажи моим слугам готовиться к убытию, мы поедем за королевой.

Тарси подобострастно поклонилась и выбежала. Недолго думая, она схватила повариху и потащила в подвал. Та громко и отчаянно закричала. На шум выбежал хозяин трактира и испуганно замер. За его спиной появился мальчик. Он быстро окинул ситуацию взглядом, увидел, как орущую и испуганную повариху тащит в подземелье девушка, и скрылся. Хозяин молча вышел и прикрыл дверь в подсобку, откуда был вход на кухню и в подвал. Он не хотел ссориться с теми, кто жил внизу и хорошо платил. Он знал, это были страшные люди, темные. Он их боялся и в то же время брал с них плату.

Тарси укусила повариху, сделала глоток крови и потащила дальше женщину, которая больше не сопротивлялась.

– Вот, хозяин, пища, – проворковала Тарси и тут же получила удар в лицо сапогом.

– Дура, мне нужен одаренный. Пошла прочь, мразь! – Он толкнул Тарси, и та уползла, а Шузмарал поморщился и присосался к шее женщины. Он утолил голод, но не получил силы. А она ему была нужна.

– Косой! – позвал он помощника. Появился трэлл. – Какой сейчас час?

– Семь вечера, хозяин, – ответил трэлл.

– Отправь уродов на поиски одаренного, пусть захватят и приведут сюда. Да скажи, чтобы много крови не пили, а то я их знаю, ничего не оставят и скажут, что так и было.

Трэлл поклонился и безмолвно вышел.

Риздар, мальчик, работающий на кухне, увидел, как его тетку Армину утащила темная тварь. А то, что она была темной, он видел. Имея дар замечать ауры, он понимал, кто поселился в подвале трактира. Он выбежал из трактира и побежал к центральной площади, где всегда дежурил патруль культистов Заката. Запыхавшись, он подбежал к одному из них. Тот, стоя, грыз семечки, сплевывая шелуху на каменную мостовую.