Владимир Сухинин – Два в одном. Под чужим именем (страница 13)

Артам почувствовал легкие поглаживания в паху.

– Ты знаешь, красавчик, я заразна и хочу тебя этим тоже наградить. Я даже, может быть, убивать тебя не стану. А зачем? – продолжая гладить Артама, шептала она. – Сначала ты ничего не почувствуешь, а через тридцать – сорок дней начнешь гнить изнутри. У тебя провалится нос, затем сгниет твой срамной уд. Мне недолго осталось. И ты пойдешь за мной следом, красавчик, – девушка лизнула его щеку, – но чуть позже.

Артам попытался разорвать веревки, но не смог.

Девушка стал развязывать завязки на штанах Артама. Тот пригрозил:

– Я сейчас закричу.

– Кричи, красавчик, – засмеялась насильница, и, как только Артам открыл рот, чтобы закричать, она вставила ему в рот нож.

Крик сразу затух, а девушка сунула ему в рот большой кусок материи. Артам брезгливо увидел, что это подол ее грязной юбки. Из его глаз потекли слезы, а девушка вытащила его малыша и приподнялась, чтобы усесться верхом.

– Мгму-у!.. – отчаянно замычал Артам, а девушка неожиданно закатила глаза и стала заваливаться на бок.

– Тебя, кобель, и на полчаса оставить нельзя, – проворчал недовольный коротышка, надевая на голову свою железяку. – И как ты этих потаскух находишь, ума не приложу.

Впервые Артам был рад видеть мастера проклятий. Он стал языком выталкивать кляп и с трудом справился.

– Спасибо, мастер, – откашлявшись, поблагодарил он Свада.

– Не за что, болезный, – рассмеялся Свад. – Лучше расскажи, как ты ее нашел?

– Она сама пришла и хотела меня зарезать, как свинью, – стал оправдываться Артам. – Потом передумала и решила наградить болезнью продажных девок. Я тут ни при чем. – Артам замолчал. Но, вспомнив, что Артем говорил ему про свинью, спросил напрямик: – Сунь в окно… Нет, Высунь, – поправился Артам.

Свад удивленно посмотрел на человека.

– Ты, случаем, уже не заразился, дылда?

– Вроде нет.

– Тогда чего просишь то высунь, то сунь? Ты толком объясни, чего хочешь.

Собравшись с духом, Артам выпалил:

– Зачем вы прокляли мои руки?

– Это давно было. – Свад отвернулся. – Не помню уже.

Артам побледнел. Все верно сообщил ему напарник. Не соврал. А мастер не хочет его прежде времени пугать.

– Мастер, я вот что думаю… – издалека начал Артам. – Вы знаете, какая у меня неприятная душа? О-о! От нее даже все мое тело воняет. Вы чувствуете, как оно воняет? Это воняет мое мясо. А оно протухло от моей души.

Свад посмотрел на Артама:

– Ты это к чему сейчас мне рассказываешь?

– Ну… хочу, чтобы вы знали, мастер, что я не моюсь, я сквернословлю, у меня тело все в волосах. И все это от моей вонючей души.

– Да-а? – произнес Свад и замолчал, разглядывая Артама.

– Да! Да! – быстро заговорил Артам. – Я хочу вам сказать, что моя душа вам не подходит. Мясо будет невкусное, сильно вонючее. Лучше присмотритесь к душе Артема. Вот это душа! Всем душам душа. Вы такой нигде не найдете, и мясо от такой души будет нежное, вкусное. Ну как? – Он подмигнул Сунь Вач Джину.

– Ты точно с этой девкой не тр… короче, не спал? – спросил озадаченный коротышка. – Больно мудрено говоришь. Зачем мне душа Артема? И при чем тут мясо?

– Ну вы же свинину едите? – спросил Артам.

– Ну ем иногда. Если свинка выросла немного, кормили ее хорошо и не болела она, то, конечно, ем.

– Ну вот. А душа Артема как подойдет вам, мастер, не то что моя.

Сваду надоело слушать бред Артама. Он хорошо поел и хотел поспать. Он слазил вниз, притащил вожжи и стал связывать деваху, которую огрел своей шестерней. У Артама глаза полезли на лоб от такого проворства. «Так вот кто меня так связал! – еще раз удостоверился он в словах Артема. – И надо же, притворяется, что ничего не понимает».

У Артама заныли зубы. Ему так стало себя жалко, что он расплакался.

– Не реви, – сурово проговорил Свад. – Утром Артем придет в себя и сдаст эту преступницу властям. А ты поспи, болезный, поспи.

Артем проснулся от того, что лучик света освещал его лицо. Он открыл глаза и хотел с удовольствием потянуться, но не смог. Какое-то время он лежал, недоуменно разглядывая путы на себе, и наконец вспомнил, что вчера было. Он сам просил Свада его связать. Ну раз он связан, значит, ночь прошла спокойно. Он повернул голову, ища коротышку, и уперся взглядом в связанную и спящую деваху, которую он вчера отпустил.

«Что она тут делает? – недоуменно подумал он. – И почему связана?»

– Свад! – негромко позвал он малыша. – Свад, ты где?

– Где-где… – услышал он недовольный голос коротышки. – В Тартанде.

– В Тартанде? – переспросил Артем и рассмеялся. У него дома тоже была похожая поговорка: «Где-где? В Караганде». – Это где? – смеясь, спросил он.

Гремлун пробурчал:

– В заду, значит. Что-то я вчера несвежее съел. Или от этой заразы заразился. – Он бесцеремонно перешагнул через лежащую девушку. – Тебя развязывать? Ты теперь кто?

– Теперь Артем. А что здесь делает эта замарашка? И кто ее связал?

– Связал я. После того как она хотела сначала тебя наградить болезнью, а потом зарезать, как свинью, – ответил Свад, развязывая Артема.

– Она что, спит? – спросил Артем, потирая затекшие руки.

– Нет, уже не спит, притворяется. Что будешь с ней делать? – Свад почесал шею. – Властям сдашь?

Артем задумчиво поглядел на девушку. Та открыла глаза, и в них стояли слезы. Она не просила, не молила отпустить ее, просто смотрела на связанные руки и молчала.

Артем опустился рядом с ней на корточки:

– И чего тебе неймется? Я же тебя отпустил.

Девушка продолжала молчать. Артем вздохнул и, достав нож, разрезал вожжи.

– Иди, – произнес он и стал спускаться по лестнице.

Свад смотрел на человека и качал головой, потом обернулся к разбойнице.

– Значит, так. Еще раз увижу тебя, пасть порву и моргалы выколю. Поняла? – И, не дождавшись ответа, полез вниз. – Зря ты ее отпустил, – сказал он, встав рядом с Артемом, но тот промолчал.

Увидев удивленный взгляд крестьянина, что проснулся и таращился на него, Свад протянул руку.

– Пять медяков давай, – приказал он удивленному крестьянину.

Тот воззрился на протянутую руку.

– Хочешь, чтобы твоя кобыла околела? – спросил Свад.

Мужик в испуге замотал головой и судорожно полез в кошель, висящий на поясе.

– Вот, – протянул он серебрушку коротышке.

Тот взял, посмотрел, достал свой кошель, деловито отсчитал пять медяков и вернул их как громом пораженному крестьянину, сопроводив возврат сдачи словами:

– Мне лишнего не надо.

Юркнул за приоткрытые ворота и исчез.

– Э-э-э-то… хто? – спросил крестьянин у Артема.

Артем поморщился от наглости гремлуна и ответил:

– Лошадиный домовой. Он мне так представился.

– Домовой! Обереги меня Хранитель! – Крестьянин осенил себя священной змейкой.