Владимир Сударев – Президент (страница 61)

— Насчёт большой войны ничего сказать не могу, но большая беда уже не за горами, — усмехнулся Перун.

— Какую беду ты имеешь в виду? — насторожился Сергей.

— Перенаселение, а как следствие голод и загрязнение окружающей среды, — пояснил свою мысль Перун.

— Ну, до этого ещё дожить надо, — усмехнулся Сергей.

— По моим расчётам, времени осталось не так уж и много. Лет через пятнадцать число людей перевалит критический рубеж, за которым могут начаться войны за место под солнцем.

— Что предложишь? — Сергей посмотрел на Перуна, сидевшего рядом на ступенях своего дома.

— Затрудняюсь дать тебе совет, — произнёс Перун, — Русь, за последние пять лет разрослась. Причём население растёт не только за счёт рекордной, за последние пятьдесят лет, рождаемости и снизившейся смертности, но и при помощи эмигрантов. Я прикидывал, что у нас в запасе лет шестьдесят, но такие страны как Китай, Индия и некоторые европейские государства скоро начнут ощущать нехватку продовольствия.

— Кстати Перун, что ты думаешь насчёт Аляски? А то мне плешь проели, как наши советники, так и американские политики. Штаты возжелали вернуть Аляску, конечно не задаром, но у них сейчас гигантский дефицит бюджета и других проблем выше крыши.

— Соглашайся, — изрёк Перун и добавил, поясняя свою мысль, — во-первых, эта земля богата полезными ископаемыми, а во-вторых, нам бы не помешала сухопутная граница с Канадой.

— Значит и ты в курсе, — рассмеялся Сергей.

— Конечно, работа у меня такая, — пошутил Перун и продолжил более серьёзным тоном, — уже месяца три там зреет настроение присоединиться к Русии.

— А если не созреет? — спросил Сергей.

— Будь уверен, созреет, — убеждённо заявил Перун, — их, в последнее время, слишком стали тревожить американцы. Практически каждый месяц происходят пограничные конфликты. Американцы то скот угонят, то технику. Канадские пограничники не справляются своими силами, и правительство подтянуло к границе немалое количество воинских частей, только это мало помогает. Канадское правительство прекрасно видит страх американцев перед нами и ради безопасности страны готово пожертвовать частью своего суверенитета.

— Занимательное наблюдение, — признался Сергей, — с этой стороны я не рассматривал данную проблему.

— Сергей, как со строительством звездолёта? — сменил тему Перун, впрочем, он не удивил собеседника, привыкшего к большой заинтересованности друга в этом вопросе.

— Думаю, месяца через четыре можно будет его испытать, — ответил Сергей.

— Сам будешь испытывать? — вопрос Перуна был больше похож на утверждение.

— Конечно, — улыбнулся Сергей.

— Поэтому и людей не готовишь, — выдохнул Перун, страшно завидовавший другу в этой возможности путешествовать к звёздам, — чтобы никто не вздумал возражать.

— Нет, ты не прав, — качнул головой Сергей, — уже полтора десятка толковых ребят подобрал, но многие вещи не объяснить на словах и тренажёрах. Поэтому учиться будем в полёте, через руки иной раз быстрее доходит, чем через голову.

— Не боишься Русию оставлять? — Перун посмотрел в даль, где в небе начали собираться тучки, и добавил, разговаривая сам с собой, — проснулся лежебока.

Сергей понял, что друг имел в виду Стрибога, лютого лежебоку и любопытника.

— Не привык я просиживать штаны в кабинете, — с улыбкой посмотрев на Перуна, произнёс Сергей, — да и команда, что управляет страной, меня устраивает. По идее, мне можно на годик легко отлучиться, никто и не заметит.

— Ну-ну, — пробормотал Перун, а вслух добавил, — куда надумал лететь?

— В шести парсеках есть чудная планетка, — Сергей улыбнулся, вспоминая события прошлой жизни, — если бы боги создали рай для земледельцев, он непременно находился бы там. Единственный минус — полное отсутствие месторождений железа и алюминия на самой планете. Именно поэтому люди долго осваивали этот чудесный мир. Первые колонисты, не обнаружив месторождений железа, вынуждены были разобрать свой звездолёт. За пару сотен лет самостоятельного развития, они потеряли многие технические знания и в последствии долго вписывались в конфедерацию.

— Ты считаешь, что сможешь не допустить повторения истории?

— Конечно, иначе не имеет смысла посылать туда людей, — кивнул Сергей и добавил, — начинай компанию по вербовке первых земных колонистов. В этом я могу надеяться только на вас — небесную канцелярию.

Сергей готовился к испытаниям первого земного звездолёта. Только он один представлял, что потребуется от экипажа во время полёта, поэтому большая часть предстартовой подготовки проходила в деревне под присмотром Риты и вызванных для этой цели врачей, специалистов различных направлений.

Врачи недовольно бурчали на отсутствие нужного оборудования в деревенской больничке, на что Рита лишь усмехалась и весело смотрела на Сергея, как бы говоря: "А я что тебе говорила?".

Находясь в деревне, Сергей отдыхал и душой и телом, несмотря на многократно возросшую нагрузку, вызванную необходимостью подогнать незавершённые дела до начала испытаний. Стояло начало лета, и всё было покрыто зеленью распустившихся листьев и первых цветов.

— Сергей, почему ты не хочешь взять в полёт меня? — спросила Рита, как личный врач именно она занималась осмотрами Сергея, не доверяя эту обязанность никому из других врачей.

— Боюсь, — честно признался Сергей.

Весь облепленный датчиками он сидел на велотренажёре и, не торопясь, крутил педали.

— Но вам же нужен будет врач, достаточно безумный, чтобы отправиться с вами и в меру компетентный, чтобы провести все необходимые исследования на той планете, — Рита внимательно смотрела на монитор диагностёра, стараясь отыскать малейшую неправильность в работе организма своего мужа.

— Можешь слазить, — усмехнулась она на вопросительный взгляд Сергея, — можно было и не тратить времени на этот анализ, всё равно придётся подделывать результаты.

Самостоятельно освободившись от датчиков, Сергей подошёл к Рите, и, обняв её за плечи, прошептал на ухо:

— Любимая, я знаю, что ты обладаешь всеми нужными качествами, даже с избытком, но я не хочу оставить нашу дочь круглой сиротой.

— Велик риск? — Рита подняла на Сергея свои глаза.

— Риск небольшой, но не забывай, это первый звездолёт землян, мало ли что может случиться в полёте.

— Серёжа, пойми, наконец, твоя дочь уже не маленькая. В свои десять лет она знает всю школьную программу, и могла бы уже легко учиться в институте, но ты не разрешил ей. Я понимаю тебя, незачем лишать ребёнка детства, но ты забываешь, что мыслит она уже как взрослый человек.

— Да знаю я всё это, — вздохнул Сергей, его замучила Наденька просьбами разрешить ей учиться дальше, — но ей необходимо, чтобы рядом находились близкие люди.

— Поживёт немного у Олега, он просто без ума от племянницы, — предложила Рита, чувствуя, что Сергей начал сдаваться.

— Избалует ведь, — усмехнулся Сергей.

28

Первый земной звездолёт решили назвать "Русь". Сергей принимал его очень скрупулезно, облазив все отсеки, он потратил на приёмку больше недели. Ещё неделю специалисты устраняли, выявленные недоделки. И наконец настал день старта.

Мощные тягачи вытянули звездолёт из орбитального дока и покинули район запуска. Сергей сидел в кресле командира корабля и внимательно считывал показания приборов. Вахтенный экипаж находился в рубке, ожидая команды.

— Приготовиться к старту. Включить прогрев ходовых двигателей. Проверить все системы звездолёта.

Через несколько секунд последовали ответы вахты.

— Двигатели работают в режиме пять процентов мощности.

Сергей заметил, как начало меняться изображение на экранах внешнего обзора. Звездолёт начал своё первое ускорение.

— Первый пилот готов.

— Второй пилот готов.

— Все системы функционируют в штатном режиме, — доложил старший механик, не отрываясь от своего монитора.

— Курс заложен в исполнительные устройства, — штурман оторвался от планкарты, и, улыбаясь, посмотрел в экран монитора.

— Отсек отдыхающего экипажа к ускорению готов, — доложила Рита, как врач она отвечала за отдыхающую часть экипажа.

— Хорошо, начнём, — прошептал Сергей и осторожно сдвинул от себя рычаг, наращивая мощность двигательных установок.

— Ускорение два же, — доложил старший механик.

Звездолёт медленно увеличивал скорость. Земля на кормовых экранах, всё быстрее и быстрее начала уменьшаться в размерах.

— Ускорение четыре же, мощность двадцать процентов, — с большим трудом произнёс старший механик.

— Прекратить устные доклады, — приказал Сергей, чувствуя, как наваливается свинец перегрузки.

Запустив гравитационные компенсаторы, Сергей сразу почувствовал уменьшение тяжести.

— Расход мощности увеличился на десять процентов, — доложил старший механик.

— Принято, — Сергей продолжил наращивать мощность двигателей.

Гравитация на звездолёте плавно изменялась, компенсаторы подстраивались под новое ускорение. Детекторы бесстрастно фиксировали увеличение скорости. Время неумолимо отсчитывали большие часы, расположенные над главным пультом.

— Проверить состояние всех систем, — отдал команду Сергей, когда гравитация на корабле перестала изменяться.