Владимир Сударев – Катализатор (страница 83)

Поняв что из этой встречи не выжать и капли информации, Сергей не особо скрывал от тватра чувство неприязни.

— Мне жаль что вам ненавистен мой внешний вид, я его не выбирал, как впрочем и вы свой, — качнув головой, заявил тватр.

— Как я уже говорил во мне нет такой ненависти как в воинах сообщества, моё чувство к тватрам можно назвать жалостью. Мне жалко культуру, не нашедшую ни чего лучшего чем выйти на просторы вселенной бренча оружием.

Разговор закончился через несколько минут. Сергей пожелал тватру удачно добраться до его базы. Чем вызвал удивлённый вопрос.

— Почему вы отпускаете меня живым?

— Не вижу смысла расстреливать парламентёра, — ответил Сергей и выключил канал связи.

Вызвав Зару, он распорядился проводить транспортник тватров до линии фронта. От созерцания набиравшего скорость транспортника тватров его оторвал голос офицера связи.

— Хранитель-стратег, с вами хочет говорить верховная хранительница.

— Хорошо, — вздохнул Сергей, не горевший желанием выслушивать от Ксивьерры очередные упрёки, — включайте канал связи я готов.

Произнося приветствие, Сергей заметил озабоченность на лице верховной хранительницы.

— Не буду спрашивать о состоянии дел на фронтах, — заговорила Ксивьерра, поздоровавшись, — чтобы не терять времени, ведь дела идут хорошо?

Ксивьерра вопросительно посмотрела на Сергея. В ответ он лишь молча кивнул головой.

— Есть новости гораздо более важные для вас с Семёном, — без подготовки заговорила Ксивьерра.

— Какие-либо новости о конфедерации человеческих миров? — встревожено спросил Сергей. Он сам не понял, почему у него возникло подобное чувство.

— Прилетай на Гаудахан, по каналу связи я не всё могу передать, — ответила Ксивьерра.

— Но в войсках меня могут не понять, — задумчиво произнёс Сергей, хотя для себя он уже всё решил.

— Ещё как поймут, вдобавок ещё и спасибо скажут, — усмехнулась Ксивьерра, — недельный отпуск тебе не помешает, и адмиралы немного отдохнут от тебя.

— Хоть намекни тему разговора, — попросил Сергей, улыбнувшись замечанию Ксивьерры.

— Даже не проси, могу только ещё раз сказать что тема касается вас с Семёном и не только, — Ксивьерра выключила связь прежде чем Сергей успел задать очередной вопрос.

Несколько минут Сергей сидел в кресле, пытаясь проанализировать разговор с верховной хранительницей, но из-за недостатка информации не было возможности вывести какую-либо версию. Вздохнув он встал и отправился в каюту к Холли. Машинально отдавая честь встречавшимся на его пути членам экипажа, Сергей прошёл длинным коридором в жилой сектор звездолёта.

— Ты какой-то хмурый, — заметила Холли, взглянув на него.

Она только что уложила спать Олега и ещё не встала от детской кроватки.

— Какую каверзу задумали тватры на этот раз? — спросила вставая на ноги Холли, она справедливо считала тватров виновными в плохом настроении Сергея.

— Тватры здесь не причём, — улыбнулся Сергей, — твоя мама пригласила нас в гости.

— Не прикалывайся, — Холли внимательно посмотрела на Сергея, желая понять правду ли он говорит.

— Я думаю мы вполне заслужили дней десять отдыха на Гаудахане, — заявил Сергей, подойдя к детской кроватке, он посмотрел на спящего сына.

— Ты меня обманываешь, — констатировала Холли, покачивая головой, — расскажи зачем тебя вызвала моя мать?

— Сам не знаю, — вздохнул Сергей, — она только намекнула об информации касающейся меня и Семёна.

— Когда летим? — Холли перевела взгляд с Сергея на открывшуюся дверь.

— Куда летим? — спросила с порога Ленка, услышавшая вопрос Холли.

— Как только я отдам необходимые распоряжения, — ответил Сергей и приложил палец к губам, кивнув глазами в сторону Ленки.

— Не, так нечестно, — возмутилась она, даже из-за спины заметив движения Сергея, — я же изведусь от неизвестности и у меня может на нервной почве пропасть молоко.

— Шантажистка, — усмехнулся Сергей, повернувшись к ней, он добавил, — дней на десять нужно смотаться на Гаудахан. Для чего именно сказать не могу, потому как сам не знаю.

Чтобы не вступать в пререкания с Ленкой, Сергей покинул каюту, направившись в рубку, отдавать распоряжения команде звездолёта.

55

— Кто здесь? — сквозь забытьё услышал Марат, он мог поклясться что голос женщины звучал на незнакомом ему языке, но тем не менее смысл сказанного был ему понятен.

Ещё чувствовалась слабость во всём теле, но лекарство оказало своё действие и Марат смог подняться на ноги. В глазах замельтешили цветные пятна и закружилась голова. Опершись рукой на край саркофага, Марат удержался на ногах и справился с головокружением. Сфокусировав свой взгляд на женщине, он отметил что она красивее чем на картине.

— Спасибо за комплимент, — услышал он, хотя женщина не разомкнула своих губ. Она в свою очередь изучала его.

После холодного сна, женщина была слаба, но это не мешало ей рассматривать Марата.

— Чувствую ты не из сообщества, — вновь не открывая рот заговорила женщина, — нам неизвестны существа способные преодолеть защитный экран и остаться в живых.

— Да, я не принадлежу к цивилизации хранительниц, — еле ворочая языком произнёс Марат, — но признаюсь честно, я тоже едва не склеил ласты, пытаясь проникнуть в это помещение.

— Даже так, — в мысленном голосе женщины ясно читалось удивление, — из твоих слов видно что вы знакомы с нашей цивилизацией.

— Имели честь, — попытался улыбнуться Марат, сморщился от боли в губах и присел на край саркофага.

— По крайней мере одну хранительницу мне довелось видеть, — добавил он немного отдохнув.

— Ты можешь принести мне одежду, а то жутко холодно, — попросила женщина.

— Попробую, если ты откроешь наружную дверь, — неуверенно произнёс Марат.

— Одежда находится в этой комнате, — словно по волшебству в стене открылся проём.

Марат молча встал, и, собрав в кулак всю свою силу воли, пошёл к проёму, где на полочках лежали упаковки с одеждой.

В меру своих сил оказав помощь женщине, Марат поднял свой шлем и услышал из него голос Кости.

— Марат, с тобой всё в порядке? — спросил друг, обеспокоенным голосом.

— Пока жив, и помирать не собираюсь, — ответил Марат и поставил шлем за спину женщине, чтобы ей можно было на него опираться.

— Вы поддерживаете отношения с сообществом Гаудахан? — спросила женщина переведя дыхание после резких движений вызванных её одеванием.

— Нет, — Марат покачал головой, — мы не знаем, где находится твой дом. Просто несколько лет назад мы нашли разбитый звездолёт с хранительницей на борту. Именно нашему экипажу довелось его обследовать.

— Как назывался звездолёт? — спросила женщина, вопросительно глядя на Марата.

— "Барда", если я правильно запомнил, хранительницей там была Холли.

— Да, я знаю, — как-то задумчиво произнесла женщина, — а где она? Что с ней стало?

— Не знаю, — выдохнул Марат, — но в нашей галактике их нет, это точно.

— Их? Но ты сказал что вы нашли лишь одну хранительницу, или я неправильно тебя поняла?

— Всё верно, — кивнул головой Марат и едва не упал на ноги женщины, от резкого головокружения.

— Мы действительно нашли лишь одну хранительницу, — справившись с собой, продолжил Марат, — дальше многое мне непонятно. Ясно лишь одно, она, наш командир и его друг Семён улетели. На малом прыгуне им удалось ускользнуть от крейсеров космофлота и скрыться в неизвестном направлении.

— Ничего не поняла, — призналась женщина, слегка улыбнувшись.

— Это не страшно, — усмехнулся в ответ Марат, — много светлых голов из разведфлота и космофлота пытались понять этот случай, но ответа нет. Такое чувство что они испарились или, это предположение одного знакомого профессора, сознательно ушли в прерванный бросок.

— Глупость, кто в здравом уме добровольно рискнёт на подобный поступок, — качнула головой женщина, возражая собеседнику, а может быть своим мыслям.

— Кстати, меня знать Марат Кералес, — произнёс Марат и добавил, — космофлот буквально просеял пространство на расстоянии десятка световых лет, рискни они удирать на до-свете, даже тогда остался бы след.

— Селна дочь Ваоны, — в свою очередь представилась женщина, — хранительница спасательного звездолёта "Рант".