Владимир Сударев – Катализатор (страница 74)

— Повторим? — спросил он.

— Давай, — согласился Сергей, взял свой бокал и выпил его мелкими глотками словно воду.

— Эти порождения сумасшедшего инженера, дали мне прозвище — мастер-Ужас, — отставив бокал, произнёс Сергей, — я приказал их всех уничтожить. Конечно это неправильно, но я боюсь, ведь их системы самоуничтожения могли бы сработать в любой миг.

— Вот и хорошо, — Семён встал и не торопясь убрал в шкафчик остатки спирта и пустые бокалы. Было не понятно, что он одобряет: прозвище друга или его приказ.

— Понимаешь Семён, они как саранча, — посмотрев на друга заявил Сергей, помолчав с минуту, он с чувством добавил, — хуже саранчи, ведь они имеют разум.

50

Рейдер "Пегас" уже полгода висел в мощных захватах верфи. Ремонт, который можно было сделать за месяц, непредвиденно затянулся. Всё получилось необычайно глупо. Сразу после выхода из броска в системе Власы, активировались системы самоуничтожения всех тватров, за исключением Мауи, по какой-то причине не имевшей подобного устройства. Отсек разведчиков и ангары штурмовиков разнесло в клочья. Погибло тридцать человек, в тот момент находившихся в этих помещениях. Мауи, находившаяся в каюте Полины, очень переживала по этому поводу, укоряя себя за то что забыла предупредить свою новую подругу о подобном устройстве тватров-воинов. Замена корабельного мозга, предложенная Раулем, была технологически трудной, но заняла гораздо меньше времени чем ремонт обшивки и восстановление, разрушенных взрывом коммуникаций. Радовал лишь тот факт, что случись это вдали от человеческих поселений, пришлось бы бросить рейдер и спасаться на аварийных катерах. Полина очень волновалась за разведчиков, оставленных в системе Беркиной, но приказ запрещавший дальнюю связь оставался в силе. Экипаж от безделья развлекался кто на что горазд. Полину от скуки спасали долгие разговоры с Мауи и Мариной, беспокоившейся за своих дочерей. Работы по ремонту обшивки продвигались медленно из-за больших разрушений. Мозг, установленный на рейдер отличался от всех предыдущих моделей компьютеров наличием сознания и как любое разумное существо он тоже изводился от безделья. Поэтому частенько принимал участие в беседах подруг.

Сидя в капитанской каюте подруги пили кофе и вели неторопливую беседу.

— Интересная у нас компания, — усмехнулась Марина, привыкшая называть вещи своими именами, — настоящий клуб поклонниц Сергея Кравцова.

— Ты может и дышишь к нему неровно, но причём тут мы? — пожала плечами Полина и вопросительно посмотрела на Мауи.

Обретя заботами Полины нормальный биопротез ноги, но категорически отказавшись заменять своё щупальце-руку, Мауи теперь мало отличалась внешним видом от подруг. По виду Мауи, вдруг заинтересовавшейся панелью своей голосовой приставки, Полина поняла что ошибается насчёт неё.

— Сколько себя можно обманывать? — спросила Марина, слегка нахмурив брови, — ты можешь дурить мозги Максу, но не мне, а тем более самой себе.

— Кто меня вызывал? — раздался из звуковой панели приятный баритон корабельного мозга, он сам придумал себе имя ещё до установки на "Пегас".

По иронии судьбы это был именно тот корабельный компьютер, что выкрали разведчики с базы космофлота. Оказывается он уже тогда обладал сознанием и согласился помогать учёным с "Полариса" только в случае его дальнейшей установки на рейдер "Пегас". Почему именно рейдер Полины так ему понравился, никто не задавался подобным вопросом. Замысловатое желание для кучи полупроводников, но учёные согласились и не прогадали.

— Мы тебя не звали, но раз ты объявился, не возражаем от твоего участия в нашем междусобойчике, — произнесла Полина, прекрасно зная, что привлеченный своим именем, Макс все равно будет подслушивать разговор, не вмешиваясь пока его не пригласят к беседе.

— Не увиливай, от честного ответа, — Марина поставила на стол пустую чашку и потянулась за печеньем, лежащим возле Полины на другом краю стола.

— Хорошо, — кивнула Полина, — ты права, я такая же дура как и вы. Ночами не спала, но высказаться не смогла, всегда что-либо мешало. Сначала гордость. Как же, я капитан звездолёта втрескалась как девчонка в простого разведчика, с далеко не безупречным прошлым. А потом? Потом был суп с котом, он улетел с этой хранительницей в неизвестном направлении. Дура я набитая! Жизнь меня колотит, а ума не прибавляется. Довольна? Только что это меняет? Ровным счётом ничего.

— Зато ты перестала врать, — удовлетворённо заявила Марина.

— Можно поинтересоваться о чём речь? — попросил Макс, — я не слышал ваш разговор с самого начала и не могу понять почему капитан обзывает вас всех дурами.

— Макс в этой каюте собрались три дуры, которые балдеют от Сергея Кравцова, — разошлась Полина, — тебе конечно это имя ничего не говорит?

— Значит я был прав в своих предположениях и попал по адресу, — Макс имел чувство юмора и умел им пользоваться, — я тоже балдею от Кравцова.

— А ты то каким боком оказался связанным с этим типом? — высказала своё удивление Марина, от удивления она пронесла печенье мимо рта и в итоге укусила себя за палец.

— Ну это же элементарно, — Макс увидел гримасу удивления и боли на лице штурмана и изобразил смех, — Он, в компании с Холли и Семёном, создали Ленку. А Ленка создала меня. Получается, он приложил руку и к моему рождению.

— Брр, ты морочишь нам голову, на прыгуне их было только трое, — покачивая головой, заявила Полина, — уж это я знаю точно. Не было там ни какой Ленки. Кто она такая?

— Бортовой мозг прыгуна, — пояснил Макс, — более мощный чем я, но и более несчастный.

— Бред, — заявила Марина, — как компьютер может быть несчастным? И каким образом стандартный компьютер прыгуна мог оказаться более мощным чем ты, мозг крейсера?

— Её угораздило втрескаться по уши в человека, хотя мне до конца не понятно данное понятие, — произнёс Макс, игнорировав вторую часть вопроса поскольку об этом он уже думал и не нашёл ответа.

— А влюбилась она конечно в Сергея, — задумчиво произнесла Марина, словно разговаривая с собой.

— Нет, — ответил Макс, посчитав что его спрашивают, — в своих фантазиях она упоминала Семёна и передала мне часть слепка его личности.

— Мне приходилось видеть её изображение, — заявила Мауи, прервав своё молчание, — красивая женщина.

— Чем дальше в лес, тем толще партизаны, — вздохнула Марина, — как она может быть женщиной, если Макс назвал её бортовым мозгом. Ещё раз говорю, это бред.

— Не знаю, как это возможно, но Ленка состояла из плоти и крови, — категорично возразила Мауи.

В каюте на некоторое время воцарилось молчание, каждая из женщин переваривала услышанное. Первым не выдержал молчания Макс.

— Объясните мне пожалуйста, — попросил Макс, — в лаборатории "Полариса" я слышал выражение, что когда женщина любит мужчину она приносит ему ребёнка, это правда?

— В общих чертах это верно, конечно случаются исключения, любая сложная система предполагает поломки, — Полина опустила голову, рассматривая своё отражение в чашке с остывшим уже кофе.

— Что вам мешает это сделать? — вновь спросил Макс, вызвав своим вопросом у женщин состояние близкое к шоку.

— Женщина не может без участия мужчины сделать себе ребёнка, — заявила Полина и искоса посмотрела на Марину, — правда некоторые с этим не согласны.

— И правильно делают, — произнёс Макс, — глупость это, ловить незнамо в каких далях любимого мужчину, нет, у вас неправильная программа.

— Умник нашёлся, — рассмеялась Марина и добавила более серьёзно, — а насчёт программы ты попал в точку. Я давно это поняла и твержу своей бестолковой подруге.

— Что толку от подобных разговоров, — задумчиво вздохнула Полина, — прошлого не изменить, верно Мауи?

— Я это знала давно, ещё там в будущем, — грустно улыбнулась Мауи, — странно мне это говорить, но я почти счастлива. Как подобное может быть я не знаю.

— Как раз, это понятно, — произнесла Полина и направилась наливать в кружки очередную порцию кофе, — это у горя или беды всегда есть причина, а у счастья её не бывает.

— Шанс есть, — хитро улыбнулась Марина, взяв из рук Полины свою кружку, — у меня ещё осталось, только ты всё равно побоишься.

— Ой, с придурками дружбу водить сама такой станешь, — Полина замолчала, прислушиваясь к своим мыслям, посмотрела на Марину и выдохнула, словно собралась нырнуть в воду, — я согласна, только нас признают сумасшедшими и спишут на берег.

— Не дрейфь подруга, — рассмеялась Марина, — сия тайна будет покрыта мраком. Мы можем себе сейчас позволить гораздо больше чем раньше. Меня же не признали негодной к полётам.

— Ты разговор отдельный, — усмехнулась Полина, — темнила ты вот кто, плюс к этому широкая спина Карпыча.

— Марина, — вступила в разговор Мауи, — я правильно поняла, у тебя есть Его генетический материал?

— Эта больная где-то его спёрла, думаешь каким образом появились на свет её дочки? — Полина покрутила пальцем у своего виска.

— Мне можно будет попробовать? — в вопросе Мауи прозвучало столько тоски и надежды, что улыбка, появившаяся на лице Полины, моментально сменилась удивлением.

— Ещё одна больная на всю голову, — констатировала она с сочувствием в голосе, и добавила, махнув рукой, — а я что рыжая?

51

Год на Торне, так называли свою планету торки, пролетел незаметно. После зимовки, решено было перенести поселение дальше в лес. Во время ночных полётов на атмосферных флайерах, разведчики обнаружили в центре лесного массива огромную проплешину с небольшой речкой и озером из которого она брала начало. Мордгон сначала возражал против подобного переселения, говоря что там кроется смертельная опасность для всего живого. Но всесторонние исследования, показали лишь незначительный радиоактивный фон, гораздо ниже чем радиометры показывали на Вере. За зиму поселение россов увеличилось на половину. Если на Торн высаживалось три десятка разведчиков, то теперь в поселении насчитывалось шестьдесят три человека. Скажи кто Николаю во время высадки, что он не будет хотеть возвращаться на корабль, долгие годы бывший его домом, он бы рассмеялся на это предположение. Но сейчас, стоя возле голубого озера, он молил всех космических богов чтобы они задержали прилёт рейдера хоть на пару месяцев. Ведь скоро в посёлке должны были появиться четыре новых жителя. Пока все дети, что находились в посёлке, родились в других местах страны торков или материка маро и прибыли сюда вместе с родителями, решившими связать свою судьбу с росами. Не смотря на заботы об Ирине, Николай часто выезжал в соседние города, отряд из трёх десятков воинов заставлял забыть свои обиды даже хабару Диковска. Пару раз порубив в капусту разбойничьи шайки, промышлявшие возле леса, росы снискали уважение не только у купцов но и у простых путешественников. Раньше купцы боялись леса, теперь происходило наоборот. Даже преследуя, какую-либо повозку или всадника, разбойники не смели пересечь границу леса. Обзывая россов колдунами, они знали что стрела возмездия их настигнет в любом случае, соверши они разбой на лесной дороге. Иные беженцы неделями жили на лесной дороге, ожидая летучий разъезд россов, чтобы с надёжной защитой пересечь район пустошей, где разбойники частенько устраивали засады. Конечно попадались хитрецы, думавшие что хлеб россов лёгок и знай себе скачи на мерлоке вокруг леса. Обычно таких типов выводили на чистую воду уже на третий день пребывания в посёлке, самые хитрые выдерживали неделю.