Владимир Сударев – Катализатор (страница 27)

— На данный момент нормально, но они могут оказаться враждебными нам, — Сергей увидел свободное от оборудования кресло и сел в него.

— Это предчувствие? — спросила Холли, присев на подлокотник кресла.

— Нет, это скорее страх перед неизвестностью, — вздохнул Сергей, и, потянув Холли за руку, усадил её к себе на колени.

— Что-нибудь уже известно? — Холли встала и подошла к большой ванне. Осмотрев её содержимое и добавив нужные химикаты, она вернулась назад.

— Кроме того, что они могут строить звездолёты и наблюдают за ближним космосом, нам абсолютно ничего не известно.

— Да… — протянула Холли, и, улыбнувшись одними глазами, добавила, — хотя, это не самое малое.

— А твой эксперимент в каком состоянии? — Сергей кивнул головой в сторону ванны.

— Нормально, — Холли вздохнула и поцеловала Сергея в щёку, — эксперимент перешёл в фазу, когда любое вмешательство нежелательно.

— Тогда пойдём отсюда, — предложил Сергей, — здесь у меня такое чувство, словно за мной наблюдает кто-то третий.

Зазвеневший сигнал вызова, заставил Сергея вздрогнуть. Взглянув на таймер, он присвистнул — незаметно пролетели девять часов.

— Ты не думаешь меня сменить? — спросил Семён, едва включился канал связи.

— Думаю, — ответил Сергей, — сейчас перекушу и приду.

— Торопись, а то с голодухи начинаю пухнуть, — пошутил Семён, при этом его лицо осталось сумрачным, словно он думал тяжкую думу.

— Составишь мне компанию? — спросил Сергей, выключив связь.

— С удовольствием, — улыбнулась Холли, — жутко проголодалась.

За едой Сергей больше молчал, слушая описание жизни хранительниц из уст Холли.

— Болезнь прогрессирует, — прервав Холли на полуслове, неожиданно заявил он.

— Ты меня убиваешь поворотами своих мыслей, — усмехнулась Холли после минутного молчания, когда до неё наконец дошёл смысл последней фразы Сергея, — но ты прав.

— Я думаю не только о Семёне, — заявил Сергей, убирая грязную посуду в бокс для утилизации.

Оставив Холли замершей с открытым ртом, он вышел из кают-компании, не произнеся больше ни слова.

— Уф… — выдохнула Холли и подумала: "Он прав, но я даже не могу представить, как нам быть".

Свою вахту Сергей дремал в кресле, размышляя о Холли, себе и общей судьбе. Удивление вызывало молчание Ленки. Словно она куда-то ушла, оставив компьютер.

"Как мы далеки, — размышлял он, — представители разных культур и цивилизаций. В тоже время, я понимаю Холли лучше, чем кого-либо из людей. Мне интересно находиться рядом с ней. Разговаривать с ней, даже просто молчать, слушая голос, наблюдая за её движениями".

Холли, лежа на своей кровати, тоже не спала, а думала. Думки её были схожи с мыслями Сергея.

Медленное течение мыслей прервалось громогласным сигналом тревоги.

— В чём дело? — спросил Сергей, приняв вертикальное положение. Спинка кресла последовала за его спиной и остановилась в сантиметре от неё.

— Мы вошли в зону действия передатчиков чужого звездолёта. До максимального сближения осталось два часа, — объявила Ленка, появившись на главном экране.

— Они ведут передачу?

— Да, иначе как бы я узнала зону действия чужих передатчиков.

— Можешь вывести передачу на экран?

— Пока нет, веду расшифровку сигнала.

Вздохнув, Сергей включил видеодетекторы на максимальное увеличение и стал рассматривать приближающийся звездолёт. Броня гиганта пестрела от множества заплат. Количество оружейных башен было умопомрачительно. Причём многие из башен были установлены много позже постройки самого звездолёта, о чём свидетельствовал другой цвет материала башен.

— Да, ребята очень любят оружие, — высказал мысли вслух Сергей, — или они кого-то очень не любят.

— Я расшифровала кодировку сигнала, — доложила Ленка.

— Давай, включай большой экран, — приказал Сергей и добавил, услышав вздох разочарования, — да не вздыхай, ты и на маленьком нравишься Семёну.

На экране, появилось изображение бородатого мужчины среднего возраста. Чёрные кудри скрывали часть лица, но встревоженный взгляд коричневых глаз, говорил о тревоге царившей в голове чужого звездолётчика. Сергей физически ощущал напряжение, царившее по ту сторону экрана.

— Внимание, в нашу сторону выпущена ракета, время контакта десять минут, — сообщила Ленка.

— Прекрасно, — усмехнулся Сергей, — позови Семёна.

— Что случилось? — спросил Семён, вбегая в рубку. На ходу дожевывая кусок бутерброда.

— Уничтожь ракету, что летит в нас, — спокойно попросил Сергей.

В космосе вспыхнула яркая звезда, на мгновение осветив пространство вокруг не живым белым цветом.

— Готово, — Семён потёр ладоши, уничтожение неуправляемой ракеты не затруднило его ни на йоту.

— Прекрасно… — протянул Сергей, — теперь выпусти одну управляемую ракету, через минуту её развернёшь от чужого звездолёта и уничтожишь.

Вновь экраны засветились заревом вспышки. Выполнив команду Сергея, Семён вопросительно посмотрел на него, ожидая нового распоряжения.

— Ленка, ты можешь вести передачу в кодировке чужого звездолёта? — спросил Сергей.

— Легко! — усмехнулась Ленка на малом экране, на экране боевых систем за которым сидел Семён, она появляться не решалась.

— Хорошо, веди передачу со стороны большого экрана.

— Передача пошла, — отчеканила Ленка и добавила, обращаясь к Семёну, — сделай лицо попроще, иначе всех чужаков перепугаешь.

Наблюдая изменения на лице чужака, Сергей понял, что тот немного успокоился увидев похожих на него существ. Сергей улыбнулся, и, понимая бессмысленность слов, вытянул вперёд руку, раскрытой ладонью вверх. Бородач на экране, озадаченно всмотрелся в открытую ладонь Сергея и отвернулся от камеры, очевидно, совещаясь с кем-то за кадром. Повернувшись вновь, бородач напряжённо улыбнулся и повторил жест Сергея, протянув раскрытую ладонь в сторону своего видеодетектора.

24

Среди бескрайних лесов материка Сибирия, затерялся посёлок разведчиков. Построенный на холме возле спокойной реки Мавы, поселок напоминал простую деревню древней Земли. Распаханные огороды, весело гомонящие ватаги детей на берегу реки, сельскохозяйственная техника, работающая в поле, создавали пасторальную картину жизни. Постороннему взгляду не были видны ангары с быстроходными развед-катерами, спрятанными от лишних глаз в бункерах под толстым слоем почвы. Разведчики могли за час собраться на свои звездолёты и устремиться в бой. Конечно, на кораблях всегда оставалась дежурная смена, поддерживая порядок и обслуживая технику.

В доме, на берегу Мавы, собралась кампания старых друзей. Дом принадлежал Полине Ягодкиной.

— Эх, Егоровна, — вздохнул Михась Карпович, — плохо ты живёшь.

— Чем я опять не угодила, — усмехнулась Полина, — стол накрыла, выпить вам поставила, что упустила?

Стол, за которым сидели друзья, находился на открытой веранде, в двадцати метрах несла свои воды река. Лёгкий ветерок шевелил камыши и навевал прохладу.

— Баньки у тебя нету, — ухмыльнулся Антонюк, — как было бы хорошо попариться и окунуться в Маву. Сразу видно — без мужика живёшь.

— Пробовала, — вздохнула Полина, Антонюк затронул больную тему, — еле выкрала Оксанку, да ты сам должен знать эту историю.

— Просто ты дура, не того в мужья взяла, — беззлобно рассмеялся Игорь Ливапков, — тебе надо было мужа из разведчиков, а не штабиста.

— Ага, надо было взять в мужья лысого клоуна, — ответила Полина, она улыбалась и шутила, но на душе скребли кошки, и думала она совсем не об адмирале, — дети были бы страшно умные, но лысые как ты Игорёк.

— Ладно, кончайте ругаться, — вздохнул Рауль Донбер, — не за этим собрались.

— Кстати, ты Карпыч молодец, — заявила Полина, — как построили посёлок, я не нарадуюсь на своих ребят. Успевают не только на рейдере все дела сделать, но и в посёлке делов наворотили. Нынче пашню вспахали, скоро хлебушек свой убирать будем.

— Не я это придумал, — Антонюк тяжело вздохнул, — когда летели с "Варана", Сергей Кравцов читал мне историческую книгу. Там описывались пограничные поселения, типа вашего. В мирное время мужики сеяли хлеб, любили жинок и учили своему ремеслу детей. Стоило начаться войне, они брали в руки оружие и защищали Родину. Лучшей защиты не было, ведь воины знали — сзади их семьи. Дрогнут они — погибнут дети и жёны.

— Кстати, меня картографы замучили, — объявил Рауль, поняв, что Антонюк замолчал, закончив свой рассказ, — как вы назвали свой посёлок?

— Смеяться не будешь? — спросила Полина, посмотрев на Рауля.

— А зачем? — удивился он.