Владимир Сударев – Катализатор (страница 20)

— Ха, Ха, — весело рассмеялся Антонюк, — шутник ты, однако.

— В общем, у меня всё нормально, — улыбнулся Рауль и добавил, — жена захотела быть поближе и буквально неделю назад прилетела вместе с детьми на Веру.

— Это хорошо, — посерьёзнев, заговорил Антонюк, — а вот у нашего спасителя, давшего нам возможность жить, я слышал не всё в порядке.

— Да… — протянул Рауль, — но мне кажется, ты приложил свою руку к его побегу с базы.

— Помощь, — вздохнул Антонюк, — громко сказано, мне кажется, он слинял бы с базы и без неё. Я просто попытался обеспечить его достойным транспортом.

— Кстати Михась Карпыч, по долгу службы я рылся в архивах и нарыл весьма интересные документы на Сергея Кравцова, — Рауль посмотрел по столу в поисках графина с водой, и, не найдя его, попросил, — что-то горло пересохло.

— Сейчас, — Антонюк нажал клавишу, в столе открылось окно, и из него поднялся запотевший графин с соком.

Утолив жажду, Рауль продолжил:

— С этим Кравцовым сплошные загадки. Начать с того, что родился он в семьсот пятьдесят четвёртом году, но когда он нас спасал, на вид ему было лет двадцать. Нас тогда не интересовало, откуда пришла помощь, но просмотрев все бортовые журналы за девятьсот семнадцатый год я не нашёл записи о нашем спасении, удивившись такому упущению, я запросил базу данных именно на Сергея Кравцова. У него оказался весьма внушительный послужной список.

Рауль замолчал и налил себе в стакан новую порцию соку.

— Помните экспедицию Захара Торбова? — Рауль отпил глоток сока и продолжил, — в семьсот семьдесят четвёртом году они отправились на двух звездолётах исследовать туманность "Конская голова". Назад экспедиция не вернулась. Открыв списки личного состава экспедиции, я нашёл нашего Кравцова. Второй пилот "Ястреба" и, по совместительству, командир взвода первой посадки, не плохо для зелёного лейтенанта?

— Да, — согласился Антонюк и налил себе соку, выпив его одним глотком, — но от "Конской головы" до места гибели нашего "Варана" почти тридцать световых лет.

— А теперь прикиньте, — Рауль вытащил из нагрудного кармана листок пластика с расчётами и подал его Антонюку, — он летел на двух катерах, по пять человек на каждом.

— Рисковый парень, — выдохнул Антонюк, — почему он не доложил об этом?

— А кто после такого доклада его пустил бы на звездолёт? — усмехнулся Рауль.

— Но провести более года в скафандрах! — восхитился Антонюк, — главное сохранить при этом физическую форму.

— Карпыч, помнишь, как подлетали их катера?

— Мне этого никогда не забыть, — Антонюк вздохнул, — "Варан" разбит на две части и попасть из жилых отсеков, где были все мы, на палубу спасательных средств, чтобы надеть скафандры, не было никакой возможности. Человек не может оставаться в вакууме. Катера Кравцова вышли со стороны светила, когда взорвался второй ускоритель. Казалось, они сами горят. Тогда меня не удивила устаревшая конструкция катеров, меня больше удивило желание Кравцова нас вытащить. Он словно не понимал — "Варану" осталось несколько минут.

Антонюк надолго замолчал, заново переживая давнюю катастрофу. Рауль ему не мешал, вспоминая, своих спасителей. До сих пор ночами ему снились ясные глаза, смотрящие из закопчённого шлема скафандра.

— Карпыч, тогда ты выправил ребятам документы? — спросил он, увидев, что Антонюк очнулся от воспоминаний.

— Да, и не жалею, — усмехнулся Антонюк, — вот кто должен командовать разведкой. Уж Кравцов прошёл все круги ада, чтобы знать цену человеческой жизни.

— Он командир, каких ещё нужно хорошо поискать, — усмехнулся Рауль, — за всё время, после нашего спасения он не потерял ни одного человека.

— Всё-таки у меня не хватает фантазии представить, как им удалось тогда вернуться, пройти тридцать световых лет на катерах невозможно, но другого варианта я не вижу. В сказки о чужаках я не верю.

Антонюк встал и прошёлся по своей каюте из угла в угол.

— Думаешь, он и сейчас рванул на до-свете? — посмотрел он на Рауля, — с него станется. Тем более он знает, преследовать его на такой скорости никто не рискнёт.

— Нет, скорее всего, он затаился и обдумывает дальнейшие шаги, — ответил Рауль, он наблюдал, как меряет шагами каюту его учитель и друг, — у меня даже есть предположение, где он прячется. Только я не собираюсь делиться своими догадками с остальными.

— И правильно! Причём и мне не стоит говорить, — согласился Антонюк, — бьюсь об заклад, поймать его не смогут. Даже если выставят весь разведфлот.

— Дело не только в этом, — Рауль обвёл каюту глазами, — здесь нет сюрпризов?

— Нет, верные мне люди ежедневно проверяют не только мою каюту, но и все прилегающие к ней помещения, — Антонюк присел в кресло и приготовился слушать.

— В разведфлоте зреет недовольство, — заговорил Рауль, — правительство конфедерации плетёт интриги, а флоту приходится лезть в пекло. Рейдер "Пегас" не вернётся в конфедерацию. Они добровольно вызвались готовить плацдарм для остальных экипажей, именно поэтому мне жаль, что там нет Кравцова. Через два месяца к "Пегасу" присоединится ещё пять крейсеров. Нам удалось выкрасть немало оборудования со складов правительства. Меня прислали к вам с предложением возглавить наше поселение.

— Рауль, ты ведь не думаешь, что я брошусь в это предприятие сломя голову, — медленно, подбирая каждое слово, заговорил Антонюк, — мне дали время на обдумывание?

— Конечно Михась Карпыч, Игорь Ливапков так и сказал — Карпыч попросит сутки на размышление.

— Значит и лысый зануда, решил пойти против правительства, — усмехнулся Антонюк, — ладно, сутки подумаю.

18

После очередного выхода из катера, Сергей объявил:

— Пора, в путь дорогу, метеоритная обстановка позволяет без проблем покинуть наш гостеприимный астероид.

Не откладывая в долгий ящик, была начата подготовка к старту. Семён с помощью Холли, начал ввод предстоящего курса в бортовой компьютер. Сергей занялся проверкой всех систем своего маленького звездолёта. Стартовать решили утром, по бортовому времени. Конечно, отдых был только поводом, просто Сергею нужно было несколько часов для мобилизации своего опыта, ведь только он представлял, что ожидает катер с момента старта. Дождавшись, когда все уснут, Сергей прошёл в рубку и сел в кресло пилота. Ещё в училище лётного состава он открыл для себя одну вещь. Для лучших результатов он должен был отключиться от всего личного и слиться с управляемым объектом. Причём разницы в размерах и предназначении аппарата не существовало. Метод срабатывал всегда и не раз выручал из критических положений. В неподвижности, с закрытыми глазами он провёл всю ночь.

Почувствовав, что его друзья проснулись, он нажал на клавишу пятиминутной готовности и запустил предстартовый прогон двигателей.

Подстёгнутые сигналом тревоги, Семён и Холли прибежали в рубку.

— Что случилось? — обеспокоено спросил Семён, посмотрев на Сергея.

Не дождавшись ответа, махнул рукой и занялся подготовкой к старту.

— Сергей, что случилось? — спросила Холли, заняв своё кресло.

— Не мешайте капитану, он слишком занят подготовкой к старту, — за Сергея ответила Ленка, появившись на экране главного обзора.

— Брысь, — сквозь зубы прошептал Сергей.

— До старта осталось две минуты, все системы готовы к работе. Мощность двигателей достигла номинального уровня, — переместившись на свой монитор, как ни в чём небывало сообщила Ленка и показала Семёну смешную гримасу.

В немом молчании, быстро уходили секунды. Запищал сигнал тридцатисекундной готовности, и голос Ленки начал отсчитывать последние секунды перед стартом.

Команда "Старт" совпала с грохотом направленного взрыва, убравшего плиту, накрывавшую расщелину.

Дальше началось нечто невообразимое. "Пегасик" выделывал такие головокружительные манёвры, пробираясь, через беспорядочно летящие камни, что не справлялись антигравитаторы.

Семён зажмурился после третьего астероида, ушедшего в сторону в последнюю секунду перед столкновением с катером. Только теперь он понял уверенность Сергея в надёжности их убежища, сунуться в месиво из камней мог только абсолютно безумный пилот. От тряски у Семёна закружилась голова, и вспомнился один старый фильм. Там человек скакал на странном животном, Семён вздохнул, посочувствовав человеку из своих воспоминаний. Почти час продолжалась пытка, казалось, Сергей вознамерился вытряхнуть из своих друзей все мозги.

Семён открыл глаза, почувствовав, что курс катера перестал меняться. Взглянув сначала на экран кормового обзора, где уходило вдаль поле астероидов, а затем на Сергея, Семён присвистнул:

— Да ты брат, мокрый весь, в душ идти не надо.

— Главное сделано, — Сергей вытер пот с лица рукавом комбинезона, — теперь осталось выиграть лотерею.

Включив автопилот, он повернулся к Холли и спросил:

— Ты как, не сильно укачало?

— Нормально, уже почти очухалась, — ответила Холли, употребив слова из лексикона Семёна, — наверное, то же самое чувствуют бусинки в детской погремушке.

— А меня никто не спросил, как твоё здоровье Семён, — пробурчал Семён.

— Зачем спрашивать, — удивилась Ленка, осторожно появляясь на главном экране, — всю дорогу сидел, зажмурив глаза, вцепившись руками в подлокотники. Раз ты отлепил свои руки и открыл глаза, думаю, ничего страшного не произошло.

Катер медленно подворачивал на требуемый вектор. Семён беседовал с Ленкой, одного взгляда Сергея на неё оказалось достаточно, и она обосновалась в своём мониторе.