Владимир Стрельников – Приключения Василия Ромашкина, бортстрелка и некроманта (страница 45)
– Проснулась? – ехидно и шепеляво поинтересовался кто-то рядом. – Давай вставай, только аккуратно.
Проморгавшись, Варвара увидела вчерашнюю обидчицу.
– Ты? – Варя вспомнила все, даже то, что лежит на кровати абсолютно голая, только прикрытая простынкой.
Попытавшись рывком сесть, она снова чуть не упала на пол от головокружения. Пришлось схватиться за спинку кровати.
– Осторожнее, подруга. Я сама едва сижу, мозги в голове бултыхаются! – хмыкнула брюнетка и протянула ей руку. – Давай знакомиться, что ли? Сара Кедмина.
– Варвара Белова. – Варя осторожно протянула руку, евреечка крепко ее пожала и кивнула на аккуратно сложенный на стуле около кровати белый халат.
– Душ и туалет там, там же найдешь все остальное – зубную щетку, мыло, шампунь. Расческу здесь возьмешь, у меня есть пара запасных. – Сара кивнула на трельяж в углу комнаты.
– А с чего такая перемена? Ты же вчера меня готова была убить? – недоверчиво спросила Варя, прикрываясь простыней.
– Ты слышала, что баба Зеля сказала? Что Васька будет трахать нас обеих и одновременно. – Сара с трудом встала, придерживаясь за стенку, прошла к музыкальному центру и включила его. Легкая и быстрая музыка тихонько полилась из выносных колонок. – А баба Зеля, чтобы ты знала, – провидица. Она порой такое углядит – никто не верит. До тех самых пор, пока не сбудется. Так что нам лучше быть подругами, Варя. А еще лучше – стать сестрами.
– Ага, сестрами. – Варю несколько смутили слова Сары о том, что Василий будет заниматься с ними любовью одновременно. Ей как-то казалось, что это все должно происходить по расписанию, в разных спальнях. А тут такое… Варя попыталась представить и вспыхнула от смущения и возбуждения. – Знаешь, у нас вообще-то многоженство считается атавизмом и пережитком дикого прошлого.
– Откуда мне знать? – искренне удивилась брюнетка. – Варя, кто мне докладывал о том, что принято в твоем бывшем мире? Я, чтобы про тебя узнать, и то изрядно потрудилась. – Тут евреечка замолчала и нерешительно спросила у Вари: – Слушай, Белова, а правда, что Васька и на мне жениться хочет, не передумал?
– Правда, – уверенно кивнула Варя и охнула. Подождав, когда перестанет кружиться голова, стала разглядывать изрядно деформированное, опухшее кроваво-синее лицо Сары, точнее, его левую сторону. – Слушай. Я так же страшно выгляжу?
– Ну, немного по-другому, но тоже круто. Погляди в зеркало. А лучше топай в душевую, там посмотришься, у меня там зеркало во весь рост. Только иди неторопливо, по стеночке. Не дай бог, упадешь еще, расшибешься. Дуры мы с тобой. И это, Варь… у тебя роскошная фигура. Небось девяносто шесть – шестьдесят пять – девяносто шесть?
– Почти угадала, Сара. Девяносто семь – шестьдесят пять – девяносто шесть. А у тебя? – Белова с тудом выпрямилась, на самом деле упасть она могла запросто, голова кружилась, шатало. Хорошо Сара ей приложила. Впрочем, она тоже капитально ответила.
– Девяносто четыре – шестьдесят три – девяносто четыре. Но я и пониже тебя. – Кедмина устало откинулась на спинку кровати. – Иди уж, купайся, скоро мама с бабушкой придут, завтраком нас кормить будут. Ты как, творожники со сметаной и смородиновым вареньем любишь?
– Очень, – кивнула Варя и открыла дверь в небольшую уютную душевую комнату.
Позже, чистенькие, одетые в махровые халаты, девушки сидели на уютной кухне и с максимально возможной скоростью трескали свежеприготовленные, слегка охлажденные творожники, залитые сметаной и вареньем, умудряясь при этом переговариваться с Юлией Андреевной и бабой Зелей.
– Да, Варь, тебя девушка искала. Красивая такая, чуть полненькая. Славой зовут. – Баба Зеля оглянулась и, нацепив очки, открыла старый потрепанный блокнот. – Ага, просила позвонить в гидромет аэродрома. Сегодня она стажером дежурит. Подруга?
– Да, баба Зеля. Очень хорошая подруга, почти сестра. Мы вместе служили. И попали сюда вместе, на одном самолете. – Варя вытерла губы салфеткой и попросила у хозяйки: – А мне можно позвонить? Слава волнуется, наверное.
– Не переживай, я с ней говорила, объяснила все. А вообще, девочки, про вас такие интересные слухи по Ростову пошли. Говорят, что вы устроили настоящее побоище, молниями почти сожгли бар и сейчас обе в реанимации. Мол, вас обеих духи, призванные Василием, из-за Грани вытащили, и вы сейчас обе одержимые. Короче, чего только не болтают. Бар Борис переименовать хочет, назвать в вашу честь. Как именно, никто пока не знает. Варя, не переживай из-за работы в школе. Директор – наш хороший знакомый, мой и Насти. Он знает, что ты как минимум неделю будешь на больничном. Кстати, я в поликлинике открыла больничный вам обеим. Но вы, как оклемаетесь, должны будете зайти к гинекологу. Не мне же за вас на кресло садиться? – Мать Сары насмешливо фыркнула и сняла со здоровенной сковороды еще пяток творожников.
– Сара, ты уверена, что нам необходимо заходить в этот бар? Стыдно ведь! – Варя вслед за брюнеткой вылезла из внедорожника. Хотя… зато о чистоте платья можно не переживать, да и на каблуках не устанешь. Все-таки ехать – это не идти. В принципе тут и мототакси есть, и автотакси. Но везде на такси не накатаешься.
– Ах он же сволочь! Варя, ты только глянь! – Сара, остолбенев от удивления, смотрела на новую вывеску над входом, на ней брюнетка в ярко-красном платье вцепилась в волосы блондинке в синем брючном костюме. В весьма аппетитных силуэтах при желании вполне можно было найти сходство с фигурами Варвары и Сары.
– А что это у меня в руке? – удивленно спросила Варя, глядя на какую-то корягу голубого цвета.
– Молния это, неужто не ясно? – раздраженно бросила брюнетка, очнувшаяся от шока. – Пойдем-ка, подруга, разберемся с этим чудиком. Нет, надо же, без спроса меня рисовать, да еще так коряво!
– Пошли, – неуверенно ответила блондинка, еще раз глянув на вывеску и пожав плечами. Ну да, без спроса. Но ведь они подрались? Подрались. А девушки на картинке получились весьма живенькие и фигуристые. Только Сару одну оставлять не стоит, мало ли, опять что-нибудь натворит!
И Белова шагнула в полумрак бара…
– Не уберу! Это моя собственность, и не ты мне указывать будешь, что делать в моем баре! – Борис стратегически отступил за стойку, держась подальше от разъяренной евреечки. – И вообще, Сара, могла бы мне спасибо сказать за то, что полицию от вас отвел!
– Правда? – Варя не хотела вступать в спор, но явная ложь, причем неумелая, ее возмутила. – А что тогда у нас делал тот офицер, снявший с меня и с Сары показания и заставивший написать заявление о том, что мы не имеем друг к другу претензий?
– На самом деле, Боря. Ты кому лапшу на уши вешаешь? – Сара, почувствовав поддержку, усилила натиск. – А еще тот сержантик нам сказал, что ты потому не выдвигаешь материальных претензий, что за разбитую мебель тебе платит Василий! И ты еще заикаешься о благодарности?
– Девушки, отстаньте от меня. Я ничего менять не буду! – Бармен, поняв, что его отмазки не прошли, перешел в наступление. – И вы ничего не сделаете, у меня хорошо поставлена защита от воздействия менталисток!
– Правда? – удивилась Варя и поиграла молниями на пальцах. – А от удара электрическим током у вас защита имеется? Ну, заземление там или молниеотвод?
– Девушки! Может, договоримся? – Слегка сбледнувший с лица Борис отступил к заставленной бутылками стенке. – Год бизнес-ланчи за мой счет – и вы не трогаете вывеску?
– Варя, он нас пытается купить за миску супа и жареного судака! – Сара, почуяв слабину, решила дожать бармена: – Нет, не годится. Утренний кофе и по три пирожных каждый будний день в течение года! И сейчас пирожные и кофе, мы подождем на веранде, за тем самым столиком. Да-да, Васиным. Мы еще ему о тебе все расскажем! – припечатала девушка и, подхватив под руку Варю, пошла с ней на место недавнего побоища.
– Уф! – Борис вытер вспотевший лоб и повернулся к выглянувшей с кухни кондитерше, которая по совместительству была его любовницей. – Ты слышала, а? Нет, я Ваське не завидую. Ты у меня змеюка еще та, а это просто королевские кобры!
– Я змеюка? – ласково-ласково переспросила девушка, снимая фартук.
– Люся, я иносказательно ведь! – испуганно попятился бармен, прижимаясь спиной к барной стойке.
– Правда? – все так же ласково переспросила Люся, накладывая на большую тарелку свежую выпечку и ставя на тележку большой кофейник и три чашки. – Ну, тогда я пошла. Посижу с девочками, попью кофе и подожду, какую еще иносказательную чушь ты придумаешь. И учти, Борь, я умею ждать!
– Уф! Серпентарий, ешкин кот. Ну, девки, в дрожь вогнали. И как Василий с ними справляться будет? – Бармен поглядел сквозь стеклянную стену (знал бы кто-то, во что она ему обошлась!) на столик, за которым весело щебетали три девушки, и вздохнул. Ну, куда без них, со своей вон поругался – и на душе грусть-печаль. Ай, давно решаться надо было! Ну а сейчас сам бог велел, вряд ли лучше момент найдется.
Борис вытащил из-под прилавка, из тайника, красную бархатную коробочку и вышел на чуть качнувшийся «дебаркадер».
– Люся, будь моей женой! – Он картинно преклонил колено, протягивая своей любимой открытую коробочку с обручальным кольцом, поблескивающим бриллиантом.