Владимир Степанов – Книга сказок из взрослой жизни (страница 9)

И с этими словами девочка с усами оторвала кукле руку.

– Посмотрите, какая негодная кукла, уважаемый Хозяин театра. Она сама себе оторвала руку.

– Ничего страшного. Мы позовем Мастера по рукам и он ее отремонтирует. Ведь она Ваша любимица.

Ночью девочка с усами зашла в кладовую кукол и сожгла неугодную куклу. Другие куклы видели это, но промолчали.

В театре поселился страх, поскольку куклы не хотели, чтобы их сожгли.

– Вы меня любите? – спрашивала девочка с усами.

– Любим, – хором отвечали куклы.

"Как хорошо, – думала одинокими вечерами девочка с усами. – я любима. Что еще нужно для счастья?"

Пришло время уходить на пенсию.

– Спасибо вам. И вот вам деревянная медаль, покрытая желтой фольгой, – с благодарностью сказал Хозяин театра. – Но мы к вам будем забегать с куклами, на ваш очаровательный пирог с морковью.

Шли дни. Но к девочке с усами, ставшей бабушкой, никто не забегал… Она играла, играла и играла в шахматы, прислушиваясь, что вот-вот скрипнет дверь и прибегут куклы и скажут, как они ее любят

Пришло время умирать…

– Глупая у меня жизнь получилась.. Я всю жизнь хотела любви, а меня только боялись. А я так и осталась одна. К чему я прожила эту жизнь?

Денежные приметы

В горном подземелье случилось ЧП – исчезли все горшки с золотом.

– Великие гномы! – сказал вечером в столовой старший гном. – Причина исчезновения горшков с золотом кроется в нас самих, а вернее в том, что мы перестали соблюдать денежные приметы.

– Правильно сказал, – согласились гномы и опустили умные головки.

– Все началось с того, что один из нас… встаньте , пусть на Вас еще посмотрят… перестал кормить паучка мухами и тот помер от голода.

– Но мухи – мутанты улетели на пасеку и превратились в пчел.

– Неубедительно, – сказал старший гном. – Дальше больше… Кто переплавил подкову, висящую над входом в кайло? Кто стал по ночам грызть семечки под одеялом? Кто свистел колыбельные? Кто, в конце концов, додумался ввести моду – выносить мусор с пятницы на субботу? И почему мы стали сваливать золотые монеты в горшки, а не складывать ровненько и аккуратно.

– Правильно говоришь, – умные головки опустились еще ниже.

– И после того, как кто-то поставил веник метущей частью вниз случилось то, что должно случиться – горшки с золотом исчезли, – подвел итог старший гном.

Гномы не выдержали и расплакались.

– Но мы не были бы гномами, если бы не были столь Великими, – торжественно сказал старший гном и достал две коробочки. – Мы начнем все сначала!

И с этими словами старший гном достал из одной коробочки маленького паучка, а из другой выпустил стайку мух.

Добрый волшебник и злодей

– Ты плохой, Злодей, но я все равно тебя настигну, – думал добрый Волшебник. – В нашей округе все тебя знают и все тебе помогают, а я стал уже старым, толстым, неуклюжим и меня мучает одышка.

Добрый Волшебник сколько помнил себя, всегда ловил Злодеев, а через это и состарился. Он знал множество заклинаний против хитрости, обмана и лжи злодеев и через это всегда побеждал.

«Чу, замри весь мир – я слышу топот его коня, – насторожился добрый Волшебник и посмотрел в колдовской глаз. – Да, это Он!»

Добрый Волшебник выскочил из кустов и побежал к дороге, поднимая волшебную палочку, чтобы произнести заклинание, но вдруг…

Нога запнулась о бордюр и добрый Волшебник плюхнулся всем телом прямо на дорогу…

– Папа, смотри, гаишник упал! – сказал непристегнутый маленький мальчик на переднем сиденье. – Мне кажется, он нас хотел остановить.

– Не получилось, сынок! – радостно сказала папа, и, объехав поднимающегося гаишника, вдавил на газ.

Егорка

– Я искал Вас, чтобы сказать спасибо! Спасибо за исполнение мечты! Я  с самого детства хотел потрогать облака руками.

Мама говорила, что европейская зима пришла в тот год в наш город – слезливая, пасмурная и грустная, а мне исполнилось четыре года. Я ее почти не помню. Помню только, что нам пришлось жить в больнице, а мама часто плакала.

– Ты стал совсем взрослым, Егор.  Как поживаешь, неугомонный?

– Отлично!

– Жена, дети?

– Да, и я самый счастливый человек на свете!

Врачи ей сказали, что у меня лейкемия, но нужно верить, а они сделают всё, что в их силах. Я не помню, сколько мы жили в больнице. Помню только, что однажды проснулся ночью от того, как мама плакала и шептала только какое-то  непонятное слово «Араксия».

– Ты запомнил ту ночь?

– Да и уже потом я узнал, что в переводе с армянского это имя означает защиту и священный дозор. Мама говорила, что она никогда не думала, что у нее столько друзей, готовых ей помочь.

– Ты даже представить не можешь, сколько их.

– Мне было холодно в ту ночь, а мама, завернув меня в одеяло,  продолжала шептать это непонятное слово. Потом мне приснился сон, словно я в горах и трогаю облако руками. Я помню, что мне было так светло и хорошо. И я видел ангелов. Правда – правда. Они согревали меня и говорили, что я обязательно буду счастливым, а они будут оберегать и защищать меня. После этого сна я верю, что именно после него – болезнь отступила и у меня появилась мечта – потрогать облака. Знакомые говорят, что случилось чудо.

– Хорошо, когда все так заканчивается.

– А мама говорила, что меня защитили сердца людей. Порой, когда бывает трудно, сердца многих-многих людей отдают свое тепло, чтобы спасти иль защитить.

– Тебе пора! Тебя ждут твои родные и близкие!  И еще. Живи, Егорка, живи, малыш! Живи счастливой жизнью и трогай облака руками каждый день!

Жажда перемен

После долгих раздумий Кикимора решилась уйти от Лешего к Троллю.

– Надоело, – думала Кикимора, собирая в авоську свои пожитки. – Муженьку и дела нет до меня, он только и знает как над людьми дурачиться, зверье гонять по лесу и деревья ломать. Нажрется каких-то мухоморов по осени, набезобразничает и спит потом всю зиму.

Пожитки были собраны. Кикимора посмотрела на авоську и зарыдала.

– И это вся моя жизнь в замужестве? Ан нет… Еще от мужа репутация осталась… Все от русалок до лягушек кричат, что я такая же, как и муж безалаберная… А ведь я до замужества была ночным божеством сонных мечтаний… Прочь, прочь из леса, прочь из прошлой жизни.

Иноземца Тролля она увидела однажды, когда случайно забрела к мосту, что на окраине деревни. У Тролля был свой бизнес – он брал деньги с людей, переходивших мост. Не сказать, что он был очень красив и жил-то он на работе под мостом, но в округе говорили, что у него в горах есть замок…

И вот сегодня, бредя в предрассветном тумане, Кикимора уже видела свою будущую жизнь – пусть в далеком замке, пусть будущий муж будет зарабатывать деньги и ей придется проводить время одной. Но именно так она вновь станет ночным божеством сонных мечтаний.

Тролль выскочил из под моста и вытянул руку.

«Мда, – подумала Кикимора. – Видимо, мне еще долго привыкать к его брутальности».

– Привет! – радостно выдавила из себя Кикимора. – Я пришла! В округе говорят, что ты похищаешь симпатичных девушек в жены. Я как раз такая… Похить меня в свой горный замок. Я согласна!

Глаза Тролля вылупились еще больше и он прорычал какую-то абракадабру, продолжая вытягивать руку…

– Я не понимаю, что ты мне сейчас сказал, – мило улыбнулась Кикимора, а про себя с ужасом подумала: «Так ведь, он иноземец и русского языка не знает… А как же я ему смогу объяснить? Я даже не знаю, из каких земель он приехал» – Нет, нет, я не человек… Я не хочу переходить через этот чертов мост.

Тролль отчего-то стал злиться и плеваться, тарабаркая на своем языке, продолжая вытягивать руку и угрожающе приближаясь к Кикиморе.

Ее спас первый луч солнца, коснувшийся руки Тролля. Тролль ужасно закричал и обратился в камень.

– Ты теперь кирпичами увлекалась? – спросил с издевкой Леший, когда жена вернулась домой.

– Это не кирпич, это статуя брутального мужчины… Произведение искусств, между прочим. Знаешь, сколько я мухоморов за нее отдала?

Ждущий