Владимир Стадник – Код Луны. Зак против времени (страница 5)

В этот раз мы были готовы его встретить и немного на нем покататься. Отец перебежал на другую сторону, держа в руке тонкую леску, другой конец которой был привязан ко мне. И вот мы услышали шум приближающегося грузовика. По отмашке папы мы что есть сил побежали вперед. Грузовик подхватил нас и, оторвав от земли, бросил на свои борта. Мы были к этому готовы и, вовремя выставив руки и опираясь на них, забрались наверх. Оседлав грузовик, мы поехали навстречу неизвестности. Нам нужно было узнать как можно больше об этом месте, чем мы и занялись таким вот необычным способом – запрыгиванием на быстро едущие машины.

Грузовик тем временем, не замечая пассажиров, продолжал свой путь. Прошло еще минут двадцать или тридцать. За время поездки я привык к нашему средству передвижения и чуть не задремал, но вот скорость движения стала уменьшаться, и тут нас захлестнул резкий запах отходов. Грузовик остановился, верхняя панель стала постепенно отъезжать. Мы спрыгнули вниз, где нас чуть не завалило потоком мусорных мешков, вывалившихся из грузовика.

Перед нами было громадное помещение, полностью заваленное мусором. В конце светилась решетка, похожая на печь, где все это должно было сгорать, но почему-то мешки туда не попадали. Не обратив особого внимания на это, мы очень обрадовались, что в том мире, куда мы попали, живут люди или хотя бы другие разумные существа, создающие мусор.

Мусор! Я никогда бы раньше не подумал, что мы так обрадуемся отходам! Разорвав первый попавшийся мешок, мы вывалили его содержание. Там была еда. Человеческая еда! Макароны, нетронутый стейк, похоже, из искусственного мяса, какой-то коричневый соус, тряпки и обертки от продуктов с надписью на общеземном языке.

Ура! Здесь живут люди с Земли, и нам скорее нужно к ним!

При виде продуктов страшно захотелось есть. Отец вскрыл еще один мешок – очень большой и продолговатый, но тут же его отбросил, развернув разрезом вниз. Он заспешил к грузовику, который начал медленно двигаться по окружности, разворачиваясь и направляясь в обратный путь. Мы снова взобрались на крышу того, что должно было быть кабиной, и пристегнули себя к скобам, чтобы не свалиться в случае резких поворотов. Кабины как таковой не существовало, и транспорт ехал сам по себе.

Ветер колыхал мои волосы, сдувая остатки смрада от мусорной кучи. Создавалось впечатление, что мы летим на гигантской пчеле, которая не переставая жужжала своим электромотором. Нам приходилось постоянно пригибаться, чтобы не врезаться в стыки панелей потолка туннеля.

Таким образом мы проехали около двадцати или тридцати минут. Я уже очень устал держаться за грузовик и постоянно пригибаться, поэтому просто распластался на крыше. Закрыв глаза, я попытался заснуть, но из-за сильного чувства голода не смог, ведь мы не ели с самого утра.

Постепенно туннель стал разветвляться на разные рукава, которые, пролетая мимо нас, уходили в темноту. Грузовик снизил скорость, и перед нами открылась довольно широкая улица, по обеим сторонам которой были выдолблены коридоры на равном расстоянии друг от друга. Тут навстречу проехал еще один такой же грузовик. Наш же на очень маленькой скорости завернул в один из коридоров, в конце которого мы увидели круглый двор. Он слабо освещался, но все равно было видно, что по его окружности располагаются двери в нормальный человеческий рост. Снова послышался жужжащий звук, и фонарик отца выхватил силуэт робота на таких же гусеницах, как у грузовика. По наличию четырех рук и швабры с тряпкой в одной из них мы поняли, что это робот-уборщик. Он направлялся к темной массе недалеко от двери, а две другие его руки уже раскручивали мусорный мешок. Папа на секунду навел фонарик на массу и тут же отдернул, но я все равно успел заметить человеческую фигуру. Мы поспешили прочь из этого двора и вошли в следующий. Все выглядело точно так же. На протяжении всей улицы, как пузыри воздуха на трубочке в стакане газированной воды, находились круглые дворы с квартирами по периметру. И в каждом дворе лежало по одной, две или даже три фигуры.

Папа присел передо мной на корточки и, обняв меня, сказал:

– Сынок, тебе уже почти 13 лет, и я уверен, что ты крепкий мальчик и стойко примешь то, что хочу тебе сказать. Хорошая новость заключается в том, что эти существа на Земле, точнее на Луне, такие же люди, как и мы. А плохая новость в том…

Я не мог больше изображать послушного сына и перебил его:

– Папа, они мертвые?! Да? Я сразу об этом догадался, и ничего в этом нет такого. Я ведь уже не ребенок, – убеждал я отца.

Папа обнял меня и поцеловал в макушку:

– Сынок, я просто боялся такой же реакции, как и тогда…

Но я снова перебил его и запальчиво сказал:

– Ты имеешь в виду, когда не стало мамы? Но, во-первых, это была мама, а эти люди чужие, и я никогда их не знал. А во-вторых, я уже большой и могу вынести все неприятности!

– Сынуля, я так горжусь тобой! – сказал папа и снова прижал меня к себе.

Мы вошли в первую попавшуюся квартиру и сразу попали на кухню. Там робот убирал со стола, выбрасывал в мусор нетронутую еду с тарелок и складывал посуду в посудомойку.

Так хотелось есть! Мы выхватили из-под носа у робота пару тарелок, цапнули со стола по ложке и вышли.

– Подожди!

Папа почти вырвал тарелку из моих рук.

– Нужно было проверить эту еду. Вдруг эти люди умерли от отравления?

Но все показатели оказались в норме, и мы с большим аппетитом съели шницель из искусственных белков и макароны из искусственных углеводов. От голода я проглотил все, даже не заметив, а еда даже показалась мне вкусной. Позже отец объяснил, что шницель был из мясозаменителя, а мука для макарон произведена химическим способом. Он рассказал, что в последнее время на Земле тоже начали разрабатывать подобные технологии для возможных переселений на планеты, где нельзя разводить живность и выращивать злаки. Но как эти разработки попали на Луну, да еще в таком совершенном виде?

Мы пошли дальше по трубочке туннеля и в какой бы пузырь мы ни заглядывали, везде была одна и та же картина. Роботы, принимая умерших людей за мусор, складывали их в мешки и выбрасывали в контейнеры, которые потом вывозились на свалку.

У нас накопилось огромное количество неразрешенных вопросов: кем были эти люди, построившие колонию? Почему они живут внутри Луны, а не на ее поверхности, скажем, под стеклянным колпаком или в каком-нибудь другом строении? И самое главное, почему и отчего они умерли? По довольно небольшому количеству трупов, лежащих на земле и в «квартирах», умирали они постепенно, по предположению отца, примерно в течение недели или дольше.

Я валился с ног от усталости и был готов уснуть где угодно. Мы зашли в одну из квартир, где я увидел опрятно застеленную кровать. Тут же, не обращая внимания на предостережения папы, забрался на нее и моментально заснул.

Глава 9. Совет Старейшин

В этот день Майкону не разрешили вернуться домой в его ячейку и заперли в камере заключения. Там было значительно удобнее, чем дома. Мягкий дорогой электродиван, плазменная панель телевизора и несколько хозяйственных роботов, обслуживающих намного лучше, чем его единственный недотепа, который вечно все путал, отчего Майкону многое приходилось делать самому. А местные роботы были отлично отлажены и передвигались невероятно тихо. Ночью ученый смог бы отлично выспаться, если бы не сильные боли от заживающей раны.

На следующий день его тоже не отпустили, но зато в сопровождении роботов и следователя разрешили вернуться в лабораторию и забрать пробу тканей. Ткани, к счастью, не пострадали, и счастливый ученый направился в соседнюю неразгромленную лабораторию выделять стволовые клетки из взятой им пробы.

Процесс выделения клеток был долгим. Ученый поминутно записывал в протокол все действия и изменения в эксперименте и, поглощенный работой, не заметил, что в лабораторию вошел мистер Йод в сопровождении нескольких человек. Когда с ним заговорили, он прямо подпрыгнул от неожиданности и стал умолять дать ему еще немного времени, чтобы закончить.

И вот клетки были извлечены и помещены в питательную массу. Медикус смог сделать перерыв и последовать за пришедшими по его душу людьми и роботами.

Проехав на парящей телеге по многочисленным коридорам, они попали в круглую комнату со стенами, совершенно гладкими, лишенными обычной шероховатости горной породы. Посередине стоял столб с круглыми перилами, прикрепленными к нему на уровне вытянутой руки. По всему периметру находились камеры наблюдения. В комнату вошли только Майкон с Йодом и роботы, которые встали вдоль стен. Остальные люди остались за плотно задвинувшейся дверью. Мистер Йод предложил ему взяться за поручень. Один из роботов, стоящих у стены, нажал на кнопку.

Ученый почувствовал, как весь сжимается и высушивается. Огромная тяжесть навалилась на него, дыхание перехватило, и он решил, что ему настал конец.

Но через секунду все закончилось, и он снова оказался в этой круглой комнате, только роботов по стенкам уже не было. Дверь отъехала, и перед медикусом открылся огромный зал.

Первое, что встретило его, – это необычный переливающийся свет и звуки, которые не были музыкой, но наполняли все тело. Когда он сделал несколько шагов вперед, в него проник еще и запах. В данный момент это был аромат лаванды, расслабляющий и успокаивающий. Само растение в дикой природе ученый никогда не видел, зато видел фотографии, когда изучал ботанику. Он узнал этот синтетически выведенный аромат, иногда используемый в фармацевтике. Мистер Йод пропустил Майкона вперед, а сам пристроился позади.