Владимир Солоухин – Сорок звонких капелей. Осенние листья (страница 7)
Освободит красу-принцессу
Из-за чугунных тех ворот.
Ах, эти сказки, эти сказки!..
Лежим на печке стар да мал…
Снежки, рогатки и салазки
Подчас на сказки я менял.
И у меня была принцесса:
Девчонка — море синевы!
Не для нее ли я по лесу
Искал цветов разрыв-травы?
Не для нее ли трое суток
Я пропадал однажды там…
А жизнь меж тем учила круто,
С размаху била по зубам.
И разъяснил ботаник вскоре,
Что никаких чудес тут нет,
Взамен цветов имеет споры,
И в этом, так-скать, весь секрет.
И чудеса ушли из леса,
Там торф берут среди болот,
А синеокая принцесса
Газеты в клубе выдает.
Все меньше сказок в мире нашем,
Все громче формул торжество.
Мы стали опытней и старше,
Мы не боимся ничего.
Нам выпал век науки точной,
Права ботаника, права.
Но я-то знаю: в час урочный
Цветет огнем разрыв-трава!
Третьи петухи
Глухая ночь сгущает краски,
И поневоле страшно нам.
В такую полночь без опаски
Подходят волки к деревням.
Зачем-то совести не спится,
Кому-то хочется помочь.
И болен мозг. И дух томится.
И бесконечно длится ночь.
Захлопав шумными крылами,
Петух проснувшийся орет.
Полночный час идет над нами,
Звезда полночная плывет.
По всем дворам пропели певни,
Но не разбужена земля.
И снова тихо над деревней,
Темны окрестные поля.
Повремени, собравши силы.
Земля вращается в ночи.
Опять глашатай краснокрылый,
Крылом ударив, закричит.
И снова все ему ответят
Из-за лесов… Из-за реки…
Но это все еще не третьи,
Еще не третьи петухи.
Еще раздолье всем сомненьям,
Еще не просто быть собой.
Еще в печах к сухим поленьям
Не поднесен огонь живой,
Чтоб трубы дружно задымились,
Чтобы дымы тянулись ввысь,
Чтоб жар пылал, чтоб щи варились,
Чтоб хлебы добрые пеклись.
Еще зари в помине нету,