Владимир Снежкин – Заклятые друзья. Академия (страница 16)

- Забыл, что мы не на лужайке Белого дома? Сейчас кто-нибудь спросит, что это за песенка такая. Что ты ответишь?

- А-а-а-а… - закивал головой Содер. – Молчу, молчу!

С трудом добравшись до своей комнаты, мы обнаружили ее совершенно пустой. В смысле, без студиозов. Не сказав ни слова, мы с Содером рухнули на ближайшие кровати и забылись в том глубоком сне, который возможен лишь после бурно проведенной ночи в трактире.

Проснулся я от того, что меня трясут за плечо, и мерзкий голос над самым ухом непрерывно гундит:

- Встава-а-а-ай! Ну, встава-а-а-ай! Гарет, ты проспи-и-и-ишь!

- Отвали, - буркнул я, перевернулся на другой бок и прикрыл голову подушкой.

- Гарет, встава-а-ай! – голос пробивался даже сквозь препятствие. – Содер! Ты тоже встава-а-ай!

Мне это надоело. Я откинул подушку в сторону, сел, и зло уставился на разбудившего нас человека. Им оказался Тин.

- Ты разбойник! – заявил я ему.

- Фуххх! Встал! - выдохнул тот, и только потом до него смысл моих слов. – Я разбойник? Это почему?

- Только разбойник может разбудить спящего человека, - давно избитая шутка из моего родного мира вызвала у Тина обиду.

- Я мог бы тебя не будить, - буркнул он. – Проспал бы общий сбор.

Пришлось поспешно натягивать на лицо опостылевшую улыбку и весело орать:

- Это была шутка из Вольных баронств!

- Не смешная, - фыркнул Тин. – Тупая, как и…

Тут он прервался, не став договаривать до конца. Меня и Содера все побаивались, поскольку в физическом плане мы значительно всех превосходили. Видимо, сказалась здоровая деревенская жизнь юных баронетов, сопровождаемая постоянными физическими нагрузками. Но я и так прекрасно понял, что он хотел сказать «тупая, как и ты сам».

Однако, реагировать было нельзя. Я ж по легенде как раз соответствую его определению. Но ничего. Я тебе это еще припомню, косой.

- Не! – радостно скалясь, вслух не согласился я. – Мне было очень смешно, когда у нас в коровнике кто-то эту шутку завесил! Содер!!! Подъем!!!

- А? Что? – вскочил со своей кровати американец. – Что такое?

- Свиньи!

- Что свиньи? – сон из глаз американца мгновенно улетучился.

- Вспомнил ответ на твою загадку! Ну, там, где двух баранов, попавших в чужой свинарник, кто-то постоянно называл… баранами! И одного из баранов это очень злило!

Содер прищурившись посмотрел на меня, потом на Тина, и до него дошло.

- Помню, помню, - кивнул головой он. - Там еще было про то, что этого злого барана успокаивал второй баран. Говоря, что не надо злиться на обитателей свинарника. Что надо быть спокойным, уравновешенным, и тогда злой баран проживет долгую и счастливую жизнь. Помнишь?

- Помню, - от прилипшей улыбки мне уже начало сводить челюсть. – Спокойным и уравновешенным. Но как же его раздражали обитатели свинарника! То есть, свиньи!

Ничего не понимавший Тин, наконец, разобрался в нашем диалоге и пренебрежительно фыркнул. Ну, ему так казалось, что разобрался.

- Естественно, что обитателями свинарника были свиньи, - с этими словами он хлопнул меня по плечу. – До таких вещей нужно сразу догадываться, Гарет. Эх, был бы я вчера с вами, сразу бы на эту загадку ответил! Ладно, парни, нам уже пора идти, а то опоздаем.

Уже выходя из комнаты, Тин тихо под нос проворчал:

- Как же они умудрились экзамены-то сдать? Или они не сдали, и их зачислили за тот фокус на испытании?

Содер на всякий случай взял меня за руку.

- Спокойствие, Гарет, только спокойствие.

- Содер, я уже так не могу! – взмолился я. – На нас все смотрят, как на полных дегенератов! Это же невозможно!

- Терпи! – отрезал американец. – Хочешь, чтобы тебя маги использовали в качестве подопытной крысы? Или ты думаешь, будет как-то иначе, если они узнают, откуда мы пришли?

Я поджал губы. Содер был совершенно прав. В интересах государства нас закроют в каком-нибудь подвале, будут изучать, препарировать и нам сильно повезет, если умрем быстро.

- Вижу, сам все понимаешь, - верно интерпретировал мое молчание Содер. – Теперь пойдем на общий сбор.

- Я бы помылся. От нас несет перегаром.

Содер повел носом и поморщился.

- Нет, не успеем, - быстро выглянув в окно, ведущее на академическую площадь, с сожалением сообщил он. – Там уже все собираются.

Мы торопливо пробежали по коридору и лестнице, легкой рысцой достигли центра площади, где уже строились многочисленные студиозы, и примкнули к своим. В отличие от студиозов старших курсов, стоявших своими учебными группами по пять-семь человек, наши выстроились в одну общую колонну с шестью рядами по пять человек в каждом. Хотя мантии студиозов нам выдали еще вчера, одевать их пока не велели, сказав, что первый день будет для нас организационным, и мы проведем его в общей группе.

- Фу-у-у-у, - громко фыркнул стоявший передо мной блондин. – Чем это так воняет?

Посмотрел на своего соседа справа, соседку слева, обернулся и встретился взглядом со мной.

- От тебя несет?

- А ты чего ноздри раздул? Нюхай молча, – посоветовал я ему.

Блондин поморщился и отвернулся.

- Гарет, - склонился ко мне Содер. – Ты как-нибудь полегче. Нам еще с этими людьми семь лет жить.

- Если каждый… - я прервался из- за раздраженного покашливания за моей спиной.

Дружно обернувшись, мы с Содером увидели перед собой недовольное лицо Тайсона. Скрестив на груди могучие руки, она покачивалась на носках и смотрела на нас исподлобья искоса.

Ростом выше нас, а мы с Содером по местным меркам были высокие, с завязанными пучком черными волосами на маленькой голове, вытаращенными глазами на загорелом лице, она ко всему этому, видимо в честь праздника, напялила на свое тело штангиста-тяжеловеса нелепое розовое платьице… Да мини-юбка на Годзилле смотрелась бы куда органичнее!

- О, боги! Вы ослепительны, госпожа Таксона! – выдавил я из себя, не в силах оторвать от нее глаз.

- Да, да, - поддержал меня американец. – Я тоже ослеп!

Окружавшие нас студиозы посмотрели на Тайсона, потом с изумлением на нас. Не почувствовали скрытый сарказм. Не уловила его и Тайсон. Она оглянулась по сторонам, словно уточняя, точно ли ей были адресованы комплименты, а потом, в явном смущении, опустила глаза и машинально огладила свое платье. Дама явно не привыкла к таким словам в свой адрес.

- Это… - Тайсон приподняла на нас маленькие свиные глазки, в которых я с содроганием увидел искру интереса. – Не шумите тут.

Повернувшись на пятках, она устремилась по тылам построенных в шеренги студиозов дальше.

- Содер, выколи мне глаза, и сделай так, чтобы я ее развидел!

- У меня та же самая проблема, - откликнулся тот. – Мне, кстати, очень не понравилось, как она на нас в конце посмотрела.

Я вспомнил взгляд Тайсона и еще раз вздрогнул. Кто меня за язык тянул с этим «вы ослепительны»? Она же все за чистую монету! Покосившись на Содера, я задумался. Похоже, выход из положения все-таки есть. Не зря же мы вдвоем в этот мир попали.

- Не на меня, а на тебя, - довел я до сведения друга.

- Да ну! – в ужасе встрепенулся он.

- Зуб даю! Ты, видимо, ей понравился.

- Брррр!

- Ты чего тут свою морду американскую воротишь? – возмутился я. – Неплохая женщина, хоть и крупная. Или ты имеешь что-то против больших женщин?

Содер, воспитанный в духе священного почитания всех меньшинств, растерялся, не зная, что на это ответить. И не надо. Слушай меня.

- Лучше подумай, как использовать представившуюся возможность!

- Но… с ней же придется… - на Содера было больно смотреть. Он словно стал меньше. – Спать!

Я медленно прикрыл глаза, после чего положил руку ему на плечо.