Владимир Снежкин – Заклятые друзья. Академия (страница 13)
- А вот и Клофелинщица, - тронул я Содера и указал ему на направлявшуюся в нашу сторону магичку в красной мантии. – Сейчас будут показывать наши комнаты. Главное, чтобы нас с тобой в одну заселили.
Подошедшая Клофелинщица о чем-то перебросилась парой слов с Тайсоном, повернулась к нам, и зачитала из списка пятнадцать фамилий. Это были «счастливчики», которым предстояло жить в комнатах старшекурсников. Я почему-то нисколько не удивился, услышав свою фамилию в их числе. Разумеется, Содер тоже там присутствовал. Как и та троица из относительно бедных семей, которую мы заметили еще у ворот.
Ну, а как мы хотели? Маги наверняка отправили к старшим курсам самых худородных абитуриентов, чтобы в случае чего, если старшие вдруг кого обидят, иметь не слишком много проблем от возмущенных родственников. По крайней мере, мне виделось именно так.
- Абитуриенты, чьи фамилии я зачитала, идут вместе с госпожой Таксоной, - величественно заявила магичка. – Остальные следуют за мной.
Пятнадцать человек, девять девушек и шесть юношей, включая нас с Содером, понуро побрели за Тайсоном, шагавшей в сторону самого дальнего здания с видом чемпиона UFC, выходившего в восьмиугольник для защиты титула от притязаний очередного претендента.
- Быстрее идем, а то пообедать не успеете! – через плечо рявкнула она, и мы послушно ускорились.
Через десять минут нам показали нашу комнату, находившуюся на верхнем третьем этаже. Она была очень просторная и одновременно уютная. По сравнению с той конурой, где нам пришлось ночевать последние несколько ночей, это были королевские покои!
- Это моя кровать! – я первым подошел к кровати у окна и бросил на нее свой мешок с немногочисленными пожитками, которые для нас раздобыл Хромой.
- А это моя, – Содер с размаху рухнул на соседнюю. – Мягкая!
- Э-э-э-э… Уважаемые господа, - проблеял плюгавый паренек, слегка косивший на правый глаз, который по пути о чем-то бойко беседовал с коренастым крепышом. У меня даже сложилось впечатление, что они друг друга знали давно. - Позвольте заметить, что кроватей здесь пять, а нас, между тем, шестеро.
Я вопросительно на него посмотрел. Так и есть, нас шестеро, а кроватей пять. Дело в том, что Тайсон решила, что раз девушек девять, то им положено две комнаты из трех. Шестерым парням отвели одну комнату, и было логично, что сюда надо будет принести кровать из той комнаты, в которую заселились четыре девушки. По моему разумению, этим должен был заняться тот, кому кровати не хватит.
- Он хочет сказать, что нужно кинуть жребий, кому какая кровать достанется, - набычившись, заявил крепыш.
Содер начал было подниматься, но я его жестом остановил.
- Я разве возражаю? – пожав плечами, я кивнул на свободные койки. – Кидайте жребий, распределяйте.
- А-а-а-а… - подвисли парни.
- Мы хотели разыгрывать ВСЕ кровати, - с нажимом произнес крепыш, не собираясь униматься.
- Ты хотел сказать все свободные, - я вальяжно развалился на кровати, всем своим видом показывая, что не собираюсь ее уступать.
Если уж завоевывать авторитет, то с самого начала, с момента первого знакомства. Крепыш нахмурился, собирался сказать что-то еще, но плюгавый друг взял его за руку и отвел в сторону.
- Моэль, не связывайся. Давай разыграем жребий на оставшиеся кровати.
- Хорошо, Тин, - вздохнул крепыш. – Ты прав.
Все четверо отошли к входной двери и начали там с чем-то копошиться.
- Я так не могу, - сел на своей кровати Содер. – Это неправильно.
- Что неправильно? – отозвался я, продолжая следить за движением у дверей.
- Так несправедливо. Мы как какое-то… как ты там говорил про постояльцев бандитской таверны? Быдло!
- Что ты предлагаешь? – я перевел взгляд на американца. – Идти к этим и разыгрывать, достанется ли тебе кровать?
- Пусть так, - тряхнул головой Содер, встал с кровати и с решительным видом пошел к парням. – Так будет правильно. Моя совесть будет спокойна. Парни! Я с вами!
Я глубоко вздохнул и сел. Совесть… И это о ней вспомнил человек, учившийся в американском ВУЗе на адвоката! Спрашивается, как он вообще после выпуска работать собирался?
- Ладно, черт с вами, - я поднялся с кровати и направился к общей тусовке. – Что вы тут бросать собрались?
Парни при моем приближении расступились.
- Монетку, - ответил за всех плюгавый.
Как его там? Тин?
- Засунь себе эту монету обратно в карман, - я открыл дверь и махнул рукой, приглашая следовать за собой. – Пойдем, заберем свободную кровать у девчонок и принесем ее к нам. Ну, что встали? Шевелите палками!
- Мы думали, с кроватью будет разбираться тот, кому она не достанется, - пробормотал Тин, выскакивая за мной в коридор.
- Давай лучше сделаем так, чтобы кровати достались всем, и кое-кого из моих друзей больше не грызла совесть!
Ровно через пять минут в нашей комнате стояло шесть кроватей, и все благополучно разместились как раз к тому моменту, когда в коридоре послышались тяжелые шаги и следом прозвучал могучий рык Тайсона:
- Обед!
К этому моменту все были достаточно голодны, так что повторного приглашения не потребовалось. В сопровождении, а скорее под конвоем, нашей грозной управляющей мы бодро дошагали до столовой, где смогли всем составом нашей комнаты сесть за один столик – он как раз был предназначен для шестерых человек. Все столы, расставленные в причудливом шахматном порядке, к нашему приходу уже были накрыты, так что мы незамедлительно смогли приступить к свирепой и бескомпромиссной войне с голодом.
- Эх, как было бы хорошо, если бы мы все смогли поступить, – опустошив свои тарелки, и довольно утерев губы салфеткой, мечтательно заявил Насри.
Кстати, Насри был одним из тех небогатых парней, что стояли с семьями у ворот. Второго звали Хантердей. Они оба были местными, из Гардаграда. У Насри родители владели двумя кузницами и сейчас готовились открывать третью, а у Хантердея занимались торговлей, и в последнее время смогли заметно подняться, открыв сеть лавок в нескольких городах. Так он, по крайней мере, нам рассказал, пока мы шли до столовой.
- Все двести человек? – уточнил Тин.
- Конечно, нет, - улыбнулся Насри. – Только мы вшестером. Содер, а ты уже решал задания на логические способности?
- Ну… я… это… - сделав круглые глаза, начал блеять Содер, прекрасно разыгрывая недалекого простачка. После той конфликтной ситуации мы с ним, как и договаривались, старались отвечать на все вопросы односложно, незатейливыми фразами, изо всех сил показывая себя физически крепкими, но при этом весьма недалекими. – Вроде решали с Гаретом. У нас один пастух был. Он нам любил всякие загадки задавать. Мы их с Гаретом знаете, как отгадывали? У-у-у!
- Понятно, - дружно улыбнулись парни, начав переглядываться между собой, и при этом бросая на нас сочувственные взгляды.
Честно, я чувствовал себя не в своей тарелке. Я вдруг понял, что не люблю, когда на меня смотрят, словно на ущербного! Более того, ненавижу! Но… Сделал мысленный вздох, натянул на лицо широкую улыбку, и дружелюбно обвел глазами новых знакомых.
- А вы долго готовились?
- Я два года, - с готовностью выпалил Насри.
- А я три! – воскликнул Тин. – Под руководством специально нанятого преподавателя. Сердер Гомери. Слышали о таком?
- Нет, не слышали, - усмехнулся Хантердей. – Небось, это какой-нибудь отчисленный студиоз из торгового училища.
- Что? – вспыхнул Тин. – Он не студиоз! Он…
Между ребятами разгорелся жаркий спор. Они, совершенно забыв про меня и Содера, с пылом рассказывали друг другу, кого из практикующих репетиторов следует считать хорошим, а кого нет. Очень быстро они перешли к описаниям заданий, которые им приходилось решать, и с которыми, по мнению их наставников, они должны были столкнуться на вступительных экзаменах. Мы с Содером обменялись многозначительными взглядами. Невероятно, но наши новые знакомые, увлеченные спором, чуть ли не с пеной у рта оглашали невероятно ценную информацию, которую, спроси их напрямую, отказались бы продать даже за деньги. Зачем давать знания потенциальным конкурентам за желанные места в Академии?
Американец тут проявил себя настоящим талантом ведения разговора, время от времени подкидывая новый вопрос, от которого спор разгорался с новой силой. Мне оставалось только слушать и запоминать.
- Прошлогодние абитуриенты столкнулись с быстрым счетом, - с упоением говорил Хантердей. – Вот такая задача была. В помещении было пятнадцать детей. Взрослых было еще два раза по столько же. Сколько всего людей было в помещении?
За столом повисло молчание.
- Ого, - наконец, произнес Насри. – Это надо на десятки раскладывать. И на полудесятки. Сложно. Мой репетитор решал такие задания быстрее, чем белка разгрызает орешек, но я их так и не освоил. Мне легче черточками на песке считать.
Я благополучно скрыл свое удивление за приклеенной к лицу улыбкой. Тут не изобрели умножение? Получается, да. Иначе абитуриенты обязаны были ее знать.
К сожалению, дальнейшую беседу прервал звонок, призвавший абитуриентов пройти на площадь Академии. Там мы обнаружили двести столов, выставленных в пять ровных рядов. На каждом столе стояла чернильница с пером, и лежали листки желтой бумаги.
Первый экзамен в новом мире. Я был уверен, что без труда решу все задания, но все равно чувствовал дрожь в коленях.