Владимир Снежкин – Продираясь сквозь тернии (страница 49)

Цвет камня остался прежним и наши драконицы моментально успокоились. Однако своей неоднозначной реакцией они вызвали живой интерес у гостей, уставившихся на них с той эмоцией, которая обычно передается словами — «да-а-а ла-а-адно! Вот это новость!»

Почувствовав на себе всеобщее внимание и правильно его истолковав, Лола и Саманта сильно смутились. Обе покраснели, пробормотали что-то невнятное и скрылись в глубине здания.

— Простите, а кто такой Сиплый? — вытянул вперед шею путник.

— HR-менеджер клуба. По-вашему, старомодному, начальник отделения подбора и учета людей, — я склонился вперед и тихо прошептал. — Если еще что-то спросишь, выну твой язык через задний проход и завяжу там узлом, чтобы обратно втянуть не смог. Понял?

Путник отшатнулся.

— Проходите, гости дорогие! — быстро придя в себя, громко провозгласил он.

Мы натянули на морды широкие улыбки и синхронно шагнули вперед. На пороге нас поджидал хозяин дома. По очереди обнял нас, а затем представил своим спутникам, из которых в лицо я знал только Теодора де Варгаса и родителей Саманты. С остальными нам еще предстояло познакомиться.

— Вот, дамы и господа, те молодые люди, благодаря которым наше с вами состояние растет прямо-таки невероятными темпами! Не буду представлять их подробнее, все вы их и так прекрасно знаете. Чего не скажешь в обратную сторону. Содер, Гарет, позвольте представить господина Вудро де Санк с супругой, Элеонорой.

Родители Клариссы смотрели на нас с величайшим любопытством. Впрочем, как и все остальные, за исключением Теодора и четы де Лорен.

За ними нам представили супругов де Флоров. Только в этот момент у меня промелькнула в голове мысль, а почему перед их фамилией стояла традиционная приставка «де», относившая род к аристократии, а у их дядюшки, архимага Грасия Децимуса Флора, такой приставки не было? Или я когда-то уже задавался этим вопросом, но так и не удосужился поискать ответ?

После Флоров перед нами мелькнули лица неких Сагенов, а затем наступил черед супругов Адулитов. Знакомая фамилия. Как оказалось, второй советник Его Величества приходился им ближайшим родственником. Мужчины с величайшим воодушевлением трясли нам руки, женщины протягивали руки для поцелуев.

— Гарет, Содер, моя дочь, Алимея, имеет чудесный голос. Она затмевает всех в пении, — сразу взяла быка за рога жена Адулита, Камилла, красивая темноволосая женщина. — Хотела бы с вами поговорить по поводу выпуска ее сольного альбома на вашей студии.

Ну, начинается! Вот как раз из-за этого мы с Содером перестали принимать приглашения на всякие вечеринки или посиделки, которые на нас регулярно сыпались через разные каналы. Люди даже не уточняют, как у тебя дела или настроение, и сразу начинают досаждать продвижением своих чад или ближайших родственников.

— А мой Ишенька столь одарен в лицедействе, — начала вторить ей представительница фамилии Сагенов, оттеснив в сторону супруга, — что вы просто обязаны посмотреть его в качестве актера для киностудии.

Я с недоумением повернул голову к де Варгасу. Именно он, в компании моего помощника Марка, отбирал актеров для короткометражек. Причем тут мы? Как есть, наш дорогой герцог все стрелки перевел на нас с Содером, решив самостоятельно не отбиваться от напора желающих поиметь славу и признание.

Талем в ответ на наши возмущенные взгляды не выказал никакого смущения. Улыбнулся с видом — «ничего личного, просто бизнес», но на помощь все-таки решил прийти.

— Камилла, Санда, ребята еще не успели прийти в себя после допроса путника, а вы уже их берете в оборот! — со смехом заметил он. — Предлагаю перейти к этому позже.

Вовремя это он. Я уже задумался над тем, а не сдать ли мне его этой Санде? Пусть «развлекается».

— Да, так будет лучше, — поспешил добавить Содер.

Женщины благосклонно кивнули.

— Извините, просто я не сдержалась, — кротко вздохнула Камилла. — Так долго ждала встречи с вами, чтобы обсудить этот вопрос, что нарушила все правила приличия. Конечно, поговорим позже. Когда вам будет удобно, — у меня появилась надежда, что нудного разговора с ней можно будет избежать. Однако красавица добавила. — Но только обещайте мне, что пообщаемся сегодня!

— Вы столь прекрасны, что лично я с удовольствием найду время для беседы, — учтиво склонил голову Содер.

— Спасибо! — обрадовалась Камилла.

Я тоже порадовался самоотверженному поступку друга. Вот пусть он и общается с ней. И с Сандой тоже. Так уж и быть, уступлю.

Герцог отвесил каждой даме по комплименту и повел нас внутрь дома, по убранству, роскоши и размерам больше походившего на дворец олигарха. Поднявшись по витой лестнице на второй этаж, миновали коридор и попали в большой, но при этом уютный зал. Судя по всему, он был предназначен для танцев и общения. Вдоль стен стояли высокие столики на тонких ножках, стулья отсутствовали. Незаметные официанты скользили по залу с подносами и предлагали толпившимся гостям бокалы с аперитивами.

Стоит отметить, гостей, как и обещал хозяин дома, было немного. Человек тридцать, из которых больше половины составляли взрослые — родители подруг, а также родственники и друзья де Варгасов. Что касается молодежи, то тут кроме подруг я с удивлением обнаружил несколько знакомых лиц.

— Содер, Гарет, привет! — Кайл устремился к нам через весь зал, ловко огибая попадавшихся на пути людей. Примечательное отличие от Академии, где он пошел бы напролом, беззастенчиво расталкивая студиозов. Жизнерадостно стиснув каждого из нас по очереди, словно год не виделись, отстранился. — Ни на один мой вопрос не ответили.

Я вытянул шею.

— В смысле?

— Это я для путника их составил, — гордо выпятил грудь Кайл. — Кроме последнего.

— Ты? — переспросил Содер.

— Угу! Прикольно получилось? Парни, вы бы видели свои рожи!

Ах, вот благодаря кому путник показал столь вопиющую осведомленность! А я уже на подруг подумать успел. Думал, как обиду им свою показать. Проводив глазами главу дома, поспешившего к супруге, которая отчаянно маячила ему у лестницы, я повернулся к молодому студиозу, которого мы с Содером с некоторых пор относили к числу друзей.

— Слышь, Кайл, ты в следующий раз…

Однако предъявить претензию я не успел. Со спины меня кто-то робко тронул, и мне пришлось замолчать. Ничего, озвучу позже.

Развернувшись, обнаружил перед собой четверку подруг.

— Привет! Как же я рад вас всех видеть!

— Мы тоже!

Склонившись вперед, получил четыре приветственных поцелуя в щеку. Ответил. Девчонки повторили процедуру с Содером.

— У нас для вас столько новостей, — Саманта взяла нас за руки и увлекла к дверям, видневшимся в дальнем конце зала.

По пути она беспрестанно щебетала, рассказывая о множестве всяких мелочей, не озвученных во время амулетных переговоров — все наши последние сеансы связи касались исключительно деловых отношений и проходили с подключением представителей торговых домов.

Миновав двери, мы оказались в точно таком же зале, отличавшимся от предыдущего наличием комфортных диванов и кресел, около которых имелись низкие столики. Усадив нас на ближайший диван, подруги расселись вокруг и слегка смущенно покосились на Кайла, опустившегося на кресло рядом.

— Не стесняйтесь, все свои, — он жестом подозвал официанта с подносом, и торжественно вручил каждому по бокалу игристого вина. — Саманта, я тоже хочу послушать, что в Гардаграде творится!

— Ладно, пусть слушает, — разрешила Лола, и затараторила со скоростью спаренного пулемета.

К ней присоединились остальные, успевая вставлять слова в минимальные перерывы. Ничего удивительного, что вскоре мы захлебнулись в потоке информации. особой ценности в ней не было — подруги подробно поведали о десятках мелких событий из жизни студиозов и преподавателей, пересказали, чем они занимаются на занятиях, и остановились на Весенних соревнованиях, с которых и в этом году вернулись с победой.

С бешенным восторгом рассказали о том, какую серьезную конкуренцию выдержали со стороны студиозов Варлена и Ураласа, и заняли на своих курсах первые места, внеся огромный вклад в общую победу. Саманта и Синти с придыханием вспомнили, как после их победы истерила наша старая знакомая — Кирза из Академии Ураласа.

Подруги были настолько погружены в рассказ, что совершенно не заметили, как вокруг нас собрались все гости, включая взрослую аудиторию.

— Ой, — вырвалось у Саманты, когда она закончила красочное описание церемонии награждения, на которой ей вручили очередную золотую сову, и соизволила поднять глаза.

— Молодец, дочка, — прошептала ее мать, горделиво посмотрев на окружающих.

— Они все молодцы! Насколько же приятно видеть, когда дети своими талантами превосходят родителей, — отец Лолы поднял бокал. Его примеру последовали все остальные. — За вас, молодежь!

Несколько мгновений тишины, понадобившихся на опустошение бокалов, затем бурные аплодисменты, сопровождаемые выкриками «браво», и довольный герцог пригласил всех в соседний зал. Там нас поджидал сюрприз — в центре зала, с музыкальными инструментами в руках, в окружении своих пацанов стоял наш Рамсон.

— Прайд! — пронесся по помещению изумленных вздох.

Таково было официальное название группы Рамсона, данное мною и Содером.

Помню, пока выбирали и обсуждали, два раза с ним подрались.

— Не может этого быть… — прошептала Санда де Саген, очутившаяся по правую руку от меня. — Они же не выступают перед публикой. Пели только перед королем.