Владимир Сметанин – Никодим, который гулял сам по себе (страница 10)

– До него, – отозвался Викентий Павлович, снимая засаленный армейский бушлат возрастом ненамного моложе, и зябко передернул плечами.

– Что, мороз?

– Мороза особо нет, но ветер… Сквозь ребра аж продувает!

– А что там Антон?

– Поехал на поле. Первый день – говорит, – надо обязательно целиком быть на службе. Да и правильно, конечно. На днях, говорит, обязательно вспашу. Он еще и сам не пахал.

– Ну и ладно, – удовлетворенно сказала Клавдия Ивановна. – Тогда давай пить чай. Хотя вообще – рановато. Но такой день. С заботы полезной начинается – это хорошо.

И они принялись пить чай со вчерашними нежирными пирожками. При этом глава дома пил с сахаром вприкуску – застарелая привычка, появившаяся после училища. В училище сахаром сильно не баловали, поэтому Викентий после окончания учебы и устройства на работу насел на рафинад, возмещая недостаток глюкозы, фруктозы, сахарозы и, вполне может быть – лактозы. И рафинад этот накрепко вписался в его рацион, также, как и папиросы «Беломор-канал». Когда папиросы стали редкостью, Викентий перешел на сигареты «Прима», когда исчезли и они – на другие, третьи… Но сахару он никогда не изменял, при том что сам сахар менялся. Клавдия Ивановна летом варила варенья разных сортов, из которых оба они больше любили малиновое, хотя садовая малина – это далеко не то, что лесная, даром, что крупная. Но в таежные малинники забираться уже не было здоровья.

– Ну, пойду курей накормлю, – сказала Клавдия Ивановна. – Они уж слышат, что мы питаемся.

– Ясное дело. А я покурю малость.

Тем временем их сосед Антон, одолев негодяйскую дорогу, добрался до ближайшего из двух фермерских полей. Вспаханный им же по осени после уборки массив призывно чернел на фоне пожухлой травы брошенных межей и требовал культивации и безотлагательного сева.

– Сейчас, приятель, – обнадежил его вполголоса хлебопашец и направил трактор на пашню, опустив культиватор. Агрегат довольно споро двинулся по полю, прорезая сошниками влажную почву и разбивая комки. Но недолго длилось это движение: в едва приметной ложбинке «Белорус» вдруг осел, дернулся, швыряясь ошметками грязи, и увяз. Наученный опытом, оператор почвообрабатывающего агрегата рыть грязь колесами не стал, дабы не углубляться в нее, а отправился за пределы поля. Следовало найти то, что подошло бы для использования в качестве гати. Конечно, доски в таком месте вряд ли бы нашлись, но что-то подходящее все же должно было сыскаться. На худой конец, сгодится даже трава: если нарвать засохшей полыни, стебли которой в палец толщиной, то колесам будет за что уцепиться. Так он и сделал, надергав охапку пахучих бодыльев, что оказалось нелегкой задачей, поскольку полынь крепко вцепилась в субстрат. Не желала она и ломаться, превращаясь при перегибании в веревку. Передохнув после нелегких трудов, Антон наломал еще в единственном здесь черемуховому кусту веток и присовокупил это к кипе полыни, после чего навалил добытое под задние колеса трактора.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.