Владимир Синицын – Поворот судьбы (страница 2)
Саня сидел в шоке.
«Это как же так? – думал он. – Столько лет прошло. А баба Зоря уже тогда знала или все же наколдовала! И чо мне теперь делать?»
– Ты, Санька, обживайся, а ближе к вечеру приходи, я тебе молочка дам, – прервала его размышления Петровна. – Пойду я, Санька, пойду.
Бабулька неспешно вышла, оставив Саню наедине с мыслями. Он сидел, уставившись в стену, молчал. В доме было тихо, и лишь жужжание мух нарушало покой и тишину. Сане захотелось поесть, громким урчанием желудок напомнил о себе, ведь поел он только утром. Он стал хлопотать на кухне, пока согрел воды, пока варил вермишель, жарил лук с тушенкой. Затем смешал тушенку и макаронные изделия в сковородке, поставил на стол. Спустился в погреб, подняв люк в углу комнаты. Выставил на стол банку с солеными огурцами и с вареньем, еще приготовленным бабкой Зориной, сел. Мысли в голове успокоились, изумление прошло. Жуя, он размышлял.
– Мне ли, жителю двадцать первого века, верить в колдовство?! Абсурд! Но, похоже, никуда не деться, факты вещь упрямая.
Конечно, Саня знал, что его бабуля была травницей, и, как говорила народная молва, травницей она была хорошей. И Саньку наставляла, как подорожник приложить да боярышник отварить… Ромашка, полынь – все известные травы, но ведь это совсем не значит, что она колдовала. Да и не могла она знать о желании Саньки побывать на Дивном озере. Не говорил он о своей мечте никому. Но ведь интернет полон свидетельств о всяких провидцах, экстрасенсах, колдунах, контактерах и всяких пророках.
– Ну и как мне все это воспринимать? Да чо уж там думать, идем и достаем посылку любимой бабушки… – сам себе ответил Саня. Убрав со стола, заодно сразу помыл посуду в старой раковине, ведь назавтра он планировал подъем с утреца и в путь. Вздохнув, Саня направился в спальню. Спальня бабушки была самой обычной. Широкая деревянная кровать с современным матрасом, бельевой шкаф, прикроватная тумбочка с лампой, на окне двойные шторы. Все было современное и купленное всего четыре года назад, все поменяли, так сказала мать. Только одна вещь не вписывалась в этот современный дизайн, сундук. Да, самый настоящий сундук с полукруглой крышкой, окантованный кованым железом, с медными заклепками, с петлей для замка, с резными ручками. Сам сундук был изготовлен из дубовых плашек. Старый дуб был крепок и годами отшлифован до блеска. Сколько ему было лет, никто не знал, даже бабка Зорина, ей он достался от своей матери, а той от своей матери. И насколько далеко в прошлое уходит эта передача по наследству, неизвестно. Как-то бабуля показала своему любимому внуку секретный схрон в сундуке. Дно у него было двойное, и, чтобы добраться до содержимого, нужно было вынуть четыре кованых гвоздя. Саня открыл сундук, внутри лежал кусок белого шелка и больше ничего.
«Странно…» – подумал Саня, он хорошо помнил, что сундук всегда был полон. Вернувшись в комнату, Саня взял нож со стола. Переставил сундук на прикроватную тумбочку, потратив в общей сложности десять минут, вскрыл тайник. Внутри сантиметрового углубления лежала тряпица красного шелка, а уже в ней Саня обнаружил кулон. Круг из витой квадратной проволоки, диаметром в пять сантиметров, в центре на всю длину буква «V» с перекладиной. Неоднократно Саня замечал у своей бабки такой амулет, только всегда он был деревянный, этот же был серебряный. Саня знал, что это символ Велеса, древнего славянского бога, бога-чародея, познавшего сущность нашего мира. Бог-оборотень, покровитель всех деловых людей, ремесленников, знахарей, ученых, торговцев, он же считался и богом богатства. Велес был одним из самых почитаемых богов на Руси, так как являлся еще и покровителем домашних животных, а без них какое может быть хозяйство. Бабка не раз говорила, что мы – дети природы и Велес защитник земли нашей, но он хранил не только нашу землю. К чему это она говорила, Саня и сейчас не знал.
Он взял в руки амулет, растянул между пальцами массивную цепь, рассматривая подарок бабули.
Качество изготовления потрясало детализацией, Саня как работник кузнечного цеха, пускай и современного, понимал, что такую вещь сделать сложно, это не штамповка. Положив кругляш амулета на центр ладони, Парень подошел к окну и стал его рассматривать в лучах заходящего солнца. Амулет стал нагреваться в солнечных лучах, приятно грея ладонь, он слегка поблескивал матовыми гранями, притягивая взгляд. Саня тряхнул головой, отгоняя наваждение, и надел амулет на шею, закинул под футболку. Тот, угнездившись под ней, как раз в районе «солнышка», как-то слишком плотно прижался к телу и ущипнул легонько, или это только показалось. Саня потер его через футболку и направился на выход. На ходу он прихватил пластиковую бутылку для молока и сам себе пробурчал:
– Иду я к тебе, Петровна! За мо-ло-чком, за свеженьким молочком!
Будильник тихо жужжал вибратором, как бы говоря: жуть, в такую рань, зачем?
Первый автобус уходил в нужную для Саньки сторону в шесть утра. Потому и будильник Саня поставил на 5:00. Собрался он еще с вечера, берцы, энцефалитный костюм, офицерский ремень, компас, часы. Все это ждало, аккуратно сложенное на столе. По-быстрому умывшись, Санька облачился и спустился в погреб за бутылкой молока. Вот и все, закинул в рюкзак пластиковую бутылку, рюкзак на плечи, панаму цвета хаки на голову и быстрым шагом на остановку.
Автобус ушел по расписанию. Санька расположился на заднем сиденье, поставив рюкзак между ног, просто сидел и смотрел в окно. Пассажиров было мало. Молодая девушка в джинсах с наушниками в ушах, две бабульки о чем-то шептались за спиной водителя, мужик с удочками да Санька.
Через час езды по раздолбанному асфальту Александр Рубежный вылез на нужной ему одинокой остановке. Еще за два месяца до поездки он просчитал маршрут до метра и теперь лишь сверялся на местности, используя топографическую карту и компас. До озера по прямой было 31 километр пешком, по ровной дороге это шесть-семь часов. Но прямых дорог в лесу не бывает. По лесу же это может и десять, двенадцать, а то и все двадцать. Но Санька не боялся ночевки в лесу, он и вовсе уходил на несколько суток, так что часом раньше, часам позже, неважно.
Постояв на остановке, пока «пазик» не скрылся за очередным изгибом дороги, Санька двинул в лес. От остановки вела хорошо утоптанная тропа, явно постарались грибники, по ней парень и шагал. Метров через пять-десять тропа резко пошла вправо. Саньке же нужно было совсем в другую сторону. Между кустами просматривался проход, в него парень и нырнул и, пройдя всего несколько метров, оказался на поляне.
«Самое то!» – подумал Саня. Осмотревшись вокруг, парень сам себе кивнул и стал снимать со спины рюкзак. Выложив вещи из рюкзака на траву, стал переодеваться. Полукеды последовали в рюкзак, за ними тоненькие носки и голубая футболка. В утреннем лесу всегда прохладнее, чем на открытой местности, а уж тем более куда прохладнее, чем в городе. Да и росу никто не отменял. К тому же париться в автобусе Сане не особо хотелось.
Санька закончил переодевание, теперь на нем была «энцефалитка», или, как ее сейчас называют, «горка». Высокие берцы, перчатки без пальцев, а на поясе универсальный походный пояс. Длинный, надежный, способный выдержать груз чуть ли не семьсот килограммов. На нем висела в подсумке аптечка, небольшой нож в ножнах и полевая сумка-планшет с картой, оставшаяся еще от деда. На голове удобно расположилась панама с противокомариной сеткой. К этому походу он подготовился основательно, осталось прикрепить «боевой нож». Ножны, как и сам нож, Санька изготовил собственными руками в кузне из обоймы подшипника ступицы заднего моста старого КраЗа, разобранного в хлам. Ножны это скорее привычное для нас название, на самом деле и нож, и ножны были особенные. Саня готовил их именно для этого похода. Закрепив свое изделие на ноге, он отправился в сторону озера, проверив направление по компасу.
Ножны имели три крепления в виде липучки, были изготовлены из авизента цвета хаки. Первое крепление находилось над коленом, второе под коленом и последнее у самой лодыжки. На ножнах было нашито два узких кармашка. Один из них пуст, во втором лежало пять метров капронового шнура в миллиметр толщиной. Ножны были готовы носить в себе ножи разной длины, это как вариант. Зато нож Саньки был именно «боевой» и сейчас оттягивал ногу. Возился с ним Саня больше месяца. Пока добрался до подшипника КраЗа диаметром в 25 сантиметров, несколько вечеров потратил на поиски в интернете описания ножей и отзывы профессионалов. Парень даже не ожидал, что существует такое огромное количество видов ножей и клинков.
– Зачем мне этот нож?! – не раз этот вопрос Саня задавал себе. – А вот хрен его знает зачем. НАДО! – так он сам себе ответил и стал делать. Получилось 41 сантиметр лезвие и еще 14 сантиметров рукоять. Острие плавно сходило на нет, верхняя же часть была заточена всего на десять сантиметров. Гарду парень изготовил из куска меди толщиной в пять миллиметров. Сначала рукоять хотел сделать из пластика. Потом все же передумал и припаял кусок латунной трубки в три четверти дюйма. Через трубку проходил длинный болт с резьбой, на него и накручивалась шарообразная гайка, плотно закрывающая полость рукояти. В сапожной мастерской мастер сшил кусок кожи, которую после Санька в сыром виде и натянул на рукоять. По завершению всех работ изделие подверглось воронению. Благо все в кузне имелось, и, уходя на выходные, Санька закинул нож в ванну с маслом. В понедельник парень примчался на завод на час раньше до начала работы, трясясь от возбуждения. Из ванны красавец-нож нырнул в старое полотенце, затем в пластиковый пакет и уже потом в сумку.