Владимир Синицын – Первый шаг и в... (страница 8)

– Всегда готов! – отрапортовал Серега. – А можно вопрос? Проверить мою совместимость прохождения ментоскопии можно?

– Ты что, в первый раз в капсуле будешь? – уточнила Лин.

– Да! Вот как-то не довелось раньше побывать… – ответил Сергей.

– Хорошо, это определим в процессе лечения, заодно и карточку ФПИ тебе сделаем, пойдем, – предложила медик.

Они прошли в соседнюю комнату. Там стояли четыре медкапсулы, с виду похожие на большие серые ванны с крышкой, только размером побольше. У одной из них крышка стала открываться, поднимаясь в сторону.

– Тебе в эту. Раздевайся догола и залезай, ложись и расслабься. Вперед! – скомандовала Лин голосом, не терпящим возражений.

Сергей без стеснения быстро разделся, положил вещи на подставку рядом с медкапсулой и улегся в нее. Крышка капсулы плавно опустилась… и тут же открылась. Ну, так ему показалось.

Лин Сунь, подперев подбородок руками, сидела за столом и смотрела на дверь. Мистер Циан зашел в кабинет, прошел к столу и присел напротив Лин.

– Зачем звала?

– Скажи, Джиан, зачем тебе этот мальчик?

– А что, с ним что-то не так? Что-то случилось?

– Да нет, с ним-то как раз все нормально, и через пятнадцать минут закончится процесс лечения! Так зачем? – настояла на своем Лин.

– Ты знаешь, Лин, этот тупой малолетний бандос приходил то раз, то два раза в неделю на разгрузку грузового флаера. Он между делом сплетни рассказывал, иногда полезные… Ну а я когда подкидывал ему кредитов малость, когда сока или энергетика просроченного давал. Зачем, спросишь ты? Да я и сам не знаю. В общем, обычный пришибленный, который и пары слов связать не мог. И тут он приходит весь такой побитый, в синяках, рука сломана, да ты и сама видела. Только вот как только он зашел, мне в глаза сразу бросилась его походка, что-то в ней изменилось, хоть он чуть прихрамывал, но я не об этом.

Понимаешь, это шел человек, уверенный в себе. Знающий себе цену, а не тот лох тупорылый, каким он был. Ты же знаешь, я такое всегда чую. Подойдя ко мне, он поздоровался, объяснил, что с ним произошло, и попросил помочь с лечением, хоть и немногословно, но очень вежливо и доходчиво. Чего раньше быть не могло. Да и не это главное. А то, как он посмотрел мне в глаза. И, поверь мне, Лин, я за свои шестьдесят четыре года повидал всяких разумных, это был взгляд умудренного жизнью и прожженного грага[7]. Цепкий взгляд без капли страха, все его движения, взгляд выдают опытного, даже не знаю, с кем сравнить, может… А вот, точно, вспомнил интенданта на нашем корабле. Был у нас во флоте майор. Сто лет ему было, вот похож, тот начинал абордажником, а стал… А, ладно, я ведь не об этом. Ну не смог я ему отказать, почему, не знаю! Да, и еще больше года он приходил, Ли тоже иногда помогала при разгрузке, но он ее в упор не видел. А сегодня вообще… Почему-то кажется мне, что мальчик этот еще нас удивит, не зря же Лао его взял в ученики. Он, если ты помнишь, вообще никого не брал никогда.

Все время, пока брат говорил, Лин только кивала головой и усмехалась.

– Вот, в принципе, вся история. А что ты хотела мне сообщить? Зачем позвала? – спросил Циан.

– Джиан, у этого мальчика индекс интеллекта – двести двадцать один, да еще и пси-активность имеется, не очень большая, правда! Что рот открыл! Харол[8] залетит! – смеясь, сказала Лин.

– Вот этого я точно не ожидал! Может, это оттого, что ему настучали по лбу, он и поумнел? Ха-ха!

– Да, травма головы была, но не настолько! Ну и что теперь? – спросила Лин.

– А что теперь… Подождем, пока закончится сеанс, и поговорим, – ответил Циан.

Спустя несколько минут тренькнул звонок, и капсула открылась. Сергей выбрался из капсулы, взял одежду, лежащую рядом с капсулой, оделся и вышел в кабинет доктора. Состояние его было феерическим, ничего не болело, хотелось кричать от удовольствия, и он улыбался во все свои 32 зуба.

– После капсулы всегда так, ты же первый раз, – проговорила Лин, смотря на довольного Сергея. – Проходи, присаживайся, поговорим.

– А вы знаете, – начал мистер Циан, – молодой человек, что у вас очень высокий индекс интеллекта, и это нетипично для малолетнего тупорылого бандита.

– Да, я догадывался! – откровенно ответил Серега. – И, как я понял, это произошло после драки, когда я упал на лестнице. Очнувшись, я начал как-то по-другому воспринимать окружающее.

Лин Сунь молча смотрела на парня, оценивая происходящее, а мистер Циан продолжил:

– У тебя индекс – двести двадцать один, это очень много, чтобы остаться незамеченным, и с этим что-то нужно делать. Ты осознаешь всю серьезность ситуации?

Сергей весь подобрался, глаза его потемнели, став темно-синими, он взглянул на мистера Циана, и тот отпрянул. Да, Сергей не сомневался в том, что индекс должен быть высоким, но чтоб так.

– Я прекрасно понимаю, мистер Циан, что, как только новость о моем индексе распространится, за мной начнется охота, – жестко, но не грубо проговорил Сергей, – и закончиться она может рабским ошейником или имплантом. И я предлагаю поступить так. Вы, госпожа Лин Сунь, делаете мне карточку ФПИ, ну, скажем, с индексом на сто двадцать. И все забывают о том, что у меня был такой высокий показатель, а я с сегодняшнего дня начинаю у вас работать, мистер Циан. Нужно же отработать лечение и не только. Да и к вам, мистер Циан, я ведь не просто так пришел. Кстати, госпожа Лин Сунь, а во сколько мне это влетело?

– Лечение обошлось тебе, Серж, а я буду звать тебя Сержем, мне это имя очень понравилось, в тысяча шестьсот пятьдесят кредитов, – ответила госпожа Лин Сунь, с улыбкой смотря на Джиана.

– А как моя просьба? Что скажете? – спросил Серж.

– Да все хорошо, противопоказаний нет. Можно делать!

– Спасибо, госпожа Лин Сунь, – поблагодарил парень, слегка поклонившись.

Госпожа Лин Сунь сказала, что у нее еще есть дела, и вышла, а Сергей и мистер Циан еще около получаса проговорили, после чего парень отправился в свой новый дом. На выходе из кабинета их ждала госпожа Лин Сунь; попрощавшись с Сергеем, она протянула ему карточку ФПИ. Сергей проверил индекс интеллекта, в ней была указана 121 единица.

«В самый раз», – про себя согласился Сергей.

Здание, в котором находилось помещение бара «Звездный дом», имело четыре этажа и большую территорию, огороженную бетонным забором. По углам были видны турели охраной системы. На охраняемой территории стояли ангары для техники и склады, во дворе находились два легких флаера и какая-то колесная техника. Здание являлось штаб-квартирой клана Циана. Первый этаж был производственный, второй – научный, третий – жилой, а четвертый являлся зоной отдыха для соклановцев и гостиницей для гостей клана.

Комната с прозрачным потолком и растениями находилась на последнем этаже в том же здании. В центре на подиуме стоял большой угловой диван, напротив него – три кресла в том же стиле, в центре – небольшой столик. За столом присутствовали шестеро, верхушка клана «Джинхэй». Отец Джиана, Лианг Циан, сидел на диване и слушал рассказ сына. Лиангу было 210 лет, и он уже давно передал сыну управление кланом, но на всех заседаниях всегда присутствовал.

Закончив рассказ о событиях, связанных с Ноуером, Джиан вопросительно посмотрел на присутствующих:

– Что скажете обо всем этом? Жду ваших предложений, замечаний! – произнес Джиан, взяв со стола стакан с напитком.

– Клану этот юноша очень интересен, с таким уровнем интеллекта у нас никого нет! Да и сам мальчишка весьма занимательный, – проговорила первой Лин Сунь.

– Возможно, не стоит принимать решение сейчас, а понаблюдать за ним. Время покажет! – высказался Лианг Циан.

– Хорошо, – кивнув, согласился с отцом Джиан. – Гуанг, приглядись к нему.

Клан продолжил обсуждение своих текущих дел.

Тем же вечером Сергей сидел с фонарем на лбу за столом в своем убежище и ел уже третий армейский сухпай, запивая его водой. План действий, который вынашивал Сергей в своей голове всю неделю, свершился, правда, совсем не так, как планировалось, а даже лучше, чем ему хотелось.

Сначала Сергей собирался просто устроиться работать в мастерскую к мистеру Чжимину хоть кем-то, потому как очень любил что-нибудь творить своими руками, а уже потом решил заполучить большее. В течение двух часов они пытались прийти к консенсусу, приводя к согласию будущие отношения, в итоге пришли к такому соглашению. Серж работает в мастерской мистера Чжимина четыре дня, выполняя ту или иную работу по желанию Лао, и два часа мастерская в распоряжении Сергея – занимайся своими делами, не вынося нечего за пределы ангара. Получает в день максимум 10 кредитов и премия, если таковая может быть, а в жизни может быть всякое. И разрешение пользоваться диваном, если придется задержаться, пищевым синтезатором, ну и, конечно, душем. Лао же учит пользоваться разнообразным оборудованием, делится своими профессиональными наработками, но это в будущем. И так в течение года, хотя все можно изменить по согласию сторон и в любой момент прекратить сотрудничество; на том и заключили договор, он уже был в планшете.

Планшет Сергей выкупает за две сотни кредитов. Мастерская открывается в восемь, Сергей может приходить с шести утра и уходить после закрытия – это в семь, на два часа позже. Обеспечивает себя всем Сергей за свой счет, ну и если понадобится что-то, мастер Лао поможет.