Владимир Синельников – Браслет Агасфера (страница 32)
— С чего ты взял, что он тебя облагодетельствовал? — хмыкнул Банн, когда Кир оказался способным сформулировать свои вопросы. — Ты же не знаешь, что тебя ждет впереди. Может, та же арена, только в другом месте. Каприз богатого человека, так сказать…
— Этого не может быть! — отверг предположение наставника Кир.
— Почему? — Банн с любопытством взглянул на него. — Обоснуй. А я, кстати, проверю, как ты усвоил курс логики.
— А что тут обосновывать? — улыбнулся Кир. — В ваших словах и кроется частичный ответ…
— Ну-ну…
— Все элементарно, — приступил к объяснению Кир. — Зачем богатому человеку, — а Дерек, несомненно, очень богат, — тратиться на обучение аренного раба? Мечом я умел махать и без исторических экскурсов, курсов логики и прочих наук. На арене не нужно такое доскональное знание ядов, что впихивал в меня на протяжении двадцати дней приезжавший сюда ваш коллега, и уж тем более необязательно знание животных и растений империи…
— А может, Дерек оригинал и предпочитает, чтобы раб умел не только махать мечом, но и вести философскую беседу?
— Оригинал здесь не совсем подходит, — покачал головой Кир, — более уместным будет придурок или совсем умалишенный… хотя при моем первом и последнем с ним разговоре он не произвел впечатления помешанного.
— Кто их знает, богатеев? — пожал плечами Банн, однако не стал настаивать на продолжении. Он частенько поступал так: требовал объяснения или доказательств чего-либо, вроде бы соглашался с выкладками ученика, но под занавес беседы одной или двумя репликами заставлял усомниться воспитуемого в правильности ответа.
В таких интеллектуальных разминках они проводили долгие холодные вечера. Вернее, разминался Кир. Банн, как много позже понял ученик, просто тестировал его на сообразительность, логическое мышление, интуицию… Причем делал это настолько незаметно и интересно, что ученик ждал ежевечерних бесед у натопленного камина с огромным нетерпением. А ответы наставника частенько ставили Кира в тупик, настолько они были оригинальны и своеобразны.
Вот и сегодня он в очередной раз огорошил Кира по поводу «Истории империи».
— А с чего ты взял, что находишься не в Ордене Кающихся? — полюбопытствовал Банн, когда Кир поделился своими мыслями о предполагаемой печальной судьбе книги и ее автора. — Тебе, кажется, никто не говорил, кому принадлежит поместье…
— Интуиция, — после недолгого молчания произнес Кир. — Я готов прозакладывать голову, что Дерек не имеет отношения к Ордену.
— Что такое интуиция? — тут же поинтересовался Банн.
— Умение делать правильные выводы при неполном, а порой и недостаточном объеме информации, — вспомнил одно из занятий Кир. — Иногда это называют еще дарениями свыше. Меня по ней оценили положительно.
— Правильно, — кивнул Банн. — Но меня сейчас не интересуют твои озарения ни сверху, ни снизу. Предоставь доказательства.
— Я буду основываться на тех сведениях, что получил во время занятий и из книг, — полуутвердительно-полувопросительно начал Кир.
Банн безразлично пожал плечами:
— Мне не важно, от чего ты будешь отталкиваться.
— Во-первых, я уверен, что с Орденом Кающихся имеется по крайней мере одна неразрешимая проблема, — приступил к доказательствам Кир. — И эта проблема заключается в задаче, стоящей перед Орденом, и том объеме власти, что доверен членам Ордена для ее решения.
Он взглянул на Банна. Наставник, никак не реагируя на слова ученика, задумчиво смотрел на пляшущее в камине пламя.
— Решение этой задачи, — продолжил Кир, — или обращение всех в единую веру в Творца и Вседержителя, несмотря на столь долгое время существования Ордена Кающихся, так и не было выполнено…
— С чего ты взял? — прервал его Банн. — Ее выполнил еще Орден Света на заре формирования империи.
— Уничтожение внешних атрибутов поклонения или разгром различных капищ, как их сейчас называют, еще ни о чем не говорит, — возразил Кир. — Все многочисленные верования и культы, существовавшие до появления Творца, ушли вглубь, в народ. А выкорчевать это гораздо труднее, чем штурмом взять храм и порубить головы безоружным жрецам.
— Доказательства, — потребовал Банн.
— Пожалуйста, — пожал плечами Кир. — Я не могу судить о свободных людях империи, потому как не знаком с этой стороной жизни, но в обществе рабов поклоняются и Сибу шелтов, и Древу дроков, и еще не одному десятку богов, объявленных ныне демонами и исчадиями Тьмы.
— Кого интересуют верования рабов? — чуть пренебрежительно спросил Банн.
— Бывает, что они выходят на волю. — Кир испытующе глянул на наставника, дабы убедиться, что он не шутит и вопрос задан вполне серьезно. — Как, например я. А бывает, общаются со свободными людьми империи… И потом, существует очень большой отряд надсмотрщиков, довольно плотно связанный с рабами и поневоле являющийся разносчиком идей, существующих на дне империи, которое на самом деле составляет ее фундамент…
— Постой, — Банн поднял руку, — мы не будем обсуждать проблему рабов и свободных людей, а также законы существующей власти. У тебя на данный момент другая задача.
— Так вот, возвращаясь к задаче Ордена, — продолжил Кир. — Еще Рахи Меронский указал на проблему Кающихся. И это противоречие не преодолено до сих пор. Я бы назвал это противоречием методов и веры. Орден чуть было не опустился до обычной шайки разбойников, пользуясь своей безнаказанностью. Пока в его руководство не начали назначать выходцев из другого ведомства — Ордена Света. Но паладины хороши при прямых военных действиях. А в жизни они страдают некой однобокостью именно благодаря фанатизму. Так они воспитаны. Пришельцы из Ордена Света навели дисциплину среди Кающихся, но в то же время они и ограничили деятельность Ордена. Теперь не каждый его член ринется сломя голову в какую-нибудь темную компанию. Если это окажутся обычные извращенцы, то кара настигнет и разоблачившего их члена Ордена Кающихся, потому как его задачей является не розыск убийц или совратителей малолетних, а поддержание в чистоте веры в единого Творца.
Кир замолчал и перевел дух. Банн все так же задумчиво продолжал смотреть в камин.
— И существование Ордена Кающихся до сих пор как раз и говорит о том, что задача, ради которой он создавался, так и не выполнена, — закончил Кир.
— Хорошо, — кивнул Банн и улыбнулся. — Ты доказал полезность существования Ордена Кающихся и величие задачи, стоящей перед ними, но не приблизился ни на шаг к решению той проблемы, что я обозначил в начале разговора.
— Без этого вступления было бы не совсем понятным мое следующее утверждение, — произнес Кир, внутренне ликуя, что наставник медленно, но верно двигается в направлении той логической ловушки, что он приготовил. — «История империи» Рахи Меронского как раз и является тем моим главным доказательством, что я нахожусь не в Ордене Кающихся.
— Почему? — недоуменно поднял брови Банн. — Врага надо знать в лицо.
— Но не до такой же степени, чтобы усомниться в собственной неправоте, — торжествующе улыбнулся Кир, завершая свое доказательство. — Одно упоминание в «Империи» о Харге и его мировоззрении чего стоит…
Орден Света и Орден Кающихся очень быстро загнали существовавшие среди многочисленных народов культы в подполье. Набиравшей силу империи не нужны были другие религии. Сколько в то время сгинуло людей, исторические хроники скромно умалчивают. И именно тогда необходимо было прекратить или хотя бы ограничить деятельность Орденов. Вера в Творца и Вседержителя стала главенствующей, и ослабленные и прореженные твердой рукой оставшиеся культы не могли принести ей особого вреда. Время довершило бы их исчезновение. Однако, к сожалению, все пошло совсем не так. Ибо карающие органы, созданные для одной определенной задачи, а именно — для уничтожения инакомыслящих, к тому времени превратились в довольно влиятельные и разветвленные структуры. И для того чтобы доказать свою полезность, им было необходимо найти цель, позволившую существовать и далее. И такая цель очень быстро нашлась. Потомки пришедших с Омером Завоевателем племен, с помощью которых он и создал империю, были объявлены носителями Тьмы, и начался новый виток гонений и репрессий, временами затрагивавший даже тех, кто прочно обосновался в элите империи.
Именно к тем временам, получившим в официальных хрониках название Войн за чистоту веры, и относится возникновение учения Харга.
По легенде, а все документальные источники были уничтожены, Харг какое-то время руководил одним из подразделений Ордена Кающихся, а значит, пришел туда из Ордена Света. И именно узколобому фанатику веры, а иначе паладинов Света в приватных разговорах и не называли, суждено было создать учение, против которого оказалась бессильна все карающая мощь империи и которое, испытывая беспрестанные гонения, просуществовало до наших дней и имело не меньше тайных последователей, чем официальная вера в единого Творца. Оно явилось, по сути, творческой переработкой Откровений Пророка Света и в своей основе имело одну-единственную мысль: «Если Свет создан из Тьмы и нет Тьмы без Света, а Света без Тьмы, стоит ли искоренять без остатка Тьму? Может, лучше научиться жить в мире и со Светом, и с Тьмой?..»