Владимир Симаков – Все хотели мира. Пьесы (страница 30)
Не смущают ничью совесть.
М у р а т о в. Не возглавишь ли трибунал,
Чтоб меня обвинить как труса?
О. В л а д и м и р. На высокий сей пьедестал,
Вот те крест и слово – не рвусь я.
Мне не позволяет мой сан
Осуждать поступки людские…
Потому суди уже сам
Ты грехи свои и чужие…
Справедлив ли наш суд сплеча?
Для погибших нет воскрешенья.
Ну а тем, кто помог палачам,
Нет прощенья и искупленья.
Где бы каждого повеличать,
Пока их тела не остыли,
Мы готовы всех обвенчать
Во всеобщей братской могиле…
В мир иной распахнута дверь,
Кто придет к победному пиру?
После стольких людских потерь
Кто упьется победой Пирра?
Не хотим людей убеждать —
Все решаем бездумной силой.
И готовы только стрелять
И копать, и множить могилы…
М у р а т о в (Анне). Не Василий твой там лежит —
Среди прочих из эшелона?
А н н а. Как лежит? Где лежит? Убит?
М у р а т о в. Старшим был он в отряде ЧОНа…
А н н а. Как же он-то сюда попал?
О. В л а д и м и р. Значит, он был послан с отрядом,
Но Муратов бросил вокзал,
И Василий попал в засаду…
(Отходит).
А н н а. Вот она, расплата за грех?
Неужели виновна одна я?
И теперь казниться за всех
До конца своих дней должна я?
М у р а т о в. Не хватает ни слез, ни слов,
Чтобы высказать наше горе —
Горе братьев, сирот и вдов,
Беззащитных в житейском море…
Мы не знаем многих имен
Тех, кого в ту ночь расстреляли
Из отвергнутых нами времен
Набежавшие волчьей стаей.
Нам приходится хоронить
Счастью общему преданных самых
И уже своими делами.
Их мечты в нашей жизни свершить
Сохранить удастся ли нам
В зыбкой памяти это мгновенье,
Передать грядущим векам
Наше к вечности прикосновенье?
З а т е м н е н и е.