Владимир Шорохов – Гаюс (страница 5)
– Ваша страховка это не позволяет, мы и так перерасходовали квоты, ну сами посудите, полспины зашьём, а половину оставим?
– Почему страховка не позволяет? Я же полицейский!
– Ничего не знаю, на момент взрыва, вы уже были не на работе, это подтвердили в вашем департаменте полиции. А значит страховка от увечий на работе на вас не распространяется, но мы можем вам дать частичный кредит и кое–что восстановить.
– Частичный? Почему неполный? – дышать было больно, он лежал на животе и не видел лица доктора.
– После взрыва ваш социальный статус упал, а соответственно и кредитоспособность тоже.
– Насколько он упал?
– 120, извините за такие новости, но это катастрофа.
– Да, – прошипел Виктор, понимая, что ему не поднять статус даже на двадцать пунктов.
– Ну что, вы согласны на частичный кредит? Если да, то мы сейчас всё оформим и приступим.
Виктор злился на себя, что активировал конец смены и что бы он сейчас не делал, доказывая, что был в патрульной машине, а значит на работе, – всё бесполезно. Он молча согласился, ему надо подняться с больничной койки, а когда вернётся на работу возьмёт дополнительное дело и перекроет кредит.
* * *
Как только поступил сигнал о теракте, на место взрыва прибыла команда медиков. Многие тела были разорваны, – от них мало, что осталось, даже водитель робот–полицейский, сидевший на водительском месте, вышел из строя. Дональду повезло, – обшивка машины защитила его от полного уничтожения. Тело почти все выгорело, а мозг, спрятанный под титановой оболочкой, ещё подавал признаки жизни.
– Грузим его! – приказал медик и тут же искорёженное тело Дональда погрузили в реамобильную камеру.
– Его не спасти, – сказал медицинский робот.
– И не надо, приступаем к сканированию мозга, приготовится к записи.
От полученных повреждений память Дональда была неполной, но Элоре, что отвечала за формирование новой памяти, этого и не нужно было. Остатки тела Дональда доставили в институт. Их тут же погрузили в гель, чтобы мозг не погиб от болевого шока. Механические руки вскрыли обугленную черепную коробку, появилась серая плоть мозга. Через несколько минут уже были установлены датчики и процесс записи памяти начался.
Гаюс уже начала формировать первичные воспоминания. В её искусственном сознании хранились воспоминания нескольких десятков миллионов людей. Она разбивала их по полу, возрасту, месту проживания, религии, национальности. Затем по годам, увлечениям, болезням и профессиональным навыкам, которые уже были у пациента. Так постепенно, будто это огромный пазл, Гаюс прописала новую память. Теперь Дональд не родился в городе людей. Он не дрался на улицах и не воровал чужие тела, чтобы отремонтировать своё. У него была любимая мать, которая скончалась несколько лет назад и передала по наследству маленький магазин, располагавшийся на улице Рижская. Это был семейный бизнес, прабабка Степанида была эмигранткой с центральной Америки. Она много лет прожила в Мексике, где в штате Веракрус, выращивали кофе. Она была уже старой и, решив вернутся на родину, построила магазин, где вот уже второй век варили шоколад и продавали конфеты.
Дональду прописали новые воспоминания: в них он был одинок, молод и здоров. Осталось только доставить тело в магазин и активировать его.
* * *
Виктору провели не один десяток операций, во что это ему обошлось, он даже не хотел думать. Сумма колоссальная и если повезёт, то сможет лет за пять перекрыть долг перед больницей. Но, вернувшись в следственный комитет, он узнал, что его уволили за профнепригодность.
– Как?! – взревел мужчина. Он и раньше–то был не высокого роста, а после операции вообще стал похож на карлика.
– Вы как старший офицер должны были приказать доставить задержанного в участок, но вместо этого, вы доверили всю операцию механическим дронам. Задержанный погиб.
– Это не моя вина, откуда я мог знать, что будет второй взрыв? – возмутился Виктор. – Я отстранён?
– Нет, вы уволены без права на восстановление.
Что–то подобное он ожидал, для видимости повозмущался, даже пару раз пнул кресло, и только когда окончательно его отказали восстановить на работе, не сдержался и разбил графин.
– Проклятье! – выругался и вышел из кабинета. – Что уставилась?! – крикнул он блондинке, у которой от натурального тела, кроме груди, ничего не осталось.
– Мне жаль, – пропищала она.
– Ей видите ли жаль, а мне теперь что делать?!
Он знал только одно: надо срочно устроится на работу. Ведь в конце месяца надо гасить первый транш по кредиту, а у него на счете не густо. Он всю неделю только тем и занимался, что рассылал своё резюме, но кому нужен калека чуть выше стола, да еще с такой низкой социальной активностью. Предложения конечно же были, но то, что ему предлагали в качестве оклада, хватало только на покрытие кредита, а ему надо ещё платить за квартиру и чем–то питаться.
– Вы не против, если я присяду? – к столику подошёл молодой человек с подносом.
Виктор не ответил, только молча кивнул. Он уже успел заметить, что руки мужчины натуральные, так же как идеально выбритое лицо. «Неужели в наше время ещё встречаются натуралы без изменения?» – подумал и, разорвав пакет с сахаром, высыпал его в стакан с черной жидкостью, которую все называют – кофе.
– Спасибо, похоже день не задался?
– Похоже на то, – огрызнулся Виктор. «Если у него тело натуральное, значит из богатых, но что ему делать в этом дешёвом кафе?» – Что вам надо?
– Хочу предложить работу. Я знаю кто вы, знаю ваши финансовые затруднения и знаю, что вас несправедливо уволили. Но я пришел не это вам сказать, а то, что могу дать вам хорошее тело, не хуже, чем моё.
– Что ещё скажем, – с сарказмом в голосе спросил Виктор.
Он хорошо знал, что люди меняют свои тела, видел настолько идеальные, что словно скульптуры, но ему ни разу не довелось видеть живых тел.
– Отнеситесь к моему предложению серьёзно, я не намерен вводить вас в заблуждение. Ваше тело умирает и даже те операции, что вам сделали, дают отсрочку на десять, максимум пятнадцать лет. Я же вам предлагаю выход.
– С чего бы это? – он и сам понимал, что кредита не хватило бы на полное восстановление тела.
– Мы набираем добровольцев в экспериментальный проект. Пока не могу вам раскрыть всех деталей, если согласитесь, то поймёте почему. Но сейчас, – тут мужчина протянул небольшой планшет и Виктор увидел номер своего счёта, – мы погасили ваш кредит. Это сделано для того, что бы вы поверили в наши серьёзные намерения.
– Убивать, грабить, насиловать или взрывать? – пошутив, спросил мужчину Виктор.
– Ничего подобного, вы будете выполнять ту же работу, что и до этого, но в другом городе.
– Где?
– Тосно, – коротко сказал мужчина и, убрав планшет, взял стакан с чёрной жидкостью.
3. Мы набираем добровольцев
Дональд обзвонился, но Олег и его придурок Стас так и не появились. А ему срочно нужны детали. Дыхательный клапан вот–вот выйдет из строя, а запасная батарея от жизнеобеспечения уже перестала работать, а это значит, что тело на издыхании. Ничего другого не оставалось, – пусть рискованно, но выйти на след–манекен одному. Дональд долго шлялся по улицам. Если простого человека он мог завалить, то с биомеханикой обстояло всё намного сложней. И всё же из десятка возможных претендентов он выделил одного, как считал, офисного планктона. С ними проще, если даже их мышцы стальные, то мозги мягкие, они не могли защищаться, готовы были откупиться лишь бы не повредить обшивку тела.
– Вот он, – прошептал Дональд и, словно на прогулке, последовал за высоким мужчиной в старомодном котелке. «Сперва вырублю, – тут он сжал кулак с кастетом, – удар по шее выведут нервные каналы рук, а с ногами я после разберусь. Затем у меня минута, пока не перезагрузится блок контроля, за это время надо открутить нагрудный щиток и отключить предохранитель, а затем…»
Он всё предусмотрел, и когда манекен вошёл в лифт, Дональд нанёс удар. Кабинка тронулась. Он сразу нажал кнопку экстренной остановки и, нагнувшись над получеловеком, приступил к работе. Пальцы орудовали быстро, механическая отвёртка уже вскрыла щиток и лифт тронулся.
– Какого чёрта! – ругаясь, он ещё раз нажал на кнопку «стоп», но кабинка не остановилась. – Проклятье!
Теперь он понял, что влип, похоже в здании был установлен «умный дом»: машинные мозги проанализировали кто вошёл, считал их чипы идентификации, один оказался не зарегистрированным в доме, а после остановки лифта решил взять всё под контроль.
– Проклятье!
Дональд спрятал инструмент, потряс за плечи манекен, но тот похоже капитально отрубился. В этот момент открылись дверки лифта.
– Ему похоже плохо, – сказал он, увидев невысокого мужчину.
– Вы арестованы!
– За что? Он упал, а я…
– Вы арестованы за покушение на жизнь, – ещё раз сказал мужчина и уже достал наручники.
– Да я же…
Мужчина не стал слушать оправдание. Он влетел в кабинку лифта и, как паук, набрасывающийся на жертву, обхватил его своими короткими ручонками. Дональд думал бежать, но щелчок на лодыжке отключил нервные сигналы на его ноге.
– За что?! – взревел он и стал падать на пол.
– Вы задержаны до выяснения обстоятельств. Патруль и реамобиль уже выехали. Советую вам не сопротивляться и признать вину по статье «посягательство на жизнь».