Владимир Шитов – Я выбрал путь смерти (страница 45)

После того как Могила ушёл, друзья, не задерживаясь ни на минуту, уехали с места встречи.

И Волчий Ветер, и Чумной понимали, что, доверившись нечистоплотным в моральном отношении людям, они сильно рисковали, так как фактически добровольно явились в приготовленную для них западню. Конечно, если бы боевики Спицы действительно попытались их захватить, то с учётом имеющегося у наших героев огнестрельного оружия и боевого опыта злоумышленники встретили бы достойное сопротивление, и в результате много было бы трупов, так что вряд ли преступники добились бы своей цели.

В любом случае, избежав вооружённой конфронтации с боевиками Спицы, друзья были довольны результатом встречи с Дианой и её любовником. Теперь они убедились, что риск был оправданным и не идти на него было нельзя.

Отъехав от места встречи несколько кварталов и убедившись по привычке, что за ними нет хвоста, Чумной, прерывая затянувшееся молчание, спросил своего друга:

— Те адреса, что тебе дал мужик, не могут оказаться туфтовыми?

— Не должны.

— Может, проедемся по ним и проверим, обманул он нас или нет? — предложил Чумной.

— Сегодня поздно приступать к проверке, подождём до завтра. Теперь мы все равно не сможем изменить полученный результат.

— Как ты думаешь, они нас не накрыли?

— Если верить той откровенности, с какой к нам отнеслись продавцы секрета, то обмана с их стороны не должно быть.

— А вдруг они просто смогли артистично с нами потолковать, войти в доверие и таким путём нас обмануть? — предположил Чумной.

— Такая версия тоже имеет право на жизнь, пока мы её не проверим. Если они нас обманули, значит, я в людях не разбираюсь и мы с тобой встречались не с воришками, а с профессиональными артистами.

— Ну, если даже ты за них встал горой, то я начинаю верить, что они нам продали настоящий, незалежалый товар.

Волчьему Ветру и Чумному понадобился всего лишь день, чтобы убедиться: Диана и её друг их не обманули и дали верные координаты Ксении Загорулько.

Они тайно сфотографировали Загорулько, чтобы иметь возможность показать фотографию Транквиллинову.

Наперёд зная, что их шефа будет интересовать человек, на содержании у которого находится девушка, они через его соседей по даче установили, что это Август Петрович Тавурдинов, новый русский, владелец крупного универсама.

Как всегда, к концу рабочего дня, когда Транквиллинов решил все текущие производственные задачи, друзья пришли к нему в кабинет и рассказали о результатах своей работы.

Выслушав их, Транквиллинов задумчиво произнёс:

— Ну, с Ксенией Загорулько мне все понятно. Это слишком примитивный человек, надо себя не уважать, чтобы о ней долго говорить. Но что собой представляет Тавурдинов? Его личность для меня пока загадка.

— Мы хотели заняться выяснением его личности, но, подумав, пришли к выводу, что с вашими возможностями, связями и положением вы о нем сами узнаете больше, чем мы, — промолвил Волчий Ветер.

— Скромничать перед вами не буду. Вы верно рассудили. Его разработку я возьму на себя, — согласился с его мнением Транквиллинов.

Отпуская Волчьего Ветра и Чумного после беседы и пожимая им руки, Транквиллинов сказал:

— С завтрашнего утра вы снова поступаете ко мне для охраны.

Глава 3

Проблемы Транквиллинова

В «Евпорбанке» имелся целый юридический отдел, любой сотрудник которого с удовольствием согласился бы дать своему генеральному директору исчерпывающую юридическую консультацию по интересующему его вопросу. Но Транквиллинов не желал у них консультироваться по своим личным делам, так как не хотел, чтобы сотрудники о его частной жизни знали больше, чем им было положено. Поэтому после долгого размышления Транквиллинов пришёл к выводу, что лучше всего ему со всеми своими проблемами обратиться в Транспортную прокуратуру к старшему следователю Стукало, занимавшемуся расследованием уголовного дела по факту покушения на убийство его, Транквиллинова, в поезде Адлер — Санкт-Петербург.

После установления места жительства Ксении Загорулько и беседы с Волчьим Ветром Транквиллинов по телефону связался со старшим следователем Стукало и договорился с ним о встрече на следующий день в десять часов тридцать минут.

Со Стукало Транквиллинов познакомился, когда тот проводил расследование уголовного дела, по которому он вместе с Махновским проходили в качестве потерпевших. С того времени между ними сложились хорошие, ненавязчивые деловые отношения, которые ни одной стороне не были в тягость.

Встретившись со Стукало в оговорённое время, обменявшись рукопожатиями, они присели на полумягкие стулья напротив друг друга за столом и повели беседу. Так как инициатором встречи был Транквиллинов, то он взял инициативу разговора со Стукало на себя:

— Алексей Михайлович, я вам ранее уже говорил, что, помимо покушения на мою жизнь в поезде, на меня такое же покушение было совершено в Сочи.

— Помню такой разговор, — подтвердил Стукало.

— Чтобы меня легче было убить, одна соблазнительница сумела меня обманным путём одного, без телохранителей, выманить из Сочи в Красную Поляну, где перестала притворяться, ушла от меня якобы к своему парню, которого любила. Этот парень в поезде покушался на мою жизнь, но его самого убил Махновский. В Сочи следственные органы пытались найти эту соблазнительницу и допросить, но не смогли. В день покушения она покинула санаторий «Зелёная роща». Милиция не смогла её найти и допросить потому, что она жила в санатории по фальшивому паспорту, в котором верным было только её имя.

Ни работникам милиции Сочи, ни вам не удалось выйти на заказчиков преступления. Вчера мои люди установили личность разыскиваемой вами девушки, более того, я теперь знаю, где она живёт. Не могли бы вы подключиться к работе с ней?

— Что вы, Тарас Кондратьевич, подразумеваете под такой работой?

— Задержать, допросить, узнать, на кого она работала, кто был заказчиком моего убийства.

— Так круто мы с ней поступить не можем, — категорично «обрадовал» его Стукало.

— Почему? — удивился Транквиллинов.

— Потому что по прекращённому нами уголовному делу ваша знакомая не проходит ни как свидетель, ни как подозреваемый. По этой простой причине у нас не будет законных оснований ни для возобновления следствия по прекращённому уголовному делу, ни тем более для её допроса по нему.

— Так что, выходит, я зря к вам обратился за помощью?

— Выходит, что так, на данный момент. Однако в жизни ничего невозможного нет. Так и в случае, касающемся вас. Только нам придётся пройти через массу формальностей.

— О каких формальностях, Алексей Михайлович, может идти речь, когда я вам нашёл соучастницу тяжкого преступления? — возмутился Транквиллинов.

— Это, Тарас Кондратьевич, с вашей колокольни сложившаяся ситуация кажется такой простой и понятной, тогда как для нас, юристов, она словно дремучий лес.

— В чем заключаются ваши проблемы? Я имею в виду, в отношении моей знакомой?

— С какой стати я должен буду допрашивать вашу знакомую, да тем более задерживать, если у нас на неё нет никакого компромата?

— Я же вам его только что дал!

— К прекращённому уголовному делу он не имеет никакого отношения, поэтому информация в отношении вашей знакомой не может служить основанием для возобновления расследования по делу и допроса по нему интересующего вас лица. Сейчас многие чины разных учреждений как хотят, так и нарушают закон, но если такую вольность допустят работники прокуратуры, то им не сносить головы.

— Я не слишком хорошо разбираюсь в юриспруденции, возможно, вы, со своей стороны, и верно рассуждаете. Но я не верю, что мы к преступнику не имеем законного доступа, чтобы допросить его и установить истину.

— Я с вами солидарен, поэтому согласен помочь, но перед тем как смогу официально начать вам помогать, мне придётся решить кучу формальностей, а это займёт много дней.

— О каких формальностях вы говорите? — спросил Транквиллинов.

— Мне придётся запросить из Сочи приостановленное уголовное дело, возбуждённое там по касающемуся вас факту. Я должен его изучить, найти основания для присоединения его к своему уголовному делу, по которому мне придётся возобновить расследование. Только тогда у нас появятся основания для дополнительного расследования по делу.

— Так давайте, Алексей Михайлович, будем это делать, — как утопающий хватаясь за соломинку, с надеждой в голосе попросил Транквиллинов.

— Вы представляете, Тарас Кондратьевич, на что вы меня толкаете? А вдруг все ваши подозрения подтвердятся мафии, распутывая который я могу себе голову сломать?! — осторожно заметил Стукало.

— А как иначе, без риска и профессионализма, можно завоевать уважение общества, высокую оценку своего мастерства у начальства? Никак!

Следователи прокуратуры относятся к исключительно подготовленной, профессионально грамотной части юристов, способных и обязанных расследовать сложные, запутанные преступления. Как правило, они со своей работой успешно справляются.

Любому уважающему себя следователю прокуратуры хотелось бы получить запутанное, сложное уголовное дело, завершить расследование по нему составлением обвинительного заключения и направлением дела в суд. Но коррумпированность вышестоящих руководителей, мешающих нормальной работе следователей, работников суда, предвзято, с оправдательным уклоном рассматривающих в суде такие дела, добросовестную работу следователей по ставшим очевидным, доказанным преступлениям часто сводят на нет.