Владимир Шитов – Опасные заложники (страница 87)

Три месяца, проведенные членами экспедиции в открытом и действующем музее, дали им возможность получить ответы на многие вопросы, приобрести много уникальных, ценных для науки экспонатов, понять и изложить методику производства орудий труда и быта. Но никто из ученых, за исключением Буне, так и не научился, как индейцы, читать мысли другого на расстоянии. Уникальность такого явления так и осталась для них неразгаданной.

Помощь индейцам со стороны членов экспедиции в переходе на более высокую ступень развития была реальной и вполне ощутимой. Индейцы поняли, что пришельцы пришли к ним с добром, и платили им тем же самым с детской откровенностью и теплотой.

Когда пришло время расставаться, то у многих на лицах были слезы горечи от предстоящей разлуки. Фредерик Буне обещал Меткому Томагавку дважды в год прилетать вместе с Домеником Юргенсом для поддержания связи и оказания различной помощи, в которой индейцы будут нуждаться, но это все равно не облегчило горечи разлуки.

Члены экспедиции невольно чувствовали себя виноватыми. Они, улетая в двадцать первый век со всеми "его достижениями, оставляли жить в первобытно-общинном строе огромную массу людей, тем самым обрекая их на лишения, неудобства, трудную борьбу с природой.

Глава ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Главарь самого могущественного филадельфийского мафиозного клана Гарри Верчилино по кличке Смешной опаздывал на встречу с одним из своих лейтенантов Вилли Беконом по кличке Мясник. Встреча была назначена на десять часов утра, а уже была половина одиннадцатого. Он не очень переживал за свою непунктуальность, но встреча должна была состояться по крайне интересующему его вопросу, поэтому Смешной спешил. Опустив свой спортивный вертолет на крышу шестидесятисемиэтажного небоскреба, он по скоростному лифту опустился к себе в офис и зашел в него через потайную дверь. На экране видеомонитора он увидел ожидавшего его в приемной Мясника.

Сорокалетний, высокого роста стокилограммовый здоровяк, разваляет, в кресле, с деланным безразличием посматривал на смазливую секретаршу Веду Шток, невысокую, изящную двадцатилетнюю девушку, любовницу шефа. Избегая неприятностей, Мясник не шутил с ней и старался даже не разговаривать, чтобы, не дай Бог, не навлечь на себя гнев Смешного. Довольный результатами наблюдения, Смешной уселся в кресло и звонком вызвал к себе Веду. Она подпорхнула к нему, подставив щеку для поцелуя. Смешной провел рукой по ее круглым бедрам.

— Крошка, скажи этому борову, пускай заходит ко мне, — распорядился он.

Зайдя в кабинет шефа, Мясник в который раз поразился его тщедушности; перед ним сидел невысокий пятидесятилетий молодящийся мужичок с выкрашенными в черный цвет редкими волосами. Видя, как Смешной корчит из себя господина, Мясник с раздражением подумал: "Если бы я тебя, сморчок, хоть раз двинул по кумполу, то от тебя не осталось бы и мокрого места". Но вслух он сказал совсем иное:

— Добрый день, шеф!

— Добрый, Вилли, если не шутишь, — небрежно ответил Смешной.

— Разве я позволял себе когда-нибудь шутить с вами? — заметил осторожно Мясник.

— Да пока вроде бы не замечалось, — успокоил его Смешной. Подвинув своему подручному газету "Глобус", он пробурчал: — За стрельбой читать еще не разучился?

— Да пока нет, — оскалив рог в улыбке, ответил Мясник.

— Тогда прочитай статью "Затерянный мир", а потом мы с тобой поговорим.

Мясник прочитал статью, из которой узнал об удивительном племени индейцев, обнаруженном в дебрях Амазонки и живущем в каменном веке, о способности его членов общаться между собой на расстоянии, воспринимая импульсы, посылаемые одним другому.

Прочитав газету, Мясник сложил ее и недоуменно посмотрел на своего шефа. Тот, довольно потерев ладони, поинтересовался:

— Ничего не хочешь сказать и предложить в отношении этих детей природы?

— Не понял юмора, — недоуменно пожал плечами Мясник.

— Человек, живущий без фантазии, — ущербный человек. Ты ото запомни, — нравоучительно произнес Смешной. — Представь, что из этого племени человек тридцать девчат. Одна, секретарша, читала бы мысли моей кодлы, чтоб я знал, кто чем дышит и мог вовремя освободиться от зажравшихся волков. Другие индианки занимались бы обслуживанием пас. Представь, мы сидим на совещании с братьями из других кланов, а наши девушки приносят каждому ту еду, которую он хочет, и готовы удовлетворить его той лаской, о какой только подумает наш брат. На такой товар у нас будет большой круг покупателей, которые не постоят за ценой. Такой сделкой мы неплохо обогатимся, завоюем уважение друзей по совместной работе. Конечно, самых красивых индианок мы оставим себе, — мечтательно закончил Смешной.

— Само собой разумеется, — улыбнулся Мясник, завороженный описанной перспективой и теперь сам ее развивая: — Сейчас: нашего брата практически трудно чем-либо удивить, а мы можем и удивить, и свое дело выгодно провернуть. На наших смуглянок найдутся покупатели и среди избранных мира сего, которые любят экзотику и все необычное. Надо будет, мы вновь смотаемся к этим дикарям и вновь пополним там свой запас. Время придет, мы и мальчикам найдем применение, — хохотнув, заметил он.

Смешной ничего не имел против этого.

— Ну шеф, у тебя и нюх на зелененькие! — продолжал Мясник. — Но как нам найти это племя? В газете не говорится о точном месте его нахождения. Легче иголку найти в стоге сна, чем племя в дебрях Амазонки, — теряя оживление, озабоченно пробурчал он в заключение.

Налюбовавшись растерянностью своего помощника, Смешной решил успокоить его:

— Индейское племя не надо искать, оно уже найдено, осталось только лететь туда и брать их тепленькими. Думаешь, я не подготовившись начал бы строить прожекты, чтобы поймать журавля в небе?

— И как это у вас получилось? — восхищенно спросил Мясник.

— Один мой дружок запустил в космос коммерческий спутник. Я его попросил исполнить "небольшую мою просьбу", — сфотографировать по квадратам всю неисследованную часть Амазонки, ну а остальное, как говорится, и выеденного яйца не стоит. Вот посмотри, как выглядит их лагерь. — Смешной небрежно бросил на стол перед Мясником несколько фотоснимков.

Мясник, внимательно ознакомившись с фотоснимками, убедился, что до беседы с ним Смешному пришлось немало потрудиться. И потратиться тоже, так как задаром ни один "дружок" такую уникальную работу не согласился бы выполнить.

Смешной, убрав снимки в стол, заметил:

— Наши люди должны немедленно начать выкачивать "товар" из сельвы. Не исключено, что не только мы положили на него глаз. Если замешкаемся, то можем и опоздать.

— Есть основания подозревать, что у нас появились конкуренты? — обеспокоенно поинтересовался Мясник.

— Пока нет, но никакой гарантии, что они не появятся, никто не даст,

— Конечно! — согласился Мясник, несколько успокаиваясь,

— Кому поручим провернуть это дельце? — закуривая сигару и выпуская дым изо рта, прошамкал Смешной.

— Если можно, то я бы хотел сам взяться за это дело, — с хищным блеском в глазах предложил свои услуги Мясник, надеясь отхватить себе самый красивый экземпляр экзотического товара.

Смешной сразу понял корыстную заинтересованность Мясника и заметил:

— Такую пустяковую операцию может выполнить любой смертный. Стоит ли тебе отвлекаться на мелочь?

— Я с вами согласен, шеф, что ото пустяковая операция, но я никогда не был в сельве, не видел ее природы, и если вы меня туда не пошлете, то возможно, уже никогда не подвернется случай побывать в такой экзотике.

— Если так, бери в свои руки все дело и проворачивай, — позволил Смешной, вновь довольно потерев ладони. Еще бы, его план принял живые очертания и есть кому приступить к его осуществлению.

— Сколько дикарок привезти первым рейсом? — деловито поинтересовался Мясник.

— Полетите туда на двух вертолетах. Для самолетов пока там посадочных площадок не оборудовано, — улыбнувшись, заметил Смешной. — В одном вертолете полетят охотники, в другой можете набить столько девиц, сколько он сможет поднять. Да, едва не забыл предупредить, чтобы девственниц не портили и старайтесь выбирать смазливых. Кто допустит вольность в отношении моего товара, будет подвергнут штрафу в десять тысяч долларов и физическому наказанию, я его еще не придумал, но у ослушника впредь вообще пропадет желание интересоваться женским полом.

— Не беспокойся, шеф. На всякий случай я сделаю парням такое внушение, что никто из них не посмеет лихачить.

Глава ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

Два транспортных вертолета с сорока вооруженными до зубов гангстерами погожим солнечным утром разорвали тишину над небом индейского лагеря, где вождем был Меткий Томагавк. Зависнув над лагерем, выбирая место для приземления, пилот вертолета, в котором находился Мясник, обратил его внимание на то, что индейцы как напуганная стая воробьев стали покидать с вои жилища и разбегаться, скрываясь в сельве, не забыв прихватить с собой оружие. Кроме копий, луков, томагавков, у некоторых из них Мясник видел в руках винтовки.

— Тоже мне вояки, — пренебрежительно бросил Мясник пилоту. — Ты бы меньше на них глаза пялил, а быстрее приземлялся.

— Мое дело петушиное, прокукарекал да и ладно, будет развидняться или нет, меня не касается.

— Закрой рот и делай свое дело, еще не хватало, чтобы я с тобой разговаривал, — окрысился Мясник.