Владимир Шитов – Опасные заложники (страница 70)

— Франсуаза, радость моя, разве я могу и посмею когда-либо запятнать нашу любовь, которой выпала такая жестокая проверка, —  успокоил он ее.

— Ну вот, опять ты меня расстроил. — Подумав, она предложила: — Пусть этот день будет и помолвкой, и свадьбой?

Задумавшись на мгновение, он бросил:

— А почему бы и нет? Нам теперь придется спешить жить.

— Мы теперь спать будем вместе. Я так понимаю? — хитро улыбнувшись, поинтересовалась она.

— Если ты так понимаешь, то и я так считаю. Только спать вместе нам вряд ли придется. Ты уедешь в лагерь индейцев, а я с Иноко остаюсь здесь, — напомнил он ей.

Беззаботно рассмеявшись, Франсуаза заявила:

— Ты меня не смеши этими пустяковыми проблемами. У меня такой муж, что если захочет меня увидеть, то легко может взять откуда угодно и доставить куда ему вздумается…

Они оба рассмеялись, поняв, что разлука для них не такое уж непреодолимое препятствие…

В течение двух дней в военный городок были доставлены специалисты разных областей медицинских знаний с соответствующим оборудованием. Они подвергли ученых группы Кажакина всестороннему глубокому исследованию со взятием различных проб и анализов. К своему удивлению, никаких внутренних изменений в организме ученых медики не обнаружили, только выявили истощение нервной системы, нуждающейся в отдыхе от повседневных перегрузок, понижение температуры тела до тридцати пяти градусов и пониженное артериальное давление. Такому феномену они не могли найти объяснение. Никакие лекарства и препараты не могли изменить ни один из этих показателей в лучшую сторону. Организм ученых на них не реагировал и просто игнорировал. Врачи с сожалением были вынуждены признать свое бессилие перед новой болезнью, не найдя ей ни объяснения, ни названия, но понимая, что земляне могут в любое время потерять уникальную плеяду ученых, ставших заложниками болезни, которая их практически не беспокоила и редко когда напоминала о себе.

Ученым не надо было выслушивать от медиков результаты исследований. Они сами прочитали в их головах неутешительные для себя выводы, удивив медиков своими способностями и покорив своей эрудицией.

Вернувшись к себе на базу, ученые решили, что пока живы, должны продолжать начатое дело. Они понимали, что если не помогут человечеству своими знаниями и опытом, то землянам понадобится несколько лет, чтобы вновь создать такую же дружную и боевую команду, тогда как нападение гарибалли (пришельцев) на жителей Земли могло быть уже в текущем году.

Будучи людьми высокого гражданского долга, ученые, вместо того, чтобы удариться в панику и растеряться от свалившегося на них личного горя, стали более интенсивно работать в интересах всего человечества.

Являясь заложниками гарибалли, не зная, когда наступит их смерть, ученые предпринимали все возможные меры, чтобы с жителями Земли не случилась такая трагедия, которая постигла их. Работа стала смыслом их жизни, но в борьбе с гарибалли они шли вперед по неведомой тропе войны и не знали, куда она может их привести. Как бы там ни было, эта война обреченных на смерть людей была бескомпромиссной и стала смыслом их жизни.

Глава ОДИННАДЦАТАЯ

В связи с ожидавшимся визитом инопланетян бразильское правительство согласилось с мнением ученых, что пока целесообразно воздержаться от организации научной экспедиции к индейцам, в сельву Амазонки, с целью изучения их жизни и быта. Поэтому индейцы продолжали жить своей размеренной жизнью, своим укладом. Вновь избранный шаман Койот категорически отказался жить в доме бывшего лжешамана на том основании, что дом осквернен нечистой силой, которая будет ему препятствовать в предсказании будущего, лечении соплеменников и выполнении других его обязанностей. Его довод был настолько убедительным для индейцев, что ни у одного из них не вызвала сомнения необходимость постройки Койоту нового дома. Он был построен в середине лагеря. Как пояснил токую необходимость Койот — для того, чтобы он как можно быстрее имел возможность прийти на помощь каждому страждущему. И этот довод вождь и старейшины признали убедительным. Фактически же Койот преследовал совсем иные цели: будучи от природы трусливым, он боялся жить на краю индейского лагеря, тогда как в центре его чувствовал себя в безопасности.

Если шаман Койот боялся вселяться в дом своего предшественника, то уж простые индейцы старались его обходить стороной. Тем легче было душам четырех ученых обжить брошенный дом.

Все радиотелескопы мира работали круглосуточно и прощупывали космос своими радиосигналами, чтобы попытаться своевременно предупредить ученых о приближении космического корабля с инопланетянами. Друзья Кажакина, не полагаясь на научные достижения землян, также установили круглосуточное дежурство, неукоснительно соблюдая дисциплину, понимая, что может последовать, если они к своим обязанностям отнесутся халатно.

Только Франсуазе как невесте-жене Кажакина они делали послабление в работе. Она для них была объектом внимания, доброты и нежности, а поэтому все гили навстречу ее желаниям, капризам, получая от этого не меньше удовольствия, чем она сама. Однако они поставили условие, что ее отлучки будут не частыми, в обеденное время, и продолжительностью не более четь, грех часов. Они считали, что в такое время появление инопланетян менее всего вероятно.

Наземные и космические службы наблюдения, к сожалению, никакой информацией не обеспечивали, поэтому ученые постепенно потеряли надежду на их помощь и полагались только на себя.

Условия труда и отдыха Кажакина и Матаситиро были более цивилизованными, чем у их коллег. Правда, они не могли позволить себе роскошь дежурить вдвоем, а дежурили по одному, чтобы другой мог отдохнуть. Можно себе представить, какой ото был изнурительный труд. Такая работа, не требующая умственных усилий, была изматывающе скучной, неинтересной, а поэтому особенно тяжелой.

Мысли о неизлечимости болезни, неизбежности смерти особенно удручали их, обидно было "бесполезно" проводить, оставшиеся месяцы, а возможно недели или дни своей жизни. Только высокие цели, долг перед землянами побуждали их терпеливо и неэффективно, как им казалось, сжигать последние дни жизни.

Наступило третье полнолуние их однообразной, неинтересной жизни. Возвратившийся с дежурства Кажакин спал, а в квадрате 1295 патрулировала душа Иноко Матаситиро. И вдруг разбудивший Кажакина Матаситиро сообщил, что видит космический корабль, который приземляется в их квадрате.

Так и не получив от станций слежения предупреждений, Кажакин по рации поставил военных в известность о свершившемся факте, после чего вместе с напарником полетел к космическому кораблю пришельцев.

На естественной площадке, созданной природой за многие миллионы лет существования Земли, они увидели сигарообразный, длиной в пятнадцать метров, диаметром не менее трех метров блестящий, как бы купающийся в лучах солнца космический корабль. Его турбины засасывали в себя воздух, Было понятно, что находящиеся в летательном аппарате пришельцы пополняют запасы кислорода. Дверь, ведущая в летательный аппарат, не была задраена, а только прикрыта.

— Что будем делать? — взволнованно поинтересовался Матаситиро, обращаясь к Кажакину.

— Тянуть резину нам сейчас не к чему. Надо принимать решение, — заметил тот.

— Пойдем на захват? — поинтересовался Матаситиро.

— Сейчас сообщим главному командованию о своем решении и двинем, — ответил Кажакин.

Так как рацию с собой они не взяли, то Кажакин решил связаться с: командованием с помощью микролептонного поля. В штабе у военных находился его учитель Лапшин, который владел парапсихологией не хуже его

самого и мог его информацию передать военным. Одновременно Кажакин попросил профессора Лапшина, чтобы военные прекратили какое-либо видимое передвижение и не выдавали своего присутствия. Кажакин получил подтверждение, что его сигналы поняты, приняты и будут исполнены. Одновременно Лапшин попросил разрешения принять участие в осуществлении захвата корабля с пришельцами.

— Павел Прокофьевич, я не имею права вами рисковать, а поэтому лучше выполняйте то, что вам поручено. Ваше нахождение в штабе уже является помощью нам. Связь прерываю.

Безусловно, Лапшин но должен был принимать участия в схватке, конечный результат которой был неизвестен, Если они погибнут, то на Земле не останется ни одного ученого, который смог бы продолжит}» их дело. Кроме того, большая группа молодых ученых осталась бы без своего наставника.

Подумав, Кажакин телепатически вновь передал Лапшину указание, что если космический корабль вдруг неожиданно будет совершать подъем без их ведома, командование группы войск должно быть готово к его уничтожению. Убедившись, что все необходимые подготовительные меры приняты, они приступили к осуществлению задуманной операции.

Проникнув в космический корабль через слабо прикрытую дверь, они не спеша, осторожно стали обследовать его кубрики, постоянно находясь рядом друг с — другом. Корабль удивил их своей идеальной, совершенной формой и рациональным расположением имеющегося в нем оборудования. Кажакин ориентировался в нем уверенно, как если бы он находился в своей квартире.

В рубке космического корабля они увидели двух человекообразных существ. Одно из них было, в кресле в неподвижном состоянии, так как в нем отсутствовала душа. Оно было по размерам такое же, как и лжешаман. Второе существо было сантиметров на семьдесят меньше первого и спало в своем кресле. Когда оно проснулось, его душа попыталась проскочить мимо них и покинуть корабль, чтобы не попасть в плен к землянам, но ученые не позволили ей осуществить свой маневр. Несмотря на отчаянное сопротивление, они захватили душу и не мешкая доставили ее в пещеру, где поместили в саркофаг. Теперь уже опытные инженеры включили свои генераторы.