Владимир Серов – Пересечение (страница 47)

«Звезда – желтый карлик, спектральный класс G. Ночью, если будет возможность и будут видны звезды, удастся определиться, куда же его все-таки занесло».

Мимо непрерывным потоком двигались машины, отличающиеся размерами, формой, цветом. От них ощутимо несло резкими запахами не полностью сгоревших углеводородов. По всей видимости, машины были оснащены двигателями внутреннего сгорания.

Одна из машин черного цвета отделилась от потока и подъехала к ним. Сразу же рядом объявился и светловолосый. Он распахнул заднюю дверь, и охранники посадили Скама между собой. Машина тут же сорвалась с места и через мгновение влилась в общий поток машин. Светловолосый сидел на переднем сиденье и несколько раз рукой и голосом показывал водителю направление и нужные повороты. Во время движения Скам во все глаза рассматривал окружающую картину. Однако зажатый с обеих сторон крупными фигурами охранников, он мало что видел, и поэтому смотрел только вперед.

Поселение уже закончилось, и теперь они ехали по широкой дороге среди полей и небольших пролесков, стоящих вдоль дороги. Их машина догнала колонну огромных, громко пыхтящих грузовых машин и попыталась по свободной левой полосе, вдоль разделительного бруствера, на скорости обогнать всю колонну машин, идущих впереди. В этот момент идущая среди грузовиков небольшая легковая машина вдруг резко приняла влево, к самому брустверу, отделяющему их полосу от полосы встречного движения, полностью закрывая возможность обгона, и начала резко тормозить. Чтобы не врезаться в нее, водитель их машины вернулся вправо в свой ряд за мчащейся впереди колонной. В то же мгновение затормозившая машина оказалась практически рядом с их машиной, перекрыв все возможности для маневра. А сзади идущая машина, ускорившись, поджала их к самым грузовикам. Их машина сразу оказалась в западне. Светловолосый только успел что-то крикнуть водителю, а охранники взяться за оружие, как раздались сухие, негромкие щелчки. Это оказались выстрелы из того же оружия, что и носили с собой его охранники. Скам с трудом успел отклонить голову от летевших в нее небольших блестящих снарядов. Остальные не успели. Через мгновение все окружавшие Скама люди оказались мертвы. Он это сразу понял по отверстиям, появившимся в головах его охранников и по выплеснувшейся толчками оттуда крови. Это вызвало настоящий шок у Скама. В империи жизнь каждого гражданина была высочайшей ценностью и охранялась всей мощью государства и техники. Здесь же все было не так. Легкость, с какой аборигены убивали себе подобных, просто ужаснула.

Однако действия, предпринятые перехватчиками, продолжались. Потерявшая управление их легковая машина была мягко принята на себя впереди идущим грузовиком, плавно затормозившим. Из него выскочило сразу несколько аборигенов и подбежали к их машине. Они вытащили одного из убитых охранников, мешавшего им, и за руку вытянули единственно оставшегося в живых Скама на улицу. Его сразу же освободили от сцеплявших его руки колец и потянули в сторону своего грузовика. Скам бегом побежал следом за людьми, только что по неизвестной причине убивших за исключением его всех остальных пассажиров, бывших в легковой машине, но в то же время освободивших его из лап светловолосого. Они втроем забрались в кабину грузовика, и гонка продолжилась.

Грузовик с хорошей скоростью мчался по дороге. Скам сидел на переднем сиденье между двух крепких мужчин правее водителя. Сидеть втроем на одном сиденье было тесновато. Ко всему прочему, аборигены громко разговаривали и размахивали руками, по всей видимости, обсуждая итоги проведенной операции. Водитель также принимал активное участие в разговоре, даже умудряясь при этом тоже размахивать руками, бросая руль. Хотя еще в легковушке Скам отметил про себя, а сейчас заметил и на грузовике, что здешние машины не имеют никаких устройств типа автопилота и управляются чисто вручную.

Сейчас сидя в грузовике, не имея пока никакой возможности вмешаться в происходящие события, Скам выполнял сразу три действия. Он внимательно смотрел в огромное окно автомобиля, изучая местность, обстановку, окружающую действительность. Он внимательно вслушивался в разговоры своих соседей, систематизируя и запоминая их все. Он анализировал состояние дел.

«Надо же было так угораздить! Неведомо как оказаться на неизвестной планете и сразу же угодить в самую гущу событий, в разборки аборигенов. А если к тому же и разборки эти имеют непосредственное отношение к его персоне, похоже, даже из-за него, то это уже перебор. Здесь того и гляди, тоже получишь дырку во лбу».

Он тотчас же вспомнил о струйках крови, толчками выливавшихся из голов его бывших соседей по легковой машине, и на мгновение ему стало нехорошо.

Машина свернула с широкой дороги в небольшой пролесок, съехала на узкую чуть заметную среди травы дорожку, некоторое время ехала по ней и, наконец, остановилась. Здесь уже стояла, как видно наготове, блестящая черная легковая машина. Они все, кроме водителя грузовика, пересели в эту машину, и машина тотчас же сорвалась с места, быстро набрав высокую скорость. Скам отметил про себя, что никто из его сопровождающих даже и не пытался разговаривать с ним, словно зная о его «полной потере памяти».

Здесь в легковой машине ему сиделось намного вольготнее, чем ранее до этого, так как один из его сопровождающих уселся впереди с водителем легковушки. Второй сопровождающий, высокий, темноволосый, сидел рядом со Скамом на заднем сиденье, наклонившись вперед и о чем-то негромко разговаривая с передним. Так что Скам был предоставлен самому себе и мог заниматься тем, чем хотел, что он и делал. Он смотрел в боковое стекло, разглядывая места, в которые его занесло. За окошком проносились пролески, поля, неширокая речушка, снова пролески и поля. Видно было, что аборигены здесь тщательно следили за окружающей природой: пролески были аккуратные, поля покрыты ровными рядами одинаковых невысоких растений, дорога ухожена. Именно вдоль этой дороги Скам впервые на этой планете увидал образцы письменной информации. Она была представлена в виде щитов с надписями – то ли указательными, то ли информационными.

Скам смотрел на окружающую картину, но мысли его снова вернулись к только что произошедшим событиям. По тому, как было исполнено его освобождение, сразу чувствовалось, что операция была четко спланирована и проведена профессионально. Хотелось надеяться, что на этом хотя бы часть неприятностей закончится и можно будет и прогнозировать свои дальнейшие действия, а может, и делать что-то самому для скорейшего возвращения домой.

Сосед справа легонько ткнул рукой в плечо и чтото спросил. Скам развел руками в непонимающем жесте, показал на свой язык пальцем и им же постучал себе по голове. В принципе он уже и сейчас был готов заговорить на чужом языке. Кое-какая информация, зрительная, слуховая, полученная им за это время, позволяла уже это сделать, но лучше бы немного практики с готовым помочь собеседником. Так что следовало еще немного подождать более удобного случая.

Они еще раз поменяли машину, пересев теперь в темно-зеленую легковушку с затемненными задними стеклами, и теперь проезжали через небольшие населенные пункты. Впереди открылся огромный водоем с аккуратными жилыми сооружениями вдоль берега. Машина какое-то время ехала вдоль побережья и, наконец, проехав сквозь небольшой лесок или парк, остановилась перед большими коричневыми воротами.

Ворота медленно откатились в сторону, и они очутились перед двухэтажным жилым сооружением. У самого входа их встречал абориген в черном одеянии, с черными волосами на голове и к тому же с черными волосами на лице, правда, аккуратно подстриженными. Он стоял и разглядывал Скама, а когда сопровождающий подвел Скама к нему, сразу начал задавать вопросы. Скам в который раз уже за этот день развел руками, показал пальцем на свой язык и постучал им же по своей голове. Чернобородый еще раз внимательно посмотрел на него, затем кивнул головой и сказал сопровождающему несколько фраз. Тот коротко ответил и повел Скама в жилище.

В помещении на нижнем этаже, куда надзирающий привел Скама, стояло несколько небольших столиков, за которыми сидели и ели другие аборигены. Скам тотчас же почувствовал, насколько он голоден. Рот мгновенно наполнился слюной от запахов еды, доносящихся от столов. Сопровождающий подвел его к одному из столов и показал рукой на стул. Скам уселся за стол и огляделся по сторонам. Ему надо было посмотреть, как питаются на этой планете, какими приспособлениями пользуются, какие блюда и в какой последовательности едят, да и как себя ведут за столом.

Этого короткого обзора в принципе хватило Скаму, чтобы полностью уяснить все процедуры поедания пищи, да и больших отличий, на первый взгляд, он и не заметил. В это время к столу подошла женщина в темнокоричневом глухом костюме, с покрытой в темную ткань головой и поставила на стол невысокую белую емкость с жидкой пищей.

Пока он небольшим блестящим металлическим черпачком хлебал горячую похлебку, он устремил свой взор в дальний угол помещения, где обнаружился большой светящийся экран информатора, пускай не голографический, но с очень неплохим разрешением. Быстренько подстроив слух и дальновидение, Скам буквально впился глазами в экран, даже прервав процесс поглощения пищи. Еще бы, шла явно новостная программа, сопровождаемая не только звуковым комментарием красивой молодой аборигенки, но и письменной бегущей строчкой внизу экрана. Показываемые на экране события были кратковременными и быстро сменялись. Вдруг на экране появилась та самая машина, на которой светловолосый с охранниками куда-то вез его из лечебницы. Машина стояла на краю дороги в окружении нескольких одинаковых машин с синими мигающими фонарями наверху. Рядом стояли аборигены в одинаковой форменной одежде. Вероятно, это были представители местных структур безопасности. Крупным планом показали, как тела убитых доставали из машины и укладывали у дороги.