Владимир Серов – Пересечение (страница 35)
А Валерий Петрович медленно, без резких и лишних движений поднялся от речки на склон, остановился напротив, зачем-то обвел взглядом небосклон и, как бы в тон учителю, ответил покаянным голосом, полным смирения и кротости:
– Виктор Иванович, да, я знаю, что виноват, и если у вас все вопросы, то я отвечу по порядку, но только допущенному. Конечно, если он не возражает? – и Валерий Петрович ожидающе посмотрел на Владимира.
– Допущенному так допущенному, – сказал Виктор Иванович и тоже вопросительно посмотрел на Владимира, скорее уточняя, чем спрашивая.
– Да, пожалуйста, но при всех – у меня от друзей секретов нет, тем более все в курсе событий. Даже, наверное, и Валерий уже понял расклад.
И Владимир подал руку Валерию, помогая ему выбраться от речки на полусклон.
– Что касается флешки, раз она у вас, посмотрите сами, многое станет понятно.
Валерий Петрович остановился, чуть-чуть помедлил, как бы собираясь с мыслями, и вдруг снова заговорил, а точнее даже сказать – запел, настолько музыкально зазвучали сказанные им слова. И все звуки в словах звучали удивительно мягко. Однако язык этот, несмотря на его музыкальность, чарующую мягкость и красоту, все равно был чужим и близко не походил ни на один земной язык. Все слушатели просто застыли от изумления. А Владимир вдруг отчетливо вспомнил, что очень похоже прозвучала фраза, которую произнесла женщина из его снов там в пещере, фраза с такими же певучими словами и с такими же удивительно мягкими звуками. Это узнавание проявилось у него в виде непроизвольного жеста рукой и мимики лица.
Видно было, что Валерий Петрович, заметив реакцию Владимира, с нетерпеньем ждал ответа. Он подождал немного и вдруг залаял. Еще точнее, это было похоже на лай собаки, но с переливами, с выделением резких гортанных звуков, даже со сменой интонации. Несомненно, это тоже был какой-то язык, но явно негуманоидный, с таким немыслимым сочетанием звуков, что был физиологически не произносимым человеческой гортанью. Затем он бросил на Владимира какой-то особо напряженный взгляд, и вдруг засвистал и защелкал резкими высокими звуками, словно еще раз перешел на совершенно новый, уже третий по счету, но также абсолютно далекий от человеческого язык.
Все просто оторопели от такой немыслимой какофонии, настолько неожиданной она оказалась, а потом вопросительно посмотрели на Владимира. Тот только покачал головой, вся эта незнакомая речь была ему абсолютно чужда.
Надежда на лице, с которой Валерий Петрович смотрел на Владимира, сменилась откровенным разочарованием и затем облегченным вздохом. Все эти чувства мгновенно пробежали по его лицу. Он еще издал короткий лай и вдруг полез рукой в кармашек. Через мгновение на свет явилась знакомая по рассказам Игоря красная спиралька.
Сообразив, Владимир крикнул:
– Подождите!
Но адресат уже исчез. Просто был, и не стало.
Следом за ним, буквально на мгновение, исчез и Владимир, и сразу же появился вновь.
И если Виктор Иванович с Игорем уже почти привыкли к таким неожиданным действиям и событиям, то Валерия все эти чудеса просто заинтриговали окончательно.
– Что это было? Это что, настоящая телепортация? И вы все этим овладели?
– Нет, это все может лишь достигнувший, кажется, так тебя назвал Валерий Петрович.
– Не знаю, почему он меня так назвал, но, видать, в чем-то он со мною ошибся, – подытожил Владимир.
– И отследить не удалось. Думаю, это место окончательно засвечено перед спецслужбами, а нам нужно где-то все обсудить в спокойной обстановке, проанализировать все имеющиеся данные, а их у нас теперь более чем достаточно, решить, что делать дальше. А то, как бы нас и здесь ракетами не обработали.
– По-моему, лучше всего в моей пещере или рядом. Там мы будем в безопасности.
В словах Виктора Ивановича, с беспокойством смотревшего на троицу молодых людей, вдруг послышались почти отеческие нотки.
– Все согласны? – спросил Владимир. – Ну что же, будем отрабатывать технику телепортирования.
Часть вторая
Пересечение
Глава первая
Каникулы
Четвертая ступень образования была позади. Впереди были каникулы. Традиционно, после этой ступени каникулы проводились в путешествиях за пределами их родительской планеты-интерната. Впервые самостоятельно, без наставника и родителей. Решено было отправиться всем гуртом без исключений, да и как иначе. Примерный маршрут путешествия разработали заранее, с учетом всех поступивших предложений, споров и согласований. Империя была полностью открыта для путешествий, по крайней мере везде, где устойчиво функционировала система стационарных порталов и телетранспортировки. Исключение составляли имперские окраины, где не всегда было спокойно из-за беспокойных соседей, да районы, где стационарные порталы еще только устанавливались.
И как это было заведено, полностью подготовленный и единогласно утвержденный маршрут был окончательным, хотя и имелась возможность его некоторой корректировки во время путешествия, по обстоятельствам. По той же традиции один экземпляр будущего маршрута передавался наставнику. Чисто символически. Как правило, во время каникул после четвертой ступени обучения наставник в дела подопечных уже не вмешивался. После каникул, во время подготовки к испытаниям и в процессе всех испытаний до самого их окончания он безотлучно был с ними. А вот в последние каникулы чаще всего нет. Да и никаких ЧП с момента запуска системы порталов со школярами не случалось.
До начала путешествия у каждого оставалось немножко времени, чтобы успеть побывать у родителей, на своей родной планете, в доме, где прошло самое раннее детство, от которого мало что оставалось в памяти. Отдельные памятные эпизоды и события, может некоторые предметы, и все. Да еще что-то от посещений в каникулы между ступенями обучения. По правде сказать, во время начальных ступеней обучения голографические встречи детей с родителями были достаточно часты. Дети вроде как и не расставались с родителями, но по мере взросления число и время таких встреч шло по убывающей, и чаще всего именно по инициативе подростков.
Из всей их семерки только Ари сразу сорвалась на денек домой. Большинство предпочло отложить свидание с родителями на конец каникул, чтобы побывать дома перед самыми испытаниями и получить дополнительный заряд бодрости, настроя, да и родительское благословление. Кто-то вообще довольствовался общением по головизору, родители были далеко, докуда порталы еще не дотягивались, тогда как связь работала практически везде.
Именно так было и у Скама. Вживую с родителями во время каникул повидаться не удавалось, слишком далеко они были. Но по головизору он уже с ними пообщался, они сами – и отец, и мать, точнее – их голограммы, побывали у него. Родители поздравили его с окончанием четвертой ступени и пожелали приятного путешествия и успешного прохождения испытаний.
Первым местом их путешествия была столица империи. Окунуться во все чудеса и красоты столицы мира хотелось каждому. Ко всему прочему Кид, самый большой любитель музыки из их семерки, всегда отслеживающий все значительные новости по этой части, еще заранее соблазнил их возможностью всей их семеркой побывать на концерте известнейшей в империи светомузыкальной группы, гастроли которой проходили в это время в столице. Популярность ансамбля была настолько велика, география гастролей была настолько обширна, что запись на их концерты велась уже на несколько стандартных циклов вперед. Так что только их статус выпускников давал им шанс попасть на этот концерт и вживую приобщиться к этому чуду, чего не мог сделать ни информаторий, ни самый совершенный головизор. Было бы просто глупо отказаться от такой возможности.
До этого Скам бывал в столице дважды. Первый раз с родителями, тоже в каникулы после окончания второй ступени, то есть десять стандартных циклов назад. Больше двух недель они жили в роскошном отеле, излазили все игровые площадки, музеи и выставки, театральные и цирковые представления. Второй раз он побывал здесь ближе к окончанию третьей ступени уже со всей своей семеркой и наставником для знакомства с имперской библиотекой. А сейчас они впервые прибыли сюда самостоятельно.
Приемный портал высадил их в тысяче километров от планеты, на промежуточной станции, в центре накрытого прозрачным куполом плоского зала, настолько огромного, что невозможно было себе представить. И вид отсюда просто ошеломлял. Чуть выше горизонта на иссиня-черном фоне, чуть-чуть подсвеченном бледными пятнышками звезд, сиял блестящими гранями занимающий полнеба бриллиант. Это и был настоящий алмаз с гранями из углерода, упрочненного в миллионы раз по сравнению с кристаллической поверхностью обыкновенного алмаза, недоступный никакому оружию, мыслимому и немыслимому. И этот блестящий многогранник, эта искусственная планета вот уже почти тысячу лет была столицей империи. Город – планета, планета – музей, планета – университет, планета – резиденция императора, столица мира.
По давнишней традиции все гости, прибывающие в столицу, проходили процедуру переодевания в гостевую одежду, любезно предоставляемую императорским домом, абсолютно аналогичную своей собственной. Процедура была проста. Прибывший не успевал и глазом моргнуть, как был уже в гостевой одежде, не отличимой от своей собственной. Личные вещи тоже оставались на станции. Все необходимое гость получал в виде подарка в месте пребывания в столице. Все эти предосторожности раз и навсегда были введены в столице несколько сот лет назад после теракта, проведенного хортами. И с тех пор неукоснительно соблюдались.