Владимир Сербский – Третий прыжок с кульбитом и портфелем (страница 51)
— Учусь помаленьку, — честно призналась девчонка. — Травки по рецепту заваривать просто, а для изготовления разных зелий надо знать ботанику и геологию. Но мне более интересны наговоры, заговоры, привороты и отвороты.
Коле тоже было интересно. Хотя, кроме охраны, Николаю Уварову хорошо помогает еще телефон, лежащий в кармане у девчонки. Смартфон и шпионаж неотделимы друг от друга и, конечно, босс знает больше, чем говорит. А подслушивать разговоры просто, даже если аппарат выключен. Этого Коля вслух не сказал, и правильно. Нечего маленьких травмировать.
— Может, покажешь, чему хорошему научилась? — Уваров снисходительно прищурился.
— Заговор от испуга полностью освоила, — задумалась девчонка.
Персидские глаза наполнились туманом — речь аналитика ей еще предстояло осмыслить. Нам с Антоном, впрочем тоже.
— Заговор от испуга… — прошамкал Коля, вгрызаясь в помидор и недоверчиво косясь в ее сторону. — Это как?
— Это метод борьбы со стрессом и фобией, дядя Коля. Сначала снимается сглаз, а потом накладывается заговор против испуга, чтобы закрепить лечение. Хотя такое с первого взгляда не поймешь… Этого же не видно и не совсем понятно, — Вера нахмурилась, оглядывая собрание. — Я вам лучше страху нагоню. Называется данный прием «наговор паники».
Натужившись, девчонка покраснела, и у меня вдруг зачесалась спина, в том месте, где досталось дубиной. Следом навалилось беспокойство.
— Сейчас вокруг меня немножко страшно, — пыхтя и отдуваясь, пояснила Вера. — Если надавить, тревога усилится.
Видимо, она надавила.
Коля вскочил, а Нюся, взвизгнув, растаяла без следа. Денис остался на месте, но какой-то бледный, причем с пистолетом в руке. Видно его было плохо, поскольку Антон внезапно оказался в дверях кухни. Одним шагом на три метра скакнул! У нас обоих возникло четкое желание свалить отсюда, следом за Анютой, от греха подальше.
Щенок недовольно тявкал из-под раскладушки, а шабашники во дворе бросили работу, в явном испуге оглядываясь вокруг. Куры, мирно поклевывающие корм за загородкой, с кудахтаньем метнулись в курятник, как бывает при налете ястреба или перед грозой. Выглядывая из-за ноги Антона, Лапик шипел, вздыбив загривок.
— А вот если еще надавить… — сжав кулаки, Вера пыхтела от усердия, словно штангист перед рывком, — … вот тогда и возникнет отчаяние, переходящее в панику.
— Нет! — крикнул Коля, и этот посыл я одобрил. — Стоп машина, идея понятна!
Глава сорок первая, в которой новые времена требуют новых ошибок
О ментальном ударе я кое-что читал. И о возможностях шамана влиять на психику человека слышал, однако на своей шкуре такое ощутил впервые — литровый жбан кваса мы выдули вмиг, пустив его по кругу. А шабашники выстроились в очередь на водопой у колонки. После некоторой паузы Нюся тоже проявилась, но не на своем месте у стола. Она вышла из дверей веранды с темной бутылкой кока-колы, огляделась вокруг, и только потом осторожно, вглядываясь в Веру, приблизилась. Лапик с Рексом, наоборот, плечом к плечу рванули на веранду, на запасную лежку под тахтой.
Утерев мокрые усы под носом, Коля выдохнул:
— Девочка ты уже взрослая, Верочка. И вроде умом отмечена, цельная медалистка. А ведешь себя, будто дитя малое. Больше так не делай.
— Да, Верка, с тобой не соскучишься. Могешь иногда удивить, — беззлобно буркнула Анюта, показав кулак. — Это был какой-то ужас! Сегодня же меня научишь, понятно?
Коля отошел быстро. И, переведя дух, сформулировал свой вопрос:
— Было эффектно, но негуманно. А приличнее этого чего-нибудь?
— Отвод глаз зубрю, — сообщила Вера, забирая у Нюси бутылку. — Но пока получается плохо.
— А зачем это надо? — не особенно заморачиваясь, Анюта достала из воздуха очередную колу.
Холодную бутылочку тут же перехватил Антон, чтобы выхлестать махом, хотя я возражал: как можно глотать эту химическую гадость? Тем временем Анюта терпеливо повторила свой фокус. Вот у меня кто-то получит на орехи, если это не из домашнего холодильника!
— Ты чего, мать, не догоняешь? — Вера взмахнула ополовиненной бутылкой. — Полезная вещь. Ну вот представь: иду я по парку со своим парнем, никого не трогаю. И вдруг навстречу банда хулиганов. А я им — раз! Глаза отвела. И они прошли мимо.
— Вот! — подхватился Коля. — Умеешь думать о режиме конспирации, когда хочешь. С одной стороны, человек ты самостоятельный, считай, студентка. И вроде бы свободна в жизни и поступках. Но как отец и руководитель, предлагаю направить твою энергию в мирное русло.
— Это как, дядя Коля? — Вера открыла рот.
— А ты посмотри вокруг, милая моя: мы будем здесь делать систему охраны периметра. Денис меня убедил. Поставим миниатюрные датчики, сканеры, камеры крохотные. Выведем все на сервер охраны. При нарушении контура всем нужным людям поступит оповещение по смс. Видео можно будет посмотреть с телефона.
— С трудом, но понимаю, — Вера перевела взгляд на Антона. — Дед о современных технологиях что-то такое рассказывал.
— Контроль границы дело важное, — воскликнул Коля, — но что нам мешает привлечь колдунью?
Вера вытаращила глаза, а Коля продолжил вещать:
— Надо наложить на наш забор заклинание отвода глаз. Понимаешь? Я об этом где-то читал — колдунья может сделать так, что ее дом никогда не найдешь. Мимо пройдешь, а не заметишь. А если заметишь, желания войти не возникнет. Наоборот, появится вдруг неотложное дело, уводящее прочь.
— И что? — Вера продолжала таращить глаза.
— А то! Созидательная энергия советского человека должна быть направлена на благо. Ты же комсомолка? Вот. От тебя обществу должна быть польза.
— Так что делать-то, дядя Коля?
— Творчески подходить к новым возможностям, Верочка! Приведешь сюда бабушку Мухию, пусть забор зачарует. Заодно полезному секрету научишься, будешь потом наговор обновлять. Ну а бог даст, и у меня на даче порядок наведешь, — пресекая возражения, он ткнул пальцем в Дениса: — Транспорт организуем, работу колдуньи оплатим. Так, теперь вопрос к Анечке. Милая моя, ты зачем Галюсю, дочку Ивана, постоянно сюда таскаешь?
У Анюты забегали глаза.
— Жалко деточку, дядя Коля. Страдает с самого рождения…
— Деточек всем жалко! — вздохнул он. — Меня тебе не жалко?
— А вы-то здесь при чем, дядя Коля? — поразилась она. — Подумаешь, дело большое, больного ребенка немного подлечила…
— Когда ты нарушаешь режим секретности, страдаю я! Вчера Иван вышел на работу, и на планерке заявил ребятам, что если кто проворонит нападение на Атюту Швец, тому он лично голову свернет. А потом, наедине, потребовал у меня ответа: кто такой Михалыч, чем занимается Анюта, и куда пропал Денис.
— И что? — нахмурился Денис. — Куда я пропал?
— Пришлось сказать правду, — развел руками Коля. — Не всю, конечно, но достаточно.
— Очень хорошо, — усмехнулся я. — Иван отличный парень, и вообще, глухонемые таксисты мне по душе.
— Что ты сделала с девочкой, Анюта? — отмахнулся от меня Коля. — Жена Ивана от радости с ума сходит.
— Ауру почистила, — призналась Нюся.
— Это как?
— Серый кокон ребенка покрывал полностью. А я его выщипала. Как утку щиплют, понимаете? Потихоньку так, полегоньку. Аура открылась, синенькая-синенькая… Но рваная. Осталось дырки поштопать, но это мы уже с Веркой справим, дело знакомое.
— Вот оно что, — сокрушенно прошептал Коля. — Ауры они штопают… Кто на козах, кто на девочках. А Верочка, значит, на бабушках?
Вера согласно кивнула головой. А что скрывать? Что было, то было.
Коля взорвался:
— Блин, из-за вас я теряю опору! Сначала правую руку, Дениса, вам отдал, теперь вот Ивана, левую руку, потерял. Лучших людей лишаюсь. А вы здесь фигней страдаете!
— Но дядя Коля… — попробовала возразить Анюта.
Взмахом руки тот оборвал ее:
— Теперь Иван с тобой будет плотно работать, и оберегать, со знанием дела. Задание тебе, Нюся такое: найти в Юрмале товарища Пельше, и привести ко мне на дачу, для встречи с беглым товарищем Седых.
Мысленно я вздрогнул. Ишь чего, ирод, удумал! Чужими руками жар загребать?
— Возражаю, — мягко сказал я. — Никуда Анечка не пойдет.
И хотя моя чуйка молчала, не предвещая никакой опасности в наших делах, лучше перебдеть. Беспокойство за близких людей относится к иррациональным страхам, боязнь потерять родного человека преследует многих.
— Поясни, — потребовал Коля, стрельнув острым взглядом из-под очков.
Пояснить? Легко!
— Товарищ Пельше — член Политбюро, фигура серьезная. У него там на даче охрана собственная, пропажей товарища Седых зашуганная. И кэгэбншная охрана наверняка будет из местных, тут к бабушке не ходи.
— И что они, будучи снаружи, смогут сделать? — хмыкнул он.
Мне оставалось только горько вздохнуть. Эх, Коля, Коля… Тоже мне, аналитик-теоретик. Ему легко говорить, планы раскладывая. Винтик сюда, винтик туда. Это только кажется, что делать по-своему чужими руками сложно. Мне сия истина хорошо известна, однако Коля эту науку освоил гораздо лучше. Что ж, тем хуже для него.
— А ничего, — отбил я ироничную подачу. — Вдруг кто не растеряется, и стрельнет в Анечку? Мне это не надо даже теоретически, знаете ли. Никуда моя девочка не пойдет.
Анюта на такой пассаж покрылась пунцовым цветом, показав яркие веснушки. Не позволив ей брякнуть чего-нибудь протестующее, я продолжил: