Владимир Сербский – Прыжок с кульбитом и валидолом (страница 58)

— Откуда цифры? — не поверила Нина Ивановна.

— Из открытых источников, сейчас это не секрет. Сейчас вообще нет секретов, — грустно усмехнулся Коля. — Враги, не таясь, сидят возле каждого министра. И называется это «консалтинг».

— А что делает Служба?

— То, что обычно — она их пишет. И министров, и консультантов.

— Хм… Писатели! — хмыкнула майор Радина. — Ничего не меняется в этом мире. Что было дальше?

— Сталинскую кубышку распечатал товарищ Хрущев, успешно продолжил это дело товарищ Брежнев. Расходовалось «золото Сталина» в основном на помощь странам третьего мира, и сталинский золотой запас к концу правления Леонида Ильича подтаял на тысячу с лишним тонн. А товарищ Горбачев этот вопрос закрыл просто, во время его правления золото в закромах родины кончилось. Каким образом, куда и зачем — нам никто никогда не расскажет.

У моей королевы изменилось лицо:

— Как это кончилось?!

— Буквально. Однако подвиги предыдущих героев меркнут на фоне президента Ельцина, совершившего урановую сделку. Операция вошла в историю под названием сделка «Гора — Черномырдина». Об этом мало говорят, хотя это акт крупнейшего ограбления России за всю ее историю. Сделку еще называют аферой тысячелетия — в силу беспрецедентной масштабности. Оружейный плутоний весом 500 тонн вывозили двадцать пять лет, в полной тайне от народа и с аккуратным затыканием рта недовольным. За урановую кубышку, стоимостью не менее восьми триллионов долларов, Соединенные Штаты заплатили сущие копейки — двенадцать миллиардов.

— Оружейный плутоний подороже золота будет…

— Существенно дороже, — согласился Коля. — Сорок лет вся страна надрывалась, ядерный щит строя.

— Суки…

— Ага, — снова согласился Коля. — Сейчас у России в загашнике 1615 тонн золота. Это сделал Путин, и это его характеристика. Это аргумент в споре: «Путин уходи» или «Путин оставайся». У меня нет сомнений, я за Путина.

— А ваш Путин знает об этом? — она ткнула пальцем в папочки.

— Он больше знает, — успокоил ее Коля. — И все герои на своих местах, за редкими исключениями. Даже Горбачев жив, и учит, как нам по новой реорганизовать Рабкрин.

— Значит, дожились до капитализма… А что будет дальше?

— Не могу знать! — браво доложил Коля. — Однако не сделать ли нам перерыв? Антон вам город покажет и покормит.

— Почему нет? — поднялся я.

Для показа города был вызван второй глухонемой таксист по имени Иван. Он ловко крутил баранку и выполнял наказ Коли — работал экскурсоводом. «Посмотрите налево, посмотрите направо». Майор Радина послушно вертела головой и тихо ахала — вела себя сообразно деревенской простушке.

— Как на параде магазины, рестораны и аптеки. Очень удобно. Купил, потом обмыл, потом в аптеку, лечиться. А водку у вас тут, при капитализме, подают? Или сплошь джин и виски?

— Есть у нас водка, — обрадовал я ее жажду. — У нас, Нина Ивановна, даже самогон подают желающим.

Глава тридцать седьмая,

в которой происходит развязка

Перекусить мы остановились у Цыгана, в забегаловке на Левом берегу. В ресторан девушку поведу вечером, а здесь самое удобное место и перекусить, и плавно ввести невольную туристку в обстановку.

Древние дощатые столики в траве под деревьями, садовые скамейки, самообслуживание с окошком выдачи создавали полную имитацию родного 1971 года, включая скворечник туалета вдали. Антураж оттенял одуряющий запах огромных мангалов, дымящих невдалеке. Даме должно понравиться.

Полную миску шашлыка, с горкой, я гордо выставил на стол. Рядом умостил пластиковые тарелочки с лавашем и зеленью.

— А водка где?! — удивилась она, вгрызаясь в сочный, хорошо прожаренный кусок мяса.

Пришлось бежать обратно:

— Мужики, пропустите, шашлык взял, а водку забыл!

Очередь добродушно заржала.

— Стой, отец, — крикнул кто-то. — Шашлык получил, водку вспомнил, а как же томатный сок?

Очередь смеялась мне вслед, настроение стремительно поднималось. Моя королева не гневится, не зовет стражу, а вкушает пищу за одним столом. На анекдоты улыбается!

— Ну, за знакомство, — она подняла пластиковый стаканчик. — И давай без политесов и брудершафта. Я Нина, ты Антон.

Группа чернокожих парней за соседним столом, весело перекрикиваясь, уминала люля-кебаб под самогон из доброго стеклянного кувшина.

— Какие негры забавные, — выдохнув, заметила Нина. — Чешут по-французски с марсельским говорком, словно докеры местные.

— Так они, скорее всего, коренные французы и есть. Там бледнолицых уже не осталось, — усмехнулся я. — А ты во всех французских диалектах сечешь?

— Марсельцы произносят отчетливо редуцированные гласные, и ударения у них сильней. Марсельский говор более музыкален, немного похож на итальянский язык.

— Итальянским тоже владеешь?

— Работа такая, — пожала она плечами. — Испанский, немецкий. Слабое место у меня английский, надо подтягивать. А теперь и современный русский придется учить. Поможешь? Еще автомобиль сильно изменился… Дашь порулить? Я запомнила, как он скорости переключает.

Глухонемого водителя-гида мы изолировали — усадили подальше с глаз.

— Рулить после водки? — возмутился я. — Нет, так не пойдет. В другой раз.

— О, как у вас тут строго, — чокнувшись пластиковым стаканчиком, она взялась за второй кусок мяса. — Ну, ладно, давай. За все хорошее против всего плохого. Чем по жизни занимаешься?

— Паяю-починяю домашнюю технику, — честно признался я. — Спекулирую иногда. Короче, обычный работающий пенсионер.

— Не похож ты на пенсионера, — покачала она головой.

— А на кого похож?

— На кобеля мартовского, — рубанула она, снова поднимая пластиковую рюмку. — Верку мою на пару с Антоном охмуряете?

— Скорее она Антона охмуряет, если быть точным, вздохнул я. — Не мое это дело. Меня больше ее мама привлекает.

Нина протянула мне пустую рюмку. Эй, такими темпами скоро за новой бутылкой бежать… Крепкая женщина, однако.

— А вот тут ты пролетаешь, — она ослепительно улыбнулась. — Имеется у меня один кавалер, этого достаточно. Всегда рядом капитан Игорь Неделькин. Он и в милиции коллега, и на задании как бы помощник. Давно спит под рукой, очень удобно выходит.

— Было бы странно, если было иначе, — сожаления я не скрывал. — Свято место пусто не бывает.

— Хотя красивые сказки о моей красоте очень понравились. Голосом Антона пел ты здорово, чистый соловей, — она лукаво прищурилась.

— Вынужден признать, что тогда говорил не всю правду, — снова вздохнул я. — Не из мужского ребра слепили тебя.

— Да? — ей стало интересно, даже жевать перестала.

— Ты не обычная женщина, Нина. С первого взгляда видно, что это зеленоглазое чудо сделали не на Земле, а прислали с другой планеты.

— Ладно, сказочник. О приятном позже, — она встряхнула челкой. — А сейчас ближе к телу, как говорят на Западе. Причиной всех проблем являюсь не я, а человек, отдающий мне приказы. Он принимает решения, и о нашей смерти тоже.

— Куратор из ЦК КПСС? — усмехнулся я.

— Лучше бы простому пенсионеру этого не знать, но без помощи мне не обойтись. В твоих объятьях я смогу попасть к нему в кабинет?

— Зачем?

— Допрос третьей степени, — она сказала это так, будто второгоднику объяснила закон Ома.

— Пытки, что ли?! — дошло до меня.

— Экспресс-допрос применяется в тех случаях, когда информация нужна быстро, а перепроверять времени нет. Ампутация конечностей, имитация повешения… Наиболее эффективным считается дырка в мочевом пузыре — вытекающая моча печет рану и моментально развязывает языки.

— Нина, разве так можно? — поперхнулся я.

— А убивать мою дочь можно? — отрезала она. — И вообще, этого ты не увидишь. Доставишь меня на место, и уйдешь. Потом вернешься за трупом.

— Чего?! — я быстренько набулькал себе полный стаканчик. — Я так не умею!

— Придется научиться. Твой лифт — очень удобный способ утилизации. Полная зачистка, пусть охрана деятеля ЦК голову потом ломает. Слушай, а зачем идти к нему на работу, когда проще прихватить голубя в спальне? Забрать в укромное местечко, и поговорить по душам… Если кто за его спиной стоит — того гаврика тоже забрать. Заодно номера их банковских швейцарских счетов тщательно записать. И второе, эти их подельники из братских компартий. Если грабеж моей страны поставлен на конвейер, там тоже есть наличные не только в домашних сейфах. Уж где искать, я знаю, разных чемоданов туда достаточно отвезла.

За новой бутылкой пришлось все-таки бежать — очень голодная чайка мне попалась. После забега сообщил мнение: