Владимир Сербский – Портфель точка два (страница 50)

— А знаешь ли ты, хозяйка моя, что такое качественный, полноценный, размеренный секс? — внезапно вопросил Степан.

— А до этого был некачественный? — открыла рот она.

— Эх, девушка с пистолетом из деревни… Мало ты видела фильмов про красивую любовь, — вздохнул Степан. — Пойдем в спальню, расскажу.

Рассказ несколько затянулся, и один раз даже прервался — для кратковременного отдыха и питья сока. Уже засыпая, прижавшись к Степану спиной, Саша сонно спросила:

— А ты знаешь, что такое качественный завтрак?

— Хм…

— Не знаешь, — зевнув, констатировала она. — Утром покажу.

Справка. Американское правительство с помощью Интернета следит за пользователями. Факт слежки подтвердил директор Национальной разведки США Джеймс Клэппер, комментируя скандал о получении спецслужбами доступа к личной информации пользователей интернета. Утечка в СМИ была названа директором Национальной разведки печальным актом, который подрывает безопасность страны. Ряд американских компьютерных компаний опровергли информацию о том, что предоставили спецслужбам неограниченный доступ к своим серверам, а АНБ признал существование проекта, из которого следует, что спецслужбы имеют прямой доступ к серверам крупнейших американских интернет-компаний: Microsoft, Yahoo! Google, Facebook, PalTalk, AOL, Skype, YouTube и Apple.

Глава 38

Эпизод 38.2

Круги на воде.

Взрыв гранаты разбудил бы мертвого. Открыв глаза, Степан поморщился, ожидая развития боя. Где-то неподалеку мерно кашлял крупнокалиберный пулемет. Одновременно с далеким взрывом затрясся потолок — соседи сверху запустили двигатель танка. А затем, громко перекрикиваясь, принялись кувалдами ремонтировать поврежденную гусеницу. Только снизу никаких звуков не раздавалось, что несколько удивляло.

В новостройке начинался новый рабочий день, прервавший сон на самом интересном месте. Ничего особенного, именно так обычно бывает. Беседин даже поморщился, отгоняя вглубь будничные звуки и мысленно возвращая Сашу, всю освещенную солнцем в дверном проёме. Исчезая в колеблющемся мареве, девчонка отступала и манила рукой. Повернув голову, он потрогал примятую подушку, под которой, пузом вверх, развалилась кошка. Через распахнутое окно слепило солнце, с кухни тянуло чем-то вкусным.

— Эй, на камбузе! — крикнул Степан, поднимаясь. — Кто за штурвалом?

Никто не отозвался, кроме Лисы. Она муркнула, потянулась, и спрыгнула с кровати. На кухню кошка побежала впереди, оглядываясь. Однако утренние обязанности хозяина ей не понадобились, блюдце с кошачьей едой оказалось наполнено мелко порезанным мясом. Это поразило кошку до глубины души, ведь с утра ее уже кормили! Оказывается, хозяйка в доме — это здорово.

Степан по привычке раскрыл холодильник. Но, заметив мясо в кошачьем блюдце, хмыкнул и захлопнул дверь. Подошел к столу, на котором белела записка. Ровные буквы складывались в какой-то простой, но малопонятный текст: «Завтрак на плите, чай заварила свежий. Ушла на работу. Целую». Ниже был приписан номер телефона.

— Так, — сказал Степан. Настроение стремительно ухнуло вниз.

Он набрал номер с бумажки, и тут же услышал жизнерадостное:

— Привет! Проснулся?

— Ася, где Сашка? — голос Беседина звучал тускло.

— Понятно, — Ася помолчала. — Фокус не удался.

— Где Сашка, Ася?

— Она ушла, Степа. Еще позавчера.

— Да? — листок мелко дрожал в руке.

— Так получилось.

— Что именно получилось?

— Ей удалось открыть окно, — Ася помолчала. — И она сразу рванула. Побежала в чем была.

— Ага, — не поверил он.

— Степа, она ни минуты не раздумывала, не попрощалась толком. Даже вещей не собрала.

— Выпихнули, значит, — он начинал потихоньку звереть.

— Как ты мог подумать? — воскликнула Ася. — Она сама ушла.

— Ладно, не грузи. Найду ее, выпорю.

— Зачем?

— Обещания надо выполнять, — держать себя в руках и не повышать голос получалось плохо. — А ты меня обвела. Ты нас всех обманула. Не то что бы обидно, скорее унизительно.

— Степа…

— Помолчи! Сашку вернешь.

— Как?

— Не знаю, как хочешь. И до тех пор чтоб ноги твоей здесь не было, ясно? — он все-таки повысил голос. — Попадешь под горячую руку.

— Но Степа…

— Аферистка несчастная, — ярость сменилась досадой. — Актриса погорелого театра! И не звони мне по другому поводу, пока ее не найдешь. Разговор окончен.

Допрос Степана Беседина, потерпевшего при пожаре, состоялся в пожарной части Центрального района. Леня Фирсов подсуетился, организовал аудиенцию в лучшем виде. Степану оставалось только навестить «Ашан». В принципе, несложная задача при наличии средств. А что, иди по рядам, да бросай в корзинку.

… Беседин заканчивал сервировать стол для совещаний, когда в кабинет начальника пожарки важно вошел следователь. Он пожал руку Лене, кивнул Беседину, а затем уверенно уселся на место председателя собрания. Следователь был молод, модно стрижен и весел. Драпировался пожарный следователь модно: в пижонские светлые брюки и однотонную рубашку тонкого льна.

— Товарищи, начнем, пожалуй, — заявил он без предисловий.

Потеснив тарелки с закусками, следователь раскрыл тощее дело о пожаре. Потом удивленно уставился на пустую рюмку. Понятливый Леня Фирсов бросился к холодильнику.

— Ну, за ноль один по ноль один, — Фирсов лихо разлил — быстро, точно, до краев.

Профессионализм людей всегда вызывает уважение, а пожарников — особенно.

— Степан Беседин? — следователь взглянул через рюмку. Крякнув, он вооружился «шпажкой» с маслиной, и принялся заполнять протокол.

— Будьте здоровы, — ответил Степан, передавая паспорт.

Свою стопку он лишь пригубил, пить водку не хотелось совершенно. Даже наоборот, претило. И никакого сожаления по этому поводу он не испытывал. Тем временем Леня повторил, а следователь от души, с горой, наполнил тарелку. Выбрать ему было что, в «Ашане» Беседин не жадничал. После третьего тоста за «пожарников, которые всегда на посту», протокол был заполнен полностью, то есть официальная часть допроса подошла к концу.

Ничего удивительного, ведь допрашиваемый во время происшествия находился далеко. Копия командировочного удостоверения с печатями ООО «Путь Ильича» сей факт подтверждала.

— Леня, как-то ты хвастал своей банькой, — балыком, наколотым на вилку, следователь неопределенно ткнул себе под ноги.

— Парилка хорошая, липовый полок всегда в полной боевой, — подтвердил Фирсов, и тут же прения вместе с закусками перенеслись в предбанник.

Будучи уверенным в таком развитии допроса, Леня Фирсов заранее обеспечил «окно» в жестком графике помывки страждущих. В непривычно просторной бане они сделали три быстрых захода в парилку, а потом огнеборцы добили водку под остатки закуски и задушевную песню «По Дону гуляет казак молодой». Пели они здорово, слажено, на два голоса. Степан хоровое пение уважал, но сегодня столько не выпил. Поэтому из компании выпал, откровенно поцеживая квас.

Люди огненной профессии догоняться пивом не стали, что Беседина удивило. Тем не менее, перешли на чай. При этом, как обычно, они подвергли критическому разбору игру футболистов и нецензурно оценили работу правительства. Степан в диспуте принимал вялое участие.

Даже осторожное участие — бывало в бане так, что в пылу полемики быстро переходили на личности, которые могли и в ухо схлопотать. Слава болу, обошлось. А вскоре следователь, посчитав программу вечера завершенной, весело распрощался и убыл.

— Что скажешь? — поинтересовался Степан, одеваясь.

— А что говорить? — удивился Леня. — Ты хотел, чтоб тебе душу не мотали, теперь не будут.

— Это замечательно, — согласился Беседин. — А причина пожара? Что следователь думает?

— Каждый думает, что он не каждый, — Фирсов усмехнулся. — Что следователь думает, и что напишет в причинах возгорания, хм, две большие разницы. Не забудь, у него же еще начальство есть. Если это поджог…

— Ты сомневаешься? — удивился Беседин.

— Нет, — кивнул Фирсов. — Однако сработано чисто. У тебя недоброжелатели имеются?

— Плох тот человек, у которого нет врагов, — Степан поднял палец. — Значит, он из себя ничего не представляет.

— Любая яркая фигура в этой жизни отбрасывает тень? — Фирсов заржал, он знал и эту цитату.

— А если серьезно, Леня: у нашего брата бизнесмена друзей сроду не было, а неприятеля полно. Они, Леня, как поджигатели, всюду! Одна твоя добрая душа меня греет.

От незатейливой лести Леня отмахнулся: