Владимир Щербаков – Казанский Апокалипсис (страница 2)

– А сможет ли человечество справиться с этой бедой?

Владимир внимательно посмотрел на картографа.

– Вполне вероятно, но для этого нужно постараться. Очень постараться. Я считаю, что мы – не единственные выжившие в городе, а равно и в республике. Нам нужно найти других выживших, скоординировать с ними наши действия и лишь тогда мы сможем вернуться в прошлую жизнь. Жизнь без нежити.

ГЛАВА ВТОРАЯ. ЖИВАЯ?

В загородном доме, в одном из шести, стоящих в ряд и почти не отличимых друг от друга, скрипнула дверь. Девочка лет девяти, худенькая и с взлохмаченными чёрными волосами, поморщилась от нежелательного звука. Большой рыжий пёс, виляя хвостом, первым направился вперёд, остановился около входной дверь и оглянулся на ребёнка.

В комнате было темно. Все окна были заколочены ни одним слоем досок. Две стальные двери, вдобавок на засовах, надёжно защищали дом от нежелательных гостей. От некоторых нежелательных гостей. Правда, пока сдерживали они и натиск мертвецов. Бывшего хозяина они не спасли. Но он был виноват сам: вышел на улицу без должной осмотрительности, на этом его история закончилась.

Черноволосая девочка, Ли’са (сокращенно от Алисы), нашла этот дом случайно, когда бежала от парочки живых трупов. У неё на руках был только маленький револьвер. Отец успел показать, как им пользоваться, и Алиса это запомнила. Но тогда, когда она бежала, пуль у неё не осталось. Она увидела этот дом, но не успела бы добежать, если бы не злая рыжая собака, которая набросилась на врагов. Так у Лисы появился новый друг, которого она назвала Тимкой, в честь отца.

Бывший владелец дома мог наблюдать за двором с помощью камер, когда ещё была подача электричества. Теперь Лиса выходила из дома только тогда, когда Тимка не ворчал и не скалил большие белые зубы. Она бы и вовсе не выходила из дома, жила в подвале, но ей так нужен был свежий воздух и бледный солнечный свет…

На какое-то время еды должно было хватить. На неделю, две, три. Консервы, сухари, вяленое мясо, баллоны с водой. Лисе труднее всего было справляться с водой. Приходилось каждый раз делать дырки в бутылях, чтобы наполнить посуду. Ведь перевернуть такую она сама бы не смогла. А в округе, кроме мертвецов и её собаки, никого не было.

Алиса по привычке ощупала револьвер на поясе и открыла внутреннюю дверь, прислушалась. Не снимая цепочки, приоткрыла вторую и вопросительно взглянула на Тимку. Пёс махал хвостом. Ему не терпелось выбежать на улицу! Девочка открыла и внешнюю дверь.

Двор встретил её тихим шелестом листвы. По небу ползли серые тучи. Никакого солнечного света. Алиса обошла дом, проверяя на наличие мертвяков. Никого. Чисто. Девочка облегчённо вздохнула. Папа говорил, что это как в игре. Просто нельзя сохраниться. И ошибиться тоже нельзя. Потому что переиграть в том, что они называют «жизнь» нельзя.

Глупые правила.

Глупые правила, из-за которых теперь Алиса никогда не увидит маму, папу и брата. Нет, она не видела, как они проиграли, как попали в лапы трупам, но они не вернулись домой. Один за другим. Они бы никогда её не бросили! И значит… Лиса поёжилась, вместо того, чтобы расплакаться. В этой игре нельзя было плакать.

За домом видна была железная дорога. Но как давно Лиса не слышала поездов! Они перестали ходить. Как автобусы. Машины… машины иногда ещё ездили. Но только не здесь. Дом, в котором жила девочка, был рядом со станцией «Дербышки», черта города, в принципе.

Лиса бесшумно вышла на дорогу. Она здесь виднее? Ну и пусть, зато на тропинках бывает так, что мертвецы вылезают из деревьев и кустов, и не заметишь их, пока поздно не будет. Пёс догнал её и побрёл рядом, чутко ко всему прислушиваясь. Девочке нужно было в магазин. Может быть, там она найдёт нужные ей патроны? А то в доме они заканчивались. А ружья держать Лиса не могла. Слишком тяжёлые. И папа ничего про них не успел рассказать…

Около самого магазина пёс насторожился. Лиса не придала этому значения. Ведь когда он чуял врагов, он вёл себя совсем по-другому. А это – кошка или другая собака. Она схватила его за ошейник и потащила в магазин. Пусть проверит. Он-то лучше неё видит в полутьме. Тимка покорно обошёл маленький магазинчик и вернулся. Значит, всё в порядке. Ни Лиса, ни собака не издавали ни звука. Они понимали друг друга без слов: так, как это могут дети и животные.

В магазине, в холодильнике, девочка нашла ещё не испорченное мясо и кинула его псу. Она рыскала по всему помещению, но так и не нашла патронов. Это означало, что нужно будет покидать дом. Папа говорил, что нельзя теперь без оружия. Потому что это равносильно проигрышу.

Девочка вышла из магазина и побрела в сторону другого. Он был дальше. Там Лиса ещё не была, после того как семья не вернулась. Но выбирать не приходилось. Это был даже не магазинчик, киоск. Девочка перебиралась через чужие участки самой короткой дорогой. Она уже была близка к нему, когда Тимка гавкнул, зло и яростно. Лиса прижалась к рыжему боку пса. Вот этот лай уже был тревогой. На тропинке показалось сразу трое отвратительных нелюдей.

Лиса поспешно достала револьвер, сняла его с предохранителя и нацелилась. Из шести пуль только три попали в цель. И свалился только один. Один! Двое остались. Пёс с рычанием бросился на ближайшего. А девочка попятилась назад. Ей хотелось броситься бежать, но Тимка остался бы здесь без защиты. А что, если они убьют его? Нет, она не бросит его! Она не может потерять своего последнего друга.

Девочка схватила первую попавшуюся под руку палку и кинулась на врага, мало понимая, что шансов у неё нет никаких.

В следующее мгновение раздалось два приглушённых выстрела. Ухо Лисы даже не уловило их сначала. Но когда мертвецы свалились с размозждёнными головами, она оглянулась, едва ли не в ужасе. Неужели мертвяки научились стрелять?!

Перед Лисой стояла девушка лет двадцати, одетая в чёрную кожу, отчего напоминала героев разных фильмов из прошлой жизни. Пистолет с глушителем был уже опущен. Девочка вцепилась в холку подошедшего пса, на чью защиту она так бездумно бросилась.

– Живая? – недоверчиво спросила Алиса, а пёс дружелюбно тявкнул.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ПОХОД

Владимир проснулся ровно через три часа после возвращения с рейда из театра имени Мусы Джалиля, который был зачищен отрядом. Раньше, в былые времена, трёх часов для полного сна ему катастрофически не хватало. Но теперь, с учётом реалий нынешнего мира, малого количества времени на отдых ему было вполне достаточно.

Выйдя из своего отсека на перрон платформы станции «Площадь Тукая», Владимир внимательно осмотрелся. Первым его взгляд упал на часы, оборудованные недалеко от выхода со станции. Время было ещё раннее, всего лишь полседьмого утра. Но по станции уже прохаживались люди, члены станционных отрядов очистки города от зомбаков.

Владимир, поздоровавшись с некоторыми из членов других бригад, направился к оборудованной в одном из отсеков станционной столовой. Там, наскоро перекусив, он собирался отправиться в новый рейд, когда его вызвал к себе начальник станции.

– Добрый день, Владимир! – поздоровался начальник станции. – Ваш вчерашний рейд показывает, что скоро при удачном исходе, мы, возможно, сможем вернуть себе некоторые здания.

Он глотнул из стакана, стоявшего на столе какую-то жидкость. Затем он продолжил.

– В общем так. Новое задание – твоему отряду необходимо дойти до Дербышек. Ходят слухи, что там выжили люди и нам необходимо привлечь их на свою сторону, если мы хотим восстановить прошлый мир…

Владимир задумался, мысленно воспроизводя карту города. Дербышки были практически на окраине города, ещё когда ходил транспорт, туда добраться было нелегко, уходило много времени. Но теперь… Теперь на это мог уйти не один день, всё-таки вокруг ещё слишком много неизвестного.

– Но, послушайте, Рашид Масгутович, – произнёс Владимир. – Но самое дальнее место, до которого мы доходили – Театр оперы… А Вы посылаете нас так далеко…

Начальник лишь улыбнулся.

– Владимир Александрович, твой отряд показал себя с лучшей стороны за эти месяцы бесчинствующего апокалипсиса. Вы всякий раз возвращались с поверхности с богатым уловом и ни разу, повторяю ни разу, никто из вас не был ни ранен, ни тем более убит. Многие в общине поговаривают, что на вас лежит какой-то оберег…

Владимир задумался. Это действительно было так, никто ни разу не пострадал за те вылазки, которые они совершали. И кто знает, может души предков решили сохранить им жизнь…

– Ну так что, Владимир, ты согласен? Иначе мне придётся перепоручить эту миссию другому отряду, а если так случится, то твой отряд потеряет весь свой авторитет, который уже успел заработать…

Владимир твёрдым взглядом посмотрел в лицо начальнику.

– Да, я согласен.

Рашид Масгутович улыбнулся и по-деловому продолжил:

– Замечательно, я и не сомневался. В общем так, через сутки отправляетесь на поверхность. Всё необходимое вы получите у нашего завхоза Матвея Семёновича уже сегодня вечером, я распоряжусь. Вопросы есть?

– Никак нет, – по-военному чётко ответил Владимир. – Разрешите идти?

Через некоторое время Владимир поведал обо всём членам своего отряда. Картограф Андрей тут же принялся чертить маршрут на карте, с которой не расставался и при любом раскладе выходило, что это был путь в никуда. Так как никто не сомневался, что им будет крайне тяжело достичь цели. И здесь дело было не столько в большом расстоянии между конечными точками маршрута, сколько в том, что как бы ни прокладывался маршрут, он проходил по неизведанным землям города, где сталкеров (хотя Владимир и не любил это слово, но оно вскоре прижилось по отношению ко всем членам отрядов зачистки) могло поджидать всё, что угодно. Начиная живыми мертвецами и заканчивая не менее враждебными живыми людьми. Нужно быть готовым ко всему.