Владимир Румянцев – Россия 2100-3000: книга для управленцев-шаперонов и акторов-конструкторов (страница 3)
В статье «Сетевые информационные революции и большой антропологический переход: эволюционный аспект» В.И.Аршинов и В.Г.Буданов формулируют гипотезы о том, что на смену рациональному познанию мира идёт интуитивное, позволяющее охватить сложность во всём её многообразии, а также о том, что новый уровень сетевой самоорганизации человечества может порождать совершенно иные типы общественных образований. «Когда человек лукавит, он теряет целостность и не может находиться в состоянии интуитивного канала, в состоянии творца, причастности к ноосфере, а именно это должно отличать людей новой эпохи, эпохи, идущей вслед за антропологическим переходом середины ХХI столетия. Указанные нами направления движения в антропологических ландшафтах абсолютно постнеклассичны, в силу того что выбор инструмента познания мира в деятельностной триаде субъект—средство—объект значительно влияет на ценностные пространства субъекта. Возможно, в ближайшие десятилетия массовый переход к интуитивной доминанте мышления даст возможность превзойти издержки постмодернизма и «реанимировать» значение смыслов и состояний в контексте культуры, обеспечить преобладание нематериальных ценностей. Совершенно неожиданным является возможность компенсаторных механизмов сетевого общества в решении перечисленных проблем. Гипотеза заключается в том, что поскольку Мировая Сеть Интернет позволяет не только связать ранее разобщенных представителей человечества из разных стран, культур и субкультур, но также и собрать о них достаточно данных, постольку возникает возможность не только их коммуникации, но и самоорганизации и синхронизации. Подобная самоорганизация может происходить различными способами и привести к различным последствиям – от полной редукции личной воли до утопического единого государства, в котором каждый будет отдавать «по возможности и получать по потребности». Ключевыми вопросами в процессах глобальной сетевой самоорганизации, на наш взгляд, являются определение параметров дальнего порядка в сетях и семиотических пространствах коммуникации, возникновение новых универсалий культуры глобальной коммуникации, основания стратификации и таксономии сетевого человечества, возникновение коллективной сетевой субъектности и принципы взаимодействия новых типов соций, включающих и неантропный интеллект, когнитивно-семантический плюрализм и проблемы взаимопонимания, проблема деформации когнитивных карт участников глобальной коммуникации, роль искусственного интеллекта в решении проблем глобальной коммуникации и формировании возможных сценариев развития человечества» [7].
В этой публикации большой антропологический переход рассматривается как переход от этики расчеловечивания, характеризующей современную цивилизацию к этике вочеловечивания, которая может стать доминантой культурно-цивилизационной общности, центром которой в третьем тысячелетии станет Россия.
1.2. Контуры государственного устройства
Федеративная форма российского государства является воплощением идеи «единства разнообразия», она сложилась исторически и позволяет учитывать территориальные, национальные и культурные особенности субъектов федерации при сохранении авторитета и силы центральной власти. Мы исходим из предположения о том, что Россия останется федерацией в течение всего третьего тысячелетия.
При неизменности внешней формы государства в течение ближайших десятилетий России предстоит радикально изменить содержание и смысл отношений между населением и государством, предложить миру новый образец государственного порядка, построенного на фундаменте этики вочеловечивания, то есть уважения к человеку, служения и взаимного доверия.
Российское государство в ближайшие десятилетия необходимо проектировать как систему полностью цифровых сервисов для граждан и людей, не являющихся гражданами, но желающих жить и работать на территории России или в её цифровом пространстве.
В двадцатом веке государствам было важно сохранить контроль за географическим местонахождением человека: регистрация по месту жительства и другие процедуры позволяли это делать. Сегодня, в 2022 году, это выглядит почти что милым анахронизмом, поскольку регистрация человека по адресу во многих ситуациях никак не связана с тем, где он фактически живёт, с тем, где (в какой стране) человек работает, в какую деятельность (законную или криминальную) он вовлечён, с кем он общается, каковы его жизненные планы, каковы его источники дохода и т.д.
Во второй половине 21 века виртуальная реальность сделает милые анахронизмы вроде регистрации по месту жительства смешными и никчёмными, поставит государства перед фактом, что у человека может быть множество «постоянных» мест жительства, а также сделает более важным то, в каких виртуальных средах обитает данный человек, а не то, в каком помещении он зарегистрирован как физическое лицо или владелец/директор юридического лица.
Не исключено, что появится совершенно иное понимание границы государств в цифровом, виртуальном пространстве.
Каждый человек получит возможность стать цифровым гражданином какого-либо государства, если, например, его вклад в экономику, культуру, науку окажется значительным или если граждане данного государства будут заинтересованы в его компетенциях. Это приведёт к размыванию понятия “гражданин”, появятся разные уровни (степени) гражданства. Цифровое гражданство станет одним из самых распространённых феноменов во второй половине 21 века, при этом каждый житель Земного шара сможет получать цифровое гражданство нескольких государств, что обеспечит ему определённые выгоды, и даже создавать собственные виртуальные цифровые государства.
В новой гибридной реальности-виртуальности России предстоит стать хорошо спроектированным реальным и цифровым государством, взаимодействие с которым не потребует личных визитов людей в государственные органы, при условии, что человек разрешит государству
Во второй половине 21 века в моду войдут различные бионические интерфейсы, которые с помощью нательных и встроенных в тело гаджетов будут собирать данные о человеке и смогут направлять различные сигналы в его органы чувств. Сегодня это выглядит жуткой антиутопией, но удобство пользования бионическими интерфейсами, скорее всего, окажется более весомым аргументом, чем неприкосновенность частной жизни. Ведь человеку не придётся нигде предъявлять свои документы, он будет оплачивать товары и услуги без использования кошелька, карточек, смартфонов, сможет подключаться к виртуальным сетям, одним лишь кивком заполнять многочисленные компьютерные формы и так далее. Это настолько удобно, что многие люди предпочтут пожертвовать тайной своей частной жизни, тем более что даже сегодня (в 2022 году) никаких тайн, на самом деле, уже не существует, люди в мегаполисах живут совершенно прозрачной жизнью, и ничего не могут утаить от государства и своего смартфона.
Если гражданин или негражданин оказывается в числе законопослушных и честных людей, то его жизнь существенно упрощается: все его запросы к государственным органам, к банкам, к страховым компаниям и т.п. удовлетворяются в автоматическом режиме, то есть почти мгновенно, он практически не привлекает внимания органов внутренних дел, служб безопасности и охраны, – фактически, у него появляется статус «человек вне подозрений». Он свободно проходит через все пункты контроля, занимается своими делами, и в его жизни нет места разного рода правоохранителям, проверяющим и контролёрам.
Этот статус человек может потерять в любой момент, если нарушит какое-либо существенное правило или важную норму закона, и тогда его жизнь существенно усложнится, но статус «вне подозрений» может быть восстановлен, если несколько проверок подтвердили, что он соблюдает все правила и нормы. Не исключено, что цифровые государства начнут продавать индульгенции на мелкие нарушения, например, в виде авансом оплаченных штрафов.
Деятельность такого полностью цифрового государства можно представить как многоуровневую сеть коммуницирующих друг с другом цифровых платформ для разных отраслей экономики, для государственных сервисов, для общественных организаций, для коммуникации граждан.
При проектировании и программировании этих платформ большая часть процедур, правил и законодательных норм будут встроены внутри на уровне алгоритмов, то есть движение по утверждённым процедурам не потребует бумажного оформления, ручных подписей, синих печатей, счетов, квитанций, чеков и тому подобной первичной документации. Там же, внутри платформ, будет происходить подписание различных договоров, выставление счетов, подписание актов приёмки-передачи, взаиморасчёты, найм на работу, рассмотрение судебных дел, автоматическое формирование отчётов в государственные органы и т.п. Контракты, заключенные на таких платформах, станут «умными», то есть самоисполняемыми при определённом сочетании условий.