Владимир Разумневич – Пароль «Стрекоза» (страница 25)

— Сейчас нас схватят, — сказала Лена.

Тут подбежал Андрейка, закричал «ура!». Но вовсе не потому, что увидел нас. Его обрадовал муравейник. Чтобы пес не смотрел вверх, Андрейка начал тыкать собаку носом прямо в муравьев. Носик взвизгнул от боли, поджал хвост и бросился наутек. Мы были спасены!

Потом мы слышали, как Федя Малявка, выпятив грудь, во весь голос читал записку. Мальчишки нашли ее в консервной банке под березой. Это был боевой приказ — двигаться на юг к избушке лесника.

Мы решили опередить мальчишек. Спрыгнули с дерева и пошли на юг.

У нас с Леной в санитарной сумке помимо бинтов и лекарств всегда хранится коробочка с порошком для уничтожения вредных насекомых и личинок. Когда мы бродили по лесу, то опустошили коробку до дна — посыпали ядовитой белой пылью щели в коре сосен и берез, если замечали там яички бабочек. Представляю, сколько вредителей уничтожили! Мальчишки, правда, нашу работу считают пустячной, смеются над нами. Ну и пусть! Выслеживать браконьеров, готовить себя в разведчики — это, конечно, потруднее, чем выслеживать насекомых-вредителей. Но ведь и наше дело полезное и имеет, как писала школьная стенгазета, «народнохозяйственное значение». Мы с Леной вспомнили в лесу про эту заметку в газете, и нам стало безразлично, что думают о нас мальчишки. Мы даже запели песню. И тут услышали в кустах голоса.

— Они здесь! Слышите — поют? Давайте окружим и разгромим! — Это Ромка.

— Чур, не убивать! Возьмем браконьеров живьем, — это Федя.

— Пусть только посмеют пикнуть! Привяжем к дереву и заткнем рот платком с розочкой, — это Слава.

— Не убегут! Носик не пустит, — это Андрейка. «Гав, гав!» — это Носик.

Нас окружили. Бежать некуда. Грозный Федя Малявка наставил на нас палку:

— Руки вверх!

— Бросай оружие! — Ромка отобрал у нас сачок, гербарии и санитарную сумку.

— Становись к дереву, — сказал Слава Кубышкин. — Будем затыкать рот.

— Носик, карауль пленных, — позвал собаку Андрейка. — Если побегут, хватай за ноги. Законно!

Такого страху нагнали, что в первую минуту мы слова не могли выговорить.

В нормальное состояние нас привел милый Носик. Он не послушался Андрейку. Запрыгал перед нами на задних лапах и даже полез целоваться. Видимо, вспомнил, как мы кормили его колбасой из школьного буфета, когда он был еще кутенком.

— Фу! Продался! — ругался Андрейка. — С браконьерами лижешься!

— Какие же мы браконьеры! — сказала я.

— Назовите пароль.

— Стройхоз, — сказала Лена.

— Сто коз, — сказала я.

— «Сто коз» — курам на смех! — захохотал Ромка. — Это же вражеский пароль. Пленных надо допросить… Вопрос первый: где вы берете толовые шашки?

— В пионерской комнате, — сказала я.

— Мы давно вернули шашки, — сказала Лена. — Вот уже целый месяц не играем. К тому же шашки эти вовсе не толовые, а деревянные.

— Ясно. Второй вопрос: чем же вы тогда глушите запретную рыбу?

Я обозлилась на Ромку:

— Ложками! Из тарелок!

— Попрошу отвечать без шуточек. Тут вам не обезьяний цирк! Вопрос третий: чей это носовой платок?.. А-а-а, Юлька, узнала?! Признавайся — кто вам сообщил про наш секретный маршрут?

Нам ничего не оставалось, как рассказать мальчишкам о подслушанном вчера разговоре.

— Вечно суют свой девчачий нос не в свои дела, — сказал Ромка.

— За такое вредительство — к стенке! — сказал Слава Кубышкин.

— Они ни в чем не виноваты. Мы сами ушами прохлопали, — сказал Федя. — Собрали тайный совет, называется! Хорошо, что только они нас подслушали, а не какой-нибудь враг. Пусть с нами шагают.

— Устроим пленницам экзамен по военному делу, — сказал Ромка. — Выдержат — возьмем с собой.

— Пусть по-пластунски взберутся на дерево, — сказал Андрейка.

— Мы уже взбирались, — сказала Лена. — На осине сидели, когда ты собаку в муравейник носом тыкал. А нас не заметил.

Андрейка покраснел до самых ушей.

— Было такое? — спросил Федя. — Молчишь? Понятно. Значит, лазить могут. А за маскировку ставим им пятерку.

— Нужно еще испытать на смелость, — сказал Слава. — Они же трусихи!

Тут, как нарочно, из травы выпрыгнула жаба. Противная такая. Она смотрела на нас круглыми глазами. Ее подбородок пузырился.

— Вот! — сказал Слава. — Пусть возьмут в руки пучеглазую жабу. Тогда поверю, что не трусихи.

Страшнее экзамена не придумаешь!

Я набралась храбрости и схватила жабу обеими руками. Ладони почувствовали неприятный холодок скользкой бугристой кожи. Бр-р-р… Вытянув руки, я держала жабу подальше от лица.

Всем стало ясно, что мы не трусихи.

Нас больше не испытывали.

Федя Малявка разрешил мне и Лене присоединиться к звену. Нам завязали глаза, чтобы мы, как объяснил Ромка, не разглядели секретный маршрут звена.

Каждый из мальчишек пожертвовал на повязки свой носовой платок.

Ромка вел нас за руки, и мы спотыкались, как слепые, о каждую кочку, о каждый пенек. Один раз я даже упала и клюнулась носом в Ромкин ботинок. Ромка остановился:

— Привал! Пленные валятся с ног от усталости.

Ребята о чем-то пошушукались и смолкли. Нам с завязанными глазами не видно, что делают мальчишки, но слышно, о чем они говорят.

— Товарищ командир! Товарищ Малявка! Смотри — противотанковая пушка! Откуда она здесь?.. — это воскликнул Ромка.

— Ты направо взгляни, — перебил его Федин голос. — Видишь, баллистическая ракета? Блестит как зеркало. Нацелена в самое солнце. Понимаешь? Сейчас взлетит…

И снова голос Ромки:

— Разрешите, товарищ командир, товарищ Малявка, пойти в разведку и все разузнать?

— Разрешаю. Поговори с ракетчиками. Пленных передай в руки рядового Кубышкина.

— Есть передать в руки рядового Кубышкина!

Нам до слез обидно: рядом баллистическая ракета, а мы не видим. Я попыталась было приоткрыть повязку, но Слава Кубышкин ударил меня по рукам.

— Жестокие люди! — сказала я. — Кровопийцы!

— Не волнуйся, — сказала Лена. — Они нас разыгрывают. Никакой ракеты нет!

— Правильно, — поддержал Федя, — никакой ракеты нет. Пленным этого знать не полагается. Понятно?

— Зачем же нас ракетой дразните?

— Дразнить, Юля, можно, а показывать нельзя. Конструкция секретная.

Я была склонна больше верить Лене, чем мальчишкам, но тут услышала неподалеку незнакомый голос, приглушенный и гнусавый. Ромка задавал вопросы, а гнусавый отвечал.

— Мы — следопыты, браконьера ищем, — сказал Ромка. — Нас направил в разведку капитан Шубин. Разрешите присутствовать при запуске ракеты?

Гнусавый возразил:

— Не могу, товарищ пионер. Среди вас есть подозрительные элементы с завязанными глазами. Их присутствие нежелательно.