Владимир Прягин – Бокс-офис (страница 2)

После взаимных приветствий и представлений нас пригласили за стол. Воздух в столовой был приятно прогрет, причём тепло шло от пола. Как пояснили хозяева, там, в каменном фундаменте, есть тоннели, по которым распространяется жар от печки, а придумали этот фокус в Корее больше двух тысяч лет назад.

— Отец, — сказала Сон-Хи с виноватым видом, — прости, я не утерплю, спрошу сразу. Я знаю, ты ездил сегодня в банк…

— Учись дисциплине, дочка, — напомнил он, но без строгости. — Впрочем, конечно, я тебя понимаю и не собираюсь тянуть. Просто такие новости надо сообщать в приличествующей обстановке, а не на пороге, у входа. После еды мы все обсудим подробно, а сейчас скажу коротко — да, с учётом изменившихся обстоятельств наши кредиторы дают трёхмесячную отсрочку, и «Сильвер Форест» продолжает работать.

Сон-Хи облегчённо выдохнула, а Розанна мучительным усилием воли удержала радостный визг и не стала прыгать до потолка.

— Я благодарю вас всех, — сказал кинобосс, — за вашу неоценимую помощь, ставшую для меня полнейшим сюрпризом. Если бы не ваш фильм, мне не удалось бы сохранить киностудию. Сегодня для меня торжественный день, особый.

Он поклонился церемониально, а я ответил за всех:

— Вам тоже от нас спасибо, мистер Квон. Без ваших ресурсов фильм просто не состоялся бы. Да, собственно, и сейчас мы только на полпути. Отсрочку-то получили, но ещё неизвестно, что соберём в прокате.

— Об этом мы тоже поговорим непременно, мистер Свиридов. Но всё-таки сначала — прошу к столу.

За едой мы не обсуждали дела — дегустировали сложносочинённые блюда. Была, к примеру, тарелка, похожая на цветок с восемью лепестками-секциями, в которых содержались мясные, грибные и овощные начинки для тоненьких оладий, лежащих в центре. Были говяжьи рёбра, тушёные в остром соусе. Был даже салат из водорослей с яично-мясной добавкой.

В общем, поели, после чего перешли к делам.

— Хочу подтвердить, — сказал мистер Квон, — что наша кинопрокатная сеть готова к работе с фильмом. Но прокат мы начнём не сразу. Первые дни весны — не самое удачное время. Крупные картины, как правило, выпускаются ближе к лету, когда в кинотеатры приходит больше людей. В нашем случае оптимальная дата — конец апреля. К этому времени мы проведём рекламную кампанию, подготовим афиши. Если фильм не провалится, то в течение мая мы соберём достаточно серьёзную прибыль, чтобы частично покрыть долги и получить новую отсрочку. Вот мой план действий на ближайшую перспективу. Надеюсь, вы с ним согласны?

— Звучит разумно, — сказал я. — Тут мы полагаемся на ваш опыт.

— Благодарю. Что ж, в таком случае давайте обсудим более долгосрочные планы. Как вы понимаете, я заинтересован в сотрудничестве. В случае достижения соответствующих договорённостей готов обеспечить доступ к ресурсам и оказать необходимую помощь в съёмках. Но мне хотелось бы узнать больше о вашем техническом ноу-хау и обсудить возможность его совместного применения.

— Это ожидаемо, мистер Квон, — кивнул я. — Но владелец патента — Джеф. Вопрос лучше адресовать ему.

Все посмотрели на Джефа. Тот явно не обрадовался такому повороту событий, хотя был к нему готов.

— Извините, — сказал он хмуро, — совместное использование не планируется. Аппаратурой распоряжается «Дейт Лайн Филмз» и больше никто. Это необсуждаемое условие. А ещё, если мы продолжим работать вместе, то распределять прибыль мы должны по-другому. Отдавать вам семьдесят процентов — простите, нет. Всю работу сделали мы, за исключением звукозаписи.

Повисло молчание. Некоторое время мистер Квон, не мигая, смотрел на Джефа, затем произнёс негромко:

— В том, что касается съёмок, вы совершенно правы. Если рассматривать только этот аспект, распределение прибыли может показаться несправедливым. Но кроме производства есть ещё и прокат, от которого всё зависит. А здесь уже ситуация не столь однозначна. В настоящее время, как вам известно, все крупные кинопрокатные сети контролируются ведущими студиями. Независимые прокатчики тоже есть, но возможности их существенно ограничены. Прокатывают они, как правило, фильмы категории Б от маленьких студий или артхаус. Да, вы можете договориться с одним из этих второстепенных прокатчиков. Но, во-первых, аудитория будет невелика, а во-вторых, прокатчик возьмёт себе сорок процентов выручки брутто. Это у нас на острове. А на континенте — все шестьдесят.

— Но ведь не семьдесят, — буркнул Джеф. — Я не акула бизнеса, мистер Квон, но в школьной арифметике разбираюсь. Отдавать больше половины выручки просто так — это несерьёзно. Я не хочу так вести дела. Мы можем, в конце концов, поговорить и с другими студиями, у которых есть прокатные сети.

— Понимаю вашу позицию, — сказал большой босс всё так же спокойно. — Давайте обсудим её подробнее. Но сделать это предлагаю наедине, в моём кабинете, чтобы не утомлять остальных гостей. А пока позвольте поинтересоваться — какие фильмы значатся у вас в планах? Какие сценарии находятся в разработке?

Вопрос был не в бровь, а в глаз.

Я сообразил вдруг — мы полностью сконцентрировались на нашей дебютной ленте, не думая о последующих. Оно и понятно — мы до последнего сомневались, что даже этот фильм доберётся до кинозалов.

Но вот теперь…

Мистер Квон не знал нашего секрета — сценарий сочинялся с опорой на уже существующий визуальный материал, на картинку, сгенерированную машиной Джефа почти случайно, во время странного шторма.

И чтобы начать ещё один фильм, нам требовалось дождаться новой грозы. Или смоделировать её в лабораторных условиях.

Джеф-то наверняка это помнил. И если он сейчас рассуждал о дальнейших съёмках, то, очевидно, придумал способ, как разрешить проблему, просто не успел ещё поделиться с нами, ведь мы не спрашивали.

И этот вопрос нам надо было теперь прояснить как можно скорее в своём кругу, прежде чем договариваться о новых проектах…

Все эти мысли пронеслись в моей голове за несколько секунд. Вслух же я сказал:

— Мистер Квон, мы ещё не определись, с каким сюжетом будем работать дальше. Сами понимаете — до вчерашнего дня вопрос был слишком абстрактный. Если позволите, мы обсудим это сегодня-завтра, а затем поделимся с вами своими соображениями.

— Разумеется, — кивнул он. — Буду с нетерпением ждать новостей. А если у вас возникнут затруднения с этим, готов предложить вам несколько перспективных сценариев из нашего фонда. Это первосортный материал, вы можете быть уверены. Некоторые из этих сюжетов уже ушли бы в работу, если бы не ситуация с банками.

— Будем иметь в виду, мистер Квон, спасибо.

Когда мы вышли наконец из столовой, студийный босс увёл Джефа в свой кабинет, на переговоры. Сон-Хи же показала нам дом (он был ещё больше, чем казался снаружи) и пригласила к себе в комнату.

Та выглядела на удивление скромно, подчёркнуто лаконично, несмотря на внушительные размеры. Шкафы были упрятаны в стены, создавая пространство. Даже кровати как таковой не имелось — спальное место больше напоминало толстый матрас, положенный на пол. Зато здесь был телевизор на тонких ножках, а также радиола и настенная полка с кучей пластинок. С плаката подмигивали лохматые парни из «манчестерского квартета», а на противоположной стене пестрел гобелен, причём, кажется, старинный — две барышни в корейских костюмах прогуливались на цветущем лугу.

— Ого, ничего себе! — сказала Розанна, уставившись на плакат с парнями. — У тебя от «Сверчков» автограф?

— Ага, — кивнула Сон-Хи, — когда они приезжали, я к ним зашла в гримёрку, меня пустили. Я же богатенькая светская дама, а не девчонка с луком и помидорами.

— Не умеешь ты нормально дразниться, — пренебрежительно отмахнулась Розанна. — У тебя сразу вид такой, как будто ты извиняешься. Весь эффект пропадает.

В дверь постучали, и вошёл Джеф.

— Ну что? — спросила Розанна нетерпеливо.

— Насчёт следующих фильмов — выручка фифти-фифти. Договорились так.

— Ну, в принципе, предсказуемо, — сказал я. — Вопрос только в том, как мы эти фильмы будем снимать. Или ты придумал, как смоделировать ту грозу?

— Нет, смоделировать не сумею. Есть другой вариант.

Глава 2

Мы удивлённо переглянулись, и Сон-Хи попросила:

— Пожалуйста, поясни, Джеф. Что ты имеешь в виду?

— Ну, я вам рассказывал, как всё было в тот раз. Увидел тогда, как шторм воздействует на машину, кинулся к ней и написал первое, что пришло на ум: «Старинная крепость на горе летом». Появилась картинка, которую мы потом использовали для фильма. Но шторм ещё несколько секунд держался на максимуме… В общем, короче, я успел написать ещё один текстовый запрос, получил картинку…

— Ах ты тихушник! — возмутилась Розанна. — И до сих пор молчал? Конспиратор мелкий! Мы тут переживаем… И даже мне не сказал ни разу! Нечестно…

Она обиженно отвернулась, а Джессика укорила:

— Розанна, ну что за детский сад? Джеф нам рассказал, когда появился повод. А до этого не было даже смысла рассказывать, это не изменило бы ничего. Информация не имела практического значения.

— А ты — скучная зануда! Чего ты за него заступаешься?

Джессика лишь вздохнула, а я сказал:

— Коллеги, давайте всё-таки ближе к теме. Джеф, признавайся, сколько всего запросов ты успел сделать? Может, у тебя в терминале — сотня картинок? Тогда соглашусь с Розанной — ты гадский конспиратор.