Владимир Прасолов – Ледовый материк (страница 40)
– Да, вы правы. Предстоит борьба, мы полны решимости и победим. Господин профессор, если мы не победим, нам придется уничтожить ваш проект, поскольку в противном случае он попадет в руки людей, не знающих совести. Вы понимаете это?
– В этом случае я сам уничтожу свое детище, это будет менее обидно, – усмехнулся профессор.
– Что ж, на сегодня все. Надеюсь, мы будем поддерживать отношения? – Вернер встал и протянул ему руку.
Профессор пожал всем руки и проводил до выхода.
– Что ты об этом думаешь, Вангол? – спросил Сизов.
– Да, остается только верить этому профессору на слово. Ты знаешь, я не заметил в его словах лукавства.
– Я тоже, хоть и не все понял. По-моему, он был откровенен, не врал.
– Вот бы нам такой аппарат… – улыбнулся Вернер.
– Он же сказал – изобретение принадлежит этой земле. Так что дайте время, Вернер, и ваши дети точно будут летать на прогулки на таких тарелках…
– Да, но для этого надо, чтобы Новая Швабия стала нашей…
Вечером они сидели в кабинете коменданта поселения и решали, что делать дальше. Почти бескровно была взята власть во втором по величине и, вероятно, первом по стратегической важности поселении Новой Швабии. Через несколько часов ожидался подход колонны с Гитлерсбурга. На станциях связи сидели надежные люди, информация о перевороте не должна была никоим образом просочиться за пределы рудника. Само население было несколько взбудоражено событиями, но все предприятия продолжали работать. Хозяйки хлопотали на кухнях, дети гуляли и играли, как обычно. В барах мужчины пили пиво и обсуждали, что же будет дальше. Никаких стычек и громких инцидентов не происходило. Люди спорили, но эти споры были о том, как жить дальше, а не о том, как вернуться в прошлое.
– По-моему, ваши люди уже устали от ожидания чуда, которое им обещал фюрер…
– Они не хотят войны и достаточно образованны, чтобы понимать, что стремление к господству всего лишь грех, который присущ людям в чем-то ущербным.
– Да, Вернер, вы оказались правы, здесь вас поддерживает большинство населения, остальным, вероятно, безразлично, кто стоит у руля, было бы привычное благополучие, пиво и колбаса. А что в вашей столице, неужели такие же настроения у людей?
– К сожалению, нет, Вангол, там другое дело и другие люди. Там идеологический центр, созданный «Аненербе» под эгидой СС, где уже много лет воспитывают фанатов расизма, и там реализуется программа «Источник жизни». Созданы огромные экспериментальные центры по выведению людей высшей расы, прямо сказать – там экспериментируют на людях. Я не знаю многого, но то, что я слышал, ужасно. Врачи-экспериментаторы состоят на службе в СС, и они не будут сдаваться, это точно. Как только станет известно о нашем перевороте, они сделают все, чтобы восстановить свою власть, поэтому надо готовиться к обороне. Благо заводы точной механики, где производится стрелковое оружие, которое вы видели, здесь и у нас достаточно людей, способных его держать в руках. Кроме того, дороги к нам практически нет, очень плохая труднопроходимая трасса – три-четыре дня пути. Ее можно блокировать в нескольких местах.
– Выстраивать оборону необходимо. Но сейчас, пока они ничего не знают, нужно воспользоваться этим и самим нанести удар.
– Там сильный гарнизон охраны СС. По правде сказать, я давно там не был и не знаю практически ничего.
– Потребуется разведка. Как там колонна, на связь выходили?
– Да, мне доложили, что колонна будет завтра к обеду, так что надо готовиться к встрече.
– Встретим, надеюсь, форма коменданта или его зама мне подойдет?
– Вангол, я подберу вам офицерский мундир из гардероба коменданта, там хватит на целый батальон. Вы хотите разыграть спектакль?
– Да. Нужно выведать как можно больше информации о столице вашей Швабии. Но прибывшие, к сожалению, могут знать коменданта в лицо.
– Комендант вчера покончил с собой. Печальный факт, однако теперь мы можем пригласить их на похороны, которые будут завтра. Не так ли? А вы его заместитель, недавно им назначенный. Так что все сложилось. С вашим немецким усомниться в том, что вы не истинный ариец, вряд ли возможно, – рассмеялся Вернер. – Только если они вас начнут расспрашивать о делах наших, вот тогда беда, я не смогу просветить вас за такой срок…
– И не надо, Вернер. Вы будете комендантом, и не вымышленным, а настоящим. Думаю, это общее мнение и наших и ваших товарищей. Так что приступайте к своим обязанностям, а я – ваш заместитель по охране.
– Что ж, наверное, это будет правильно. Размещайте своих людей в казарме. Я распоряжусь о довольствии, форму пусть получат на складе. Но все же лучше, если ваши матросы пока посидят там.
– Есть, господин комендант, – иронично кивнул Вангол.
На следующий день, чуть раньше обеда, колонна въезжала в поселение. На въезде был установлен контрольно-пропускной пункт.
– Раньше такого не было, – заметил водитель, когда делегация подъехала к шлагбауму.
– Ваши документы и прошу сдать личное оружие, – вежливо, с улыбкой, обратился к ним офицер охраны.
– Сдать оружие, на каком основании? – спросил Бюгель.
– Приказ коменданта поселения, – ответил офицер, принимая документы.
– Чем это вызвано?
– Это не моя компетенция, герр… – Офицер посмотрел на штатский костюм Эриха и продолжил: – Можете задать этот вопрос лично, комендант ждет вас в своем кабинете.
– Что ж, может быть, это и правильно, – сказал Пауль, сдавая свой табельный парабеллум.
Проверив документы и забрав оружие, офицер пропустил машину, начав проверку следующей. Штольц обратил внимание, что рядом с КПП группа рабочих перекладывает какие-то мешки из грузовика на землю. Делается это очень медленно, так немцы не работают. «Пленные, что ли? Откуда они здесь?» – думал Пауль, пока машина проезжала мимо. Их бронемобиль направился в центр поселения к комендатуре. Грузовики пошли к корпусам обогатительной фабрики. Ольга с любопытством рассматривала в окно аккуратные улицы, уютные скверы и небольшие парковые зоны. Подъехав к зданию комендатуры, они увидели у дверей часового.
– Вижу, здесь не так уж и плохо с точки зрения обеспечения безопасности, не правда ли, Эрих? – спросил Штольц у недовольного приемом на КПП немца.
– В столице нет такого тщательного досмотра и оружие у офицеров сдать не требуют…
– Вы имеете в виду Берлин?
– И Берлин тоже…
– Вероятно, на то есть причины…
– Вот мы сейчас и получим объяснения. Идемте, Пауль. Странно, на крыльце нас никто не встречает…
– Ольга, дорогая, оставайся пока в машине, мы сейчас, – проинструктировал Штольц, незаметно делая знак, чтобы Ольга не волновалась.
Пауль вместе с Эрихом и двумя офицерами СС вышли из машины и направились к входу. Часовой, застывший по стойке смирно, пропустил в двери. Пройдя по коридору, они попали в приемную, где вежливая стройная секретарша приветливо поздоровалась с ними и попросила минуту подождать. Через минуту она пригласила их в кабинет. Пауль вошел вторым, уступив дорогу эсэсовцу в штатском. Он сделал это просто так, он не знал его звания и должности, но чувствовал, что этот молодой человек с эмблемой СС имеет доступ к высоким чинам в рейхе. Будет полезнее пропустить его вперед.
– Хайль Гитлер! – на ходу вскинул руку в приветствии Эрих и вдруг резко остановился.
Пауль чуть не налетел на него, шагая сзади. Следовавшие за ними офицеры тоже чуть не навалились на Штольца.
– Что это значит?! – крикнул Бюгель, показывая рукой на пустое место над столом коменданта. – Где портрет фюрера? – Он даже не посмотрел в лицо Вернера, встречавшего его.
– С кем имею честь?.. – виновато склонившись, проговорил Вернер, явно играя свою роль.
– Я эмиссар по особым поручениям лично министра пропаганды Геббельса Эрих Бюгель. Прибыл неделю назад из Берлина. Неизвестно на каких основаниях у меня здесь отобрали личное оружие. У меня особые полномочия! Почему творится такой бардак? Почему здесь нет портрета фюрера?! Вы пойдете у меня под трибунал! Я вас немедленно арестую!
Оба офицера СС вышли из-за спины Штольца и шагнули к Вернеру. Но они были безоружны.
Вернер, подняв склоненную рабски голову, мягко предложил:
– Господа, а не выпить ли нам по чашечке кофе?
В это мгновение за окном взревел двигатель бронемашины, и она рванулась с места. Все невольно посмотрели в окно и увидели, как, оттолкнув фрау Штольц, какой-то офицер с пистолетом в руке бросился в открытую дверцу уже тронувшейся бронемашины и прозвучали выстрелы. Бронемашина уткнулась в ограждение и заглохла. Наступила тишина. В этой тишине в комнату быстро вошли несколько человек с оружием в руках, и один из них предложил всем встать к стене и поднять руки.
– Что это значит, господин комендант?! – заорал Бюгель, теряя самообладание.
– Господин Бюгель, вы останетесь для беседы, остальных мы вынуждены задержать до выяснения степени их опасности. Уведите арестованных, – скомандовал Вернер.
Бюгель, только что бурый от гнева, резко побледнев, шагнул к стене и поднял дрожащие руки.
Сизов, выполняя приказ, открыл дверь и жестом показал Паулю, чтобы он вышел первым. Вангол в это время находился в комнате рядом и не видел, что произошло на улице, у бронемашины, не знал о том, что там была Ольга. Он внезапно увидел Штольца в группе немцев, идущих из машины, и приказал Сизову, чтобы тот сразу же завел его к нему. Когда Штольц вошел в комнату, куда его направил Сизов, он не поверил своим глазам. Перед ним в офицерской форме стоял, широко улыбаясь, не кто иной, как Вангол. Вангол сразу хотел его спросить об Ольге. Штольц опередил вопрос: